Что еще? Ах да. Он был явно не в духе.
— Милена! Что за задержка?
— Я просто говорила …
— Ему шестнадцать, а не пять. Тебе что, нечем заняться?
Властный голос заставил женщину вздрогнуть и, еще раз погладив меня по голове, она неловко улыбнулась, опустила глаза и тихо вышла из комнаты. Мы остались с пришельцем наедине.
— Адриан.
— Отец.
Мужчина скривился. Я знал, что он ненавидит это обращение, как, собственно, и меня самого.
Ведь кто я? Бастард. Ублюдок. Живое напоминание об измене жены. Супружескую неверность тяжело проглотить, но он был вынужден оставить меня в семье и называть своим.
Немыслимо, да? Но другого варианта у него попросту не было.
Гордиан Лекс, глава одного из Двенадцати Великих Домов Греции, не мог иметь детей. Вообще. Сколько бы раз он не пытался, сколько бы женщин не брал к себе — бесполезно.
И люди стали шептать.
Проклятие богов, порченная кровь. Что, возможно, настало время выбрать другую семью главой всего Дома… Короче, хреновые пошли разговорчики. Но тут, словно по мановению волшебной палочки, случилось чудо. Мама забеременела, и на свет появился я.
Наследник.
Я не был его сыном, но в данном случае, всем на это было по боку. Боги явили свою щедрость, и от Гордиана требовалось утереться и с улыбкой на губах принять подарок.
Впрочем, как это ни странно, подобные «сюрпризы» не были особенно-то и редки.
Боги ведь тоже немного люди, как бы глупо это не звучало. Если заметил красавицу, то ни за что от нее не отстанет, пока та не раздвинет перед ним ножки. Он ведь бог, супермужчина. Таким не отказывают.
Обычные насильники, короче. У нас за такое сажают в тюрьму.
А вот в этом мире только приветствовалось. Новая кровь в семью, все дела. Да и дети получались знать какими сильными. Особенно, если их папаня обожает кидаться молниями.
Зевс так вообще тот еще чемпион по строганию детишек. Три из двенадцати великих домов считали его своим покровителем. Думаю, не сложно угадать почему.
Вот только Зевс не был моим отцом. О-о-о, нет. Гордиан от счастья бы сдох, окажись это так. Да чего уж там, в тот момент он бы и на местного бомжа-алкоголика согласился. Это я про Диониса, если что.
Вот только мой реальный отец оказался гораздо хуже. Смешно сказать, он вообще не был олимпийцем.
Мои реальным батей был… Пам-пам-пам, барабанная дробь. Аид. Еп-еп. Бог подземного царства. А к нему отношение было …. Э-э-э, так себе. Боялись? Да. Любили и поклонялись? Неа.
Это как если бы в нашем мире, тебе позвонили из роддома и пригласили забрать ребеночка. И ты такой приходишь, весь наглаженный и с цветами, берешь в руки чадо, а там… Черт. С рогами. Получите и распишитесь.
Женушка залетела от Сатаны, а ты теперь расти это адское отродье до восемнадцати лет. Одевай, обувай и корми. Если, конечно, ближайший святоша не выстрелит тебе в лицо из двустволки.
У меня рогов, понятное дело, не было, да и человечину я не жрал, но Гордиану от это легче как-то не было. К моему счастью, гордый мужчина, с мудростью присущей истинному потомку Афины, всегда ставил долг перед родом превыше личных дрязг. Впрочем, это никогда не мешало ему открыто меня презирать.
Я отвечал ему тем же.
— Что тебе надо, отец? Мне пора.
Он проигнорировал хамство, хотя любого другого за такое ждал бы кнут.
— Первый день старшей школы?
Да. И тридцать четвертый в этом мире и в этом теле. Но кто ведет подсчет, верно?
— Да, отец.
— Не подведи меня.
С этими словами он резко развернулся на каблуках, махнул напоследок бордовым галстуком и вышел. Я остался наедине с собой.
Вот и поговорили.
Хмыкнув, я на удачу поцеловал золотую монетку, — привычка, оставшаяся с прошлой жизни — убрал ее во внутренний карман пиджака и последним вышел из комнаты, легонько прикрыв за собой массивную дверь.
Коридор, колоннада, коридор, лестница. О, бюст Аполлона. Новенький, что ли? Вчера его тут не было. Снова лестница.
