заработной плате. Поэтому я и терпела, сжимая зубы. Пусть я буду глупо выглядеть, но все же скажу – меня не покидала надежда, что главный бухгалтер изменит свое мнение. Да и вообще, не оставлял один вопрос – кто взял столь молодую женщину тридцати лет в главные бухгалтера?! Мне они представлялись как-то иначе. Взрослые тетеньки, лет пятидесяти. Ну да ладно…
Печально вздохнув, повесила пальто и сумочку, направляясь к затоптанным листкам, на которых расположился мой отчет.
– Ну, что поделать, будем искать ошибку, которой, я просто уверена, нет.
Последующие несколько часов я перепроверяла каждую строчку, убеждаясь в своей правоте. Не было там ошибки! НЕ БЫ-ЛО!
– Да что за гадство! – выругалась я, распечатывая точно такой же отчет заново и швыряя его на стол главной поганке. – Чтоб у тебя ресницы все выпали!
– До свидания, Виктория Александровна! – кивнул мне охранник, когда я покидала здание.
Поежившись от холодного порыва ветра, я плотнее запахнула пальто и поспешила домой. Главным плюсом в моей работе было еще то, что она находилась в тридцати минутах от моей квартиры.
Шла по тротуару, злясь все больше, так как на улице уже был глубокий вечер, плавно переходящий в ночь. Прохожих почти не было. Только машины изредка шныряли туда-сюда.
От очередного порыва ветра, вновь поежилась, сворачивая в арку и тут же натыкаясь на крупного мужчину.
– Простите, – пискнула я, чувствуя запах перегара.
– Такая малышка не должна просить прощения, – усмехнулся он, обнажая улыбку с несколькими отсутствующими зубами.
«Чучундра облезлая!» – взвизгнула я мысленно, осторожно обходя зорко следящего за мной бугая.
– Куда ты, сладкая? – усмехнулся он. – Не хочешь компанию составить? А то мне так не хватает женской ласки…
Распахнув от ужаса глаза, рванула вперед как ошпаренная, забывая, что мчусь на десяти сантиметровой шпильке.
Кричать было бесполезно, потому что улицы были пусты. Да и пока я докричусь хоть до кого-нибудь, меня уже того самого…
Слышала топот за спиной, от чего страх накрыл с головой, и я по глупости свернула туда, где совсем недавно шли ремонтные работы.
– Стой! – послышался голос, но я наоборот прибавила скорости, чувствуя, что земля из-под ног исчезла.
Пара секунд свободного падения, и вот мое тело с адской болью пронзает что-то острое.
Не могла пошевелить ни рукой, ни ногой.
Пыталась вздохнуть, но ничего не получалось, лишь во рту ощущался металлический привкус, который становился все отчетливее, а из груди торчал какой-то штырь.
«Боже! Пожалуйста, не может все так быстро закончиться! Я еще так молода… »
Слезы катились по щекам, в то время как тоненькая струйка крови бежала из уголка моих губ.
Тело стало неметь. Миг, и я проваливаюсь в пустоту.
Плыла по длинному коридору, которому не было видно ни конца, ни края.
Чувствовала какое-то успокоение, но все же мне не хотелось здесь находиться. Не хотелось туда идти.
«Я еще молода! Хочу семью! Хочу детей!»
– Детей… – послышалось эхо где-то сбоку и меня грубо рвануло вверх.
Чувствуя, что могу дышать, жадно втянула в себя воздух, распахивая глаза и наблюдая озлобленного мальчика, который прижимал к себе маленькую девчушку.
– Что ты смотришь на нас? – зашипел ребенок. – Я не позволю больше обижать ни себя, ни сестру!
2. Что ж, это все же лучше, чем смерть…
Виктория
– Что ты смотришь на нас? – зашипел ребенок. – Я не позволю больше обижать ни себя, ни сестру!
– Да я и не хотела… – ответила шокировано, не понимая, как оказалась в этом месте и откуда вообще здесь взялись дети.
– Как же, не хотела она! – фыркнул мальчик. – Сама угрожала нам расплатой, если мы не вымоем полы во всем доме…
Хлопая глазами приподнялась на локтях, приказывая себе мысленно не паниковать, хотя так хотелось. Моему взгляду открылся большой коридор с оборванными обоями на стенах, мусором на полу, какой-то драной тряпкой, болтающейся на одном гвозде… Мне виднелась приоткрытая комната, в которой убранство было ничем не лучше, чем в коридоре. Глаза бегали по выцветшей мебели и клочку разобранного пола – я просто не понимала, куда меня занесло….
«Что происходит? Я жива?? – приложила руку к груди, убеждаясь, что никакого штыря из нее не торчит и едва не взвизгнула, так как мне на лицо упала прядь белокурых волос. – Где я? Боже… КТО Я??? А что это за одежда???»
– Энкель, – коснулся слуха шепот девочки сквозь мою подступающие истерику. – Мне страшно. Она какая-то странная. Давай уйдем в свою комнату, пока опять нас не начали обзывать…
«Это они про меня что ли??? Я их обзывала??? Да быть того не может! Я люблю детей до потери пульса! Жаль, что своих пока так и не довелось заиметь…»
– Она не будет больше, – успокаивающе шепнул ей мальчуган, резко поворачивая ко мне голову и сверкая зрачками, от чего я чуть не заверещала на весь коридор. – Иначе мы скажем проверяющему, как здесь к нам относятся, и тогда она ничерта не получит!
– Послушайте, – выставила руку вперед, нервно дыша, так как все происходящее казалось каким-то кошмаром, – я не желаю вам зла. Я люблю детей. Честное слово…
– Не смотри на то, что нам всего по пять лет, тетя! – фыркнул мальчуган. – Нам через две недели уже шесть, да и мама многому научила! Так что обмануть нас не получится! Мы с Самирой не отдадим свой дом и свою землю!
Смотрела на решительного мальчика и жавшуюся к нему девочку, отмечая сходство между ними, причем явное.
«Близнецы? Скорее всего… Причем тут близнецы, Вика?! Куда тебя занесло?? А главное – в кого???»
Даже при моем зашкаливающем ужасе и не желающей хоть немного отступить панике, смогла разглядеть плачевное состояние детей. В дряхлой поношенной одежде, драных туфлях, изможденные, измученные, со спутанными волосами…
«Да они же полная копия своего дома», – пронеслось мысленное в голове, на время отбрасывая свои переживания.
– Дети, а где ваша мама? – начала осторожно, замечая яростный взгляд мальчика и слыша тихий скулеж девочки.
– Она еще издевается, – фыркнул маленький мужчина, иначе его никак и нельзя было назвать. – Сама только что смеялась, что наша мама умерла…
«Боже, если ты мне дал вторую жизнь, что похоже так и есть, – нервно хихикнула я, – то
