— Стопы на ширине плеч, руки согнуты в локтях, кулаки к подбородку.
— Че? — ошеломлённо уставился на меня он.
— Ты глухой или прикалываешься? Стопы на ширине плеч, руки согнуты в локтях, кулаки к подбородку. Живо!
От моего командного тона блондин испуганно сжался, посмотрел на своих друзей на земле, снова на меня и… принял стойку.
Я обошел его по кругу, на ходу отмечая его огрехи и делая замечания.
— Ноги чуть шире. Так да, молодец. Корпус немного вперед. Да не так сильно, дебил. Знаешь, что такое немного? Во-о-от, да, хорошо.
Круг закончился, и теперь я снова оказался с ним лицом к лицу. Признаю честно, его вытаращенные от удивления глаза доставили мне немалое удовольствие.
— Знаешь, почему ты упал?
Белобрысик бросил косой взгляд на свою ногу.
— Нет, не потому что я тебе врезал по ноге, — легко угадал я. — И не потому что поддал в корпус или толкнул. Так почему?
Он оторопело замотал головой.
— Ты неправильно двигался. Слишком размашистый удар и никакая работа ног, — тоном ментора пояснил я. — Весь наклонился вперед, центр тяжести сместился на правую ногу. Тебя бы и ребенок уронил. Маленький ребенок, — заметив его взгляд, уточнил я. — Лет двенадцати. А теперь смотри.
Я ухватил его за предплечье и постарался дернуть на себя. Парень так и остался стоять на месте. Даже не пошатнулся, и это при больной-то ноге.
— Твердый как скала, — хлопнул я его по плечу. — Так просто тебя уже не сдвинуть. Понимаешь?
— Кажется, да, — кивнул он и нервно хмыкнул. — Сначала отлупил, а теперь учишь?
— Передаю знания коллегам по ремеслу. Авось в следующий раз выйдет лучше.
Слева от меня раздался стон, и Серый с трудом поднялся на ноги.
— Не, в рот еб*л, я такие разы, — честно признал он. — Давай Фимка. Пора валить отсюдова.
Парень со сломанным носом застонал, но тоже кое-как умудрился встать. Его шатало, а из глаз текли слезы.
— На вот, — я забрал из сумки бутылку с водой и перебросил ее блондину. — Умоется хоть. И пусть держит голову повыше.
— Э-э-э, спасибо. Наверное, — тихо добавил он.
Через несколько минут, когда Ефима привели в некое подобие порядка, троица засобиралась уходить. Они, конечно, немного покачивались и шипели от боли, но в целом выглядели вполне сносно.
Перед тем как свернуть за угол, блондин повернулся ко мне.
— Ты че, из белых, что ль?
Белый. Так в этом мире называли тех, в ком текла кровь олимпийских богов. Изначально, слово пошло от «Bellator», что значит воин, но со временем простой народ стал сокращать до «бел». А так как «бел» звучит бредово, то перешли просто на «белых». Хорошо хоть не хмурый.
А теперь задумайтесь на секунду. Потомками богов выступали Дома, то есть аристократия. А уже они и местный Император руководили всей страной. Короче говоря, весь правящий класс состоял целиком и полностью из «белых» людей.
И никакого расизма.
Вот только я со своей порченной кровью к ним не принадлежал. Так что…
— Не, — я отрицательно покачал головой и нацепил на себя недавно купленные солнцезащитные очки. — Я из черных.
Немного подумал и с усмешкой добавил.
— Людей в черном.
Парень кивнул, будто понял, о чем я.
— Я Игнат. Будем знакомы.
Я проводил его удивленным взглядом, задумчиво присвистнул и тут же выкинул из головы. Мне в школу пора.
— Молодой господин, — остановил меня старушечий голос. — Спасибо вам. Большое, человеческое. Если бы не вы…
— Скажу честно, я не хотел вмешиваться, — жестом остановил я поток излияний. — Благодарите своего мужа, если на то пошло. Это он меня привел.
Глаза женщины несколько раз удивленно мигнули.
— Господин, что вы такое говорите?
— Не понял, — нахмурился я и повернул голову к стоящему неподалеку мужчину в пальто. —Эй! Это разве не твоя жена? А на кой хрен ты орал тогда?
— С кем вы говорите, молодой господин? — еще более удивленно спросила женщина. — Тут никого нет. А мой муж уже семь лет как отправился к лугам Асфодель, за реку Стикс.
