Пассажир на противоположной стороне от прохода, устав ждать, раздражённо проговорил:
– Я бы хотел купить экземпляр "Зрителя".
– Да, сэр.
Мальчик повернулся к мужчине.
Критчли уткнулся в газету, бормоча что-то о шпане, которая не знает своего места.
Чемберс Пакстон откинулся на спинку сиденья. Погрузившись в свои мысли, он снял очки, протёр их носовым платком и снова надел. За окнами мелькали зелёные деревушки и приходские церкви, словно невидимая рука листала иллюстрированные страницы гигантской книги. "Что-то есть в этом пареньке", – подумал он. Смышлёный, трудолюбивый, явно амбициозный. Он обладал хорошими манерами, был сообразителен и стремился угодить. Парень относился к тем людям, которые всегда опережают остальных, наблюдают и ждут своего звёздного часа. Он напомнил Пакстону его самого в молодости, человека, который добился всего сам.
Почему бы не взять этого парня в качестве протеже?
Пакстону уже не посчастливится обзавестись родным сыном, ведь детородный возраст жены давно прошёл. Сестра уговаривала его взять одного из её сыновей под своё крыло, но, как бы он ни любил племянников, они были мягкими, избалованными и немного глуповатыми. А сейчас перед ним стоял парень, который нуждался в наставнике и заслуживал шанса получить билет в жизнь. Пакстон мог бы передать этому мальчику с острым, восприимчивым молодым умом свою мудрость... а он бы, в свою очередь, стоял на страже интересов своего благодетеля.
Когда паренёк дошёл до последнего ряда, а затем вернулся в переднюю часть вагона, Пакстон остановил его коротким жестом.
– Как тебя зовут, парень?
"Шесть месяцев путешествий на этом поезде, – подумал Чемберс Пакстон, – и до сих пор мне не приходило в голову об этом спросить".
– Том Северин, – ответил мальчик и пошёл за кувшином с водой.
Он и понятия не имел, что вся его жизнь вот-вот изменится.
Глава 1
Гэмпшир, Англия
Июнь, 1876.
Заявиться на эту свадьбу было ошибкой.
Обычно Том Северин плевал на вежливость и этикет. Ему нравилось приходить на мероприятия, куда его не приглашали, зная, что он слишком богат, и его никто не посмел бы вышвырнуть вон. Но надо было догадаться, что свадьба Рэвенелов окажется ужасно скучной, как и все другие свадьбы. Сплошная романтическая чепуха, едва тёплая еда и изобилие цветов. На сегодняшней утренней церемонии крошечная часовня поместья Приорат Эверсби была битком набита растениями, как будто весь цветочный рынок Ковент-Гардена изверг там всё своё содержимое. Воздух так сильно благоухал различными ароматами, что у Тома слегка разболелась голова.
Он бродил по старинному якобинскому особняку в поисках укромного местечка, где смог бы передохнуть, прикрыв глаза. Снаружи у главного входа собрались гости, чтобы проводить молодожёнов в свадебное путешествие.
За исключением нескольких гостей, таких как Рис Уинтерборн, валлийского владельца универмага, толпа состояла из одних аристократов. А это означало, что разговоры велись на темы, которые Тому были совершенно безразличны. Охота на лис. Музыка. Выдающиеся предки. Никто на подобных сборищах не обсуждал деловые предприятия, политику или что-нибудь, что могло бы заинтересовать его.
Старинный якобинский особняк имел вид типичного обветшалого, но шикарного многовекового загородного поместья. Тому не нравились старые вещи, не нравились запах плесени и накопившейся веками пыли, потёртые ковры, искривлённые старинные оконные стёкла. Да и красота окружающей местности не производила на него никакого впечатления. Большинство людей согласились бы, что Гэмпшир, с его зелёными холмами, пышными лесами и сверкающими ручьями, сбегающими по меловым склонам, одно из самых красивых мест на земле. Однако Тому природные ландшафты нравились в основном тем, что он мог прокладывать по ним дороги, железнодорожные пути и строить мосты.
В тишине послышались отдалённые весёлые возгласы и смех. Без сомнения, молодожёны спасались бегством под дождём из сырого риса. Все здесь казались искренне счастливыми. Том находил этот факт одновременно и раздражающим, и отчасти загадочным. Как будто все они знали какую-то тайну, которую от него скрывали.
