Он охотно делился своими знаниями со всеми, независимо от сословия и материального положения. «Мой долг распространяется на всех людей без различия, ибо я считаю всех, кто населяет землю, членами одной семьи, в которой я должен исполнять священную миссию Наставника». Конфуций исповедовал Волю Неба, придерживался идеала человеческого совершенства, стремился жить в гармонии с природой. Всем сердцем он хотел видеть свою страну не погруженной в хаос и междоусобные распри, а процветающей и сильной, где каждый ее житель соответствует своему месту.
1.5. «Лишь в 60 лет я научился отличать правду от неправды»
Несмотря на то, что, неся свое учение в массы, Конфуций столкнулся с беспутством, нерадивостью верхов, бездуховностью народа, нежеланием людей идти по пути Дао, Учитель остался верен своему Учению. Он демонстративно отказался от должности советника, предложенного ему незаконным правителем Вей, желающего посредством мудрого Кун-цзы укрепить свою власть в государстве.
Конфуций понял, что никаких практических шагов от власть предержащих он не добьется. Поэтому, искренне веря, что в каждом человеке изначально заложено добро, практически всю оставшуюся жизнь он провел в хождениях со своими ближайшими учениками по древнекитайским княжествам, обучая людей различного происхождения четырем вещам: честности, преданности учению, выполнению ритуалов и чтению письменных памятников.
Умер Конфуций в возрасте 73 лет. Место захоронения великого учителя на реке Сышуй стало местом паломничества для многих людей во всем мире.
Глава вторая. Как конфуцианские ценности помогли Японии достичь успеха
Среди книжного наследия, оставленного Конфуцием потомкам, особого внимания заслуживает «Четверокнижие» (по-китайски – «Сы-шу»), где собраны наиболее значимые труды конфуцианской классики. «Четверокнижие» – это официальный канон китайской духовной и политической культуры, оказавшей огромное влияние также и на духовную культуру Японии, Кореи, Вьетнама. Сингапура. В этих странах существует традиция изучать «Четверокнижие» в общеобразовательных и высших школах.
2.1. История о двух мальчиках
Небольшая история о двух мальчиках, рассказанная крупнейшим российским ученым, специалистом в области изучения трудов Конфуция Леонидом Переломовым журналисту «Психологической газеты: Мы и Мир». Оба мальчика жили на Востоке. Один мальчик – в Японии, другой – в Китае. Когда им исполнилось по шесть лет, они, согласно традиции классического конфуцианского образования, должны были заучивать тексты «Четверокнижия». Китайского мальчика воспитывал дедушка. Он верил в талант внука, но внучек был настолько ленив, что ни в какую не хотел учить наизусть тексты. Когда мальчику пришла пора стать студентом, то при сдаче вступительных экзаменов он вместо сочинения на заданную тему сдал письменную работу, целиком состоявшую из бессвязных между собой цитат из разных трактатов. Экзаменаторам это показалось смелой и оригинальной выходкой и они отметили его находчивость высшим баллом. Мальчика этого, не любившего конфуцианство и впоследствии возглавившего Компартию Китая, звали Чэнь Ду-сю.
Второй мальчик проживал в Японии вместе со своими родителями-промышленниками, которые хотели дать сыну конфуцианское образование. Нанятый китайский учитель настойчиво заставлял мальчика заучивать тексты из «Четворокнижия». Мальчик прилежно их учил. Спустя время повзрослевшего сына отец отправил на Запад «повидать другую жизнь». Путешествуя по европейским странам, любознательный парень интересовался протестантским капитализмом, но решил, что эта модель никак не может быть применима в Японии. Бизнесу Страны Восходящего Солнца наилучшим образом соответствовала конфуцианская этика. Вдохновленный этими идеями, он засел за написание книги. Свою книгу он назвал «Лунь юй и бухгалтерский счет», и она стала очень популярной среди японских менеджеров. Имя этого мальчика – Сибусава Эйдзи. Впоследствии он занял пост начальника налогового управления, разработал японскую налоговую систему реформ, стал «отцом промышленности и банков».
2.2. Теория конфуцианского капитализма и нравственная экономика
Итак, Сибусава Эйдзи, с малых лет прилежно изучавший канонические трактаты, пришел к выводу, что морально-этическое учение Конфуция идеально соответствует принципам развития торговли и ремёсел в Японии, и построил теорию модернизации страны и организации менеджмента на интерпретации знаменитого труда Конфуция «Лунь юй» – теорию конфуцианского капитализма.