Особняк рода Лекс был массивным, поистине гигантским сооружением, с сотней комнат, двумя бассейнами и личным парком снаружи. На первых порах я долго плутал. На мое счастье, тут всегда было полно охраны и слуг, чтобы вывести меня к нужному месту. А уже через пару недель я знал это место как свои пять пальцев. Как-никак, на память я никогда не жаловался.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Наконец я спустился вниз по парадной лестнице, прошел через арку во двор и оказался на аллее перед самим зданием. Если коротко, на парковке.
— Господин, — поприветствовал меня высокий мужчина в черном костюме слуги.
— Утречка, Тайгер. Как спалось?
— Доброе утро, сэр. Хорошо, благодарю вас, — еще ниже поклонился он и распахнул передо мной дверь шикарного лимузина. — Прошу. Садитесь.
Тайгер — или Тайгер Вудс, как я любил его называть, хотя мужчина ничем не напоминал известного гольфиста — был даймоном и дворецким нашей семьи.
Не демоном, как я подумал, когда впервые его увидел — рога на башке, желтые звериные глаза, серьезная мускулатура альфа-самца, с чего бы такая ассоциация, да? — а именно даймоном. Духом хранителем.
Ребята могли быть как злыми, так и добрыми, и Тайгер принадлежал ко вторым.
Я скажу — повезло. Мужик на моих глазах разорвал на части машину. Машину, мать его, обычную машину. Нехило, так, да? А, ну еще и печенье у него получалось — пальчики оближешь.
В общем и целом весьма нормальный парень.
Кстати, о нормальных парнях.
— Йоу, мужик, ты чего так долго? — раздался изнутри салона мальчишеский голос. — Я думал, что сейчас подохну от скуки.
— Поболтал бы с Тайгером, — усмехнулся я, залезая внутрь машины. — Чем тебе не собеседник?
— С ним? Ну уж нет. Даже долбанный гроб разговорчивее. Только без обид, здоровяк.
— Что вы, сэр, — с мягкой улыбкой ответил дворецкий, плавно опускаясь на переднее сиденье. — За обиды мне не платят. А вот за другое…
Его кошачьи глаза опасно сверкнули, заставив юношу испуганно икнуть.
— Нет, Адриан, ты видел? Он же мне угрожает, ведь так? Ведь так?
Я с трудом сдержал улыбку.
Элайас Лекс. Или просто Элай. Младше меня на полгода, но при этом уже учился на втором году. Умный, зараза.
По внешности? Худой, среднего роста, с чересчур живыми карими глазами, доставшимися ему от отца. Кто им был, он не говорил, а я не спрашивал.
Как и я, парень был носителем частички богов, а если точнее — их прямым потомком. Его мать, мир ее праху, была моей теткой, что делало парня частью семьи Лекс и наследником сил Афины Паллады. Вот только если богиня была мудра, спокойна и рассудительна, то Элайас был… полной ее противоположностью.
Нет, пацан не был идиотом, отнюдь. Шутка ли, в академии он был чуть ли в топе по успеваемости. Более того, парень за прошлый год собрал вокруг себя с десяток таких же отморозков и открыл первый в академии клуб изобретателей. С собой во главе, естественно.
Так что ума ему было не занимать. Вот только более рискованного психа в своей жизни я еще не встречал. А ведь в прошлой жизни я работал на самую натуральную мафию, и там подлым-полно людей с тараканами в голове.
Впрочем, те ребята не взрывали научную лабораторию три раза подряд. В один день. Как его еще не исключили — загадка. Ну или его непризнанный гений и невероятный потенциал, как сообщил мне по секрету сам Элай.
Надо ли говорить, что мы быстро сошлись?
— Я уж думал тебя не отпустят, мужик, — неожиданно серьезно произнес он. — Оставят на домашнем обучении или че-то вроде того.
— Это не им решать, — холодно ответил я. — А мне.
— Воу, пафос, братишка. Что ты там опять перечитал? Древние мифы и легенды?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Я пожал плечами, залез внутрь и с удовлетворённым вздохом откинулся на кожаном сиденье.
— Ты не любишь историю? Зря.
— Угу, угу, мне-то не заливай.
— Нет, правда. Хочешь суммирую в трех словах? Гера — зацикленная на ревности неудачница, а Зевс — козел, не способный удержать свой болт в штанах. А еще фанат фурри.