Сделав состояние на железных дорогах и капитальном строительстве, Том не ожидал, что снова испытает укол зависти. Но сейчас она грызла его, как древесный жучок старую балку. Странно. Он был счастливее, чем большинство этих людей, или, по крайней мере, богаче, что в сущности одно и то же. Но почему же он не чувствовал себя счастливым? Прошло уже несколько месяцев с тех пор, как он вообще хоть что-то чувствовал. Том постепенно осознал, что у него притупился вкус к жизни. То, что обычно доставляло ему удовольствие, теперь утомляло. Даже ночь в объятиях красивой женщины не приносила удовлетворения. С ним такое происходило впервые. И он понятия не имел, что с этим делать.
Северин счёл, что ему будет полезно провести некоторое время в компании Девона и Уэста Рэвенелов, которых он знал вот уже десять лет. Их троица, как и другие члены бесславной шайки, кутила, часто пьянствовала и буянила по всему Лондону. Но всё изменилось. Два года назад Девон неожиданно унаследовал графский титул и принял на себя роль ответственного главы семьи. А Уэст, прежде беззаботный пьяница, теперь управлял поместьем и арендаторами, и обсуждал исключительно погоду. Ради всего святого, погоду! Прежде такие весёлые, братья Рэвенел стали такими же скучными, как и все остальные.
Войдя в пустую музыкальную комнату, Том обнаружил в тёмном углу большое мягкое кресло. Развернув его, он сел лицом к стене и закрыл глаза. В комнате было тихо, как в склепе, за исключением негромкого тиканья часов. Им овладела незнакомая усталость, окутав его, словно туманом. Люди всегда подшучивали над его энергичностью и стремительным темпом жизни, и над тем, что никому за ним не угнаться. Теперь, видимо, и ему самому это стало не под силу.
Нужно как-то себя взбодрить.
Может, стоит жениться? Ему тридцать один год, самое время обзавестись женой и детьми. На свадьбе собрались десятки подходящих молодых девушек, все голубых кровей и с хорошим воспитанием. Брак с одной из них поможет ему подняться на новую социальную ступень. Он обдумал кандидатуры сестёр Рэвенел. Старшая, Хелен, вышла замуж за Риса Уинтерборна, а леди Пандора сегодня утром сочеталась браком с лордом Сент-Винсентом. Но оставалась ещё одна... сестра-близнец Пандоры, Кассандра.
Том ещё не встречался с ней лично, но вчера за ужином смог мельком разглядеть её за лесом из серебряных канделябров и буйством цветочных композиций. Насколько он мог судить, она была молодой, светловолосой и тихой. Эти качества не имели для него особого значения при выборе жены, но для начала тоже неплохо.
Его мысли прервали звуки, возвещающие о том, что в комнату кто-то вошёл. Чёрт. Из множества незанятых комнат на этом этаже, нужно было воспользоваться именно этой. Том уже собирался встать и заявить о своём присутствии, как вдруг женский всхлип заставил его ещё глубже вжаться в кресло. О, нет. Плачущая женщина.
– Прости, – дрожащим голосом произнесла незнакомка. – Не знаю, почему я так расчувствовалась.
На мгновение Тому показалось, что она обращается к нему, но тут ей ответил мужчина:
– Мне кажется, нелегко разлучиться с сестрой, которая всегда была твоей самой близкой подругой. К тому же близнецом. – Голос принадлежал Уэсту Рэвенелу. Том никогда раньше не слышал, чтобы он разговаривал с кем-то таким ласковым и нежным тоном.
– Просто я знаю, что буду по ней очень скучать. Но я счастлива, что она нашла настоящую любовь. Очень счастлива... – Её голос сорвался.
– Вижу, – сухо заметил Уэст. – Вот, возьми платок, и давай утрём твои слёзы радости.
– Спасибо.
– Нет ничего удивительного, – добродушно заметил Уэст, – в том, что ты испытала укол зависти. Ни для кого не секрет, что именно ты мечтала о счастливом браке, в то время как Пандора всегда была полна решимости вообще не выходить замуж.