Вернёмся ненадолго во времена Конфуция, когда семь крупных княжеств Поднебесной враждовали между собой за титул «ба» (его еще называют «гегемон»), и одновременно зарождалась политическая и юридическая культура Китая. Нарабатывался бесценный опыт управления государством и обществом на основе различных принципов, которых придерживались разные княжества. Кроме внешней борьбы, внутри каждого княжества ваны (правители) ожесточенно боролись за полноту власти с аристократией. Испокон веку все главные посты занимала родовая знать, и ванам, не имеющим благородного происхождения, необходимо было лишить аристократов этой привилегии, убрать их с занимаемых должностей. Все это внутреннее и внешнее противостояние породило большой спрос на книжников (по-китайски – «ши»), таких как Конфуций. Являясь носителями интеллектуального капитала, они занимались отработкой оптимальной модели построения государства и общества, взаимоотношений государства, общества и человека. Народ существует для государства или государство для народа – эту дилемму решали две школы: легисты и конфуцианцы.
Этим древним весомым интеллектуальным багажом, основанным на конфуцианских традициях, и воспользовался Сибусава Эйдзи для блага своей страны. Сибусава Эйдзи – не только создатель теории конфуцианской экономики, но и предприниматель-практик, реализовавший свои идеи в бизнесе. Выдающийся японский ученый-предприниматель владел пятьюдесятью видами бизнеса (банковское дело, операции с недвижимостью, страхование, железные дороги и другими) и путешествовал по свету с лекциями о конфуцианском капитализме.
В своей книге «Лунь Юй и бухгалтерский счет» Сибусава Эйдзи писал: «Для достижения материального благополучия человек должен следовать «бусидо» («пути воина»), но если кто-то хочет прийти в бизнес, следуя только «бусидо», не обладая коммерческим талантом, то он обречен на гибель. Развивая в себе коммерческий талант, человек должен не только прочитать много книг, но он также должен следовать моральным наставлениям «Лунь юй»… Коммерческая деятельность без морали, основанная лишь на хитрости, – это дилетантизм».
Сибусава Эйдзи видел сходство «бусидо» и конфуцианства. Конфуций считал, что благородный муж, занимающий низкое положение, не должен поступаться своими моральными принципами. Также, согласно принципам «бусидо», самурай никогда не возьмет ни одной монеты, если это нарушает его моральный кодекс.
«[…] В прошлом для многих наших предпринимателей главным являлось богатство и знатность, а моральные принципы были второстепенными, – замечает Сибусава Эйдзи. – Это было огромной ошибкой! Я считаю, что нравственные критерии «бусидо» необходимы не только самураям и конфуцианцам, они должны стать нравственным фундаментом современного промышленника и предпринимателя». Согласитесь, очень актуальные слова для российской деловой действительности, где никогда не найдешь ответственных и виноватых.
Проработанная Сибусавой Эйдзи книга Конфуция «Лунь юй» и по сей день является учебником «этики бизнеса» дальневосточных предпринимателей. Достоинства «благородного мужа» по Конфуцию легли в основу модели японского предпринимателя. «Традиция формировала образ идеального добродетельного человека, который во всех сферах жизни, во всех жизненных проявлениях поступает согласно общим канонам морали, к тому же чётко знает свое место в обществе и строго соблюдает соответствующие правила. Огромную роль в формировании национального характера играло представление о чести, о «лице».
Согласно западной традиции глобальные философские истины не имеют ничего общего с проблематикой реальной жизни. Для деловых людей Востока, изучающих на протяжении всей жизни древние философские трактаты, такая точка зрения в корне неверна. Ум восточного бизнесмена всегда свяжет банкротство корпорационных монстров или крушение головокружительных карьер с проявлением Пути Дао.
Взлёт социально-экономических показателей в новых индустриальных странах (Республика Корея, Тайвань, Сингапур, Гонконг) – яркий пример претворения в жизнь классических китайских стратегий, обеспечивающих процветание бизнесу. Конфуцианская мораль заложена в основе роста экономики дальневосточных стран. И если в некоторых из них мы наблюдаем сегодня проблемы – это происходит от несоблюдения базовых принципов Учения.