Я удивленно моргнул и на всякий случай переспросил.
— То есть он умер?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Да, господин.
А это тогда что? Галлюцинация? Миленько так.
Словно осознав, какими я задаюсь вопросами, мужчина в зимнем плаще благодарно опустил голову. Около моего уха пронесся ледяной ветерок, и я услышал шепот. «Спасибо». После чего фигура просто исчезла, словно растворившись в тумане.
— Знаете что, молодой господин, — произнесла женщина, все это время задумчиво изучающая мое лицо. — Кажется, я знаю как вас отблагодарить.
— Да? — рассеяно произнес я. — И как же?
— Идемте в шатер. Я покажу.
— Угу. Почему бы и нет.
Мои мысли занимал загадочный мужчина. Я что, сейчас серьезно видел душу умершего?
«Я хочу открыть Вам свою тайну. Я вижу умерших людей...» — процитировал я известный фильм.
Забавно. Вот родители бы порадовались…
Мои родители — как и впрочем вся моя семейка, поколение за поколением — были потомственными ведунами. Шаманами. Знахарями. Поэтому с самого детства, меня пичкали всякой хренью вроде ритуалов призыва, контроля, вселения и прочей подобной дичью.
Вот только я оказался бесталанным. По крайней мере, именно так они мне сказали, прежде чем выставить меня из квартиры на улицу. Мне тогда было четырнадцать, кстати.
И вот теперь, судя по всему, я наконец добился успеха. И стоило это всего малость. Подохнуть в одном мире и попасть в другой. Да, родители были бы счастливы.
Я сплюнул на землю. Я ненавидел свою семью.
Даже Гордиан лучше. Он хотя бы не пытается от меня избавиться, а честно тянет лямку семейного позора. Черт, я бы даже уважал его за это, не будь он таким козлом.
Зато мама у меня теперь настоящее золото. Заботливая, милая, добрая. Пожалуй из-за нее я и старался изображать из себя пай мальчика, хоть и получалось у меня так себе. Но я старался. А ради нее можно и в школу еще раз сходить.
— Заходите, молодой господин, — раздался голос изнутри шатра. — Все готово.
Ну ладно. Пойдем узнаем, что за сюрприз приготовила мне старушенция.
Глава 3. Настоящее. Прошлое. Будущее
Внутри пахло тмином, лавандой и еще десятком душистых трав, которые я не смог так сходу определить. Посреди шатра разместился круглый деревянный стол с покрывалом явно восточного происхождения. Из оставшейся мебели имелись лишь две табуретки, из тех, что с мягкой подушечкой сверху.
— Присаживайтесь, господин, — эффектным жестом велела мне женщина.
Ее руки заходили ходуном, одна за другой ныряя под стол. Одна, две, три свечи. Чирканье спички и по воздуху разнеся ароматный запах бергамота.
— Гадалка, значит, — присвистнул я и медленно опустился на подушку. — Ясно.
— Нет, нет, что вы, — немного оскорбленно заявила она и тут же сменила голос на более глубокий и мистический. — Перед вами потомственная прорицательница Федора Беббанбургская. Я веду свой род от самой Пифии, великой жрицы-прорицательницы Дельфийского оракула. Мои корни…
— Понятно. С чего начнем? — прервал я ее. — Хрустальный шар? Чайные листья? Кофейное донышко?
Я знал все эти трюки, как свои пять пальцев. Бесполезная дичь. Только идиотов обманывать.
— Вижу, вы скептик, молодой человек. Не верите в силу предсказания, — она разочарованно покачала головой. — Что ж, это не важно. Ваша вера или неверие никак не окажет влияние на судьбу. Она определена не нами. Ее даровали нам боги.
— Давайте-ка управление судьбой оставим мне, — холодно отрезал я.
Затея с гаданием — а ведь вполне очевидно, что к этому дело и идет — нравилось мне все меньше и меньше. Так подумать, зачем я вообще сюда заглянул? Хотел получить пару баксов в подарок?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Какое самомнение, — цыганка вытащила костяную трубку, затянулась и пустила струю дыма мне в лицо. — В обычное время я бы отказала тому, кто противится воли богов. Но я дала обещание…
С каждой минутой женщина все меньше и меньше напоминала ту испуганную старушку, что я вытащил из передряги. Она распрямила спину, накинула на плечи бордовую шаль, а голос стал гораздо тверже. Федора снова была в своей стихии.
