В ресторане… Вечером… Не ешьте до разговора… Когда Шейла, толкнув зеркальную дверь, вошла в фешенебельный ресторан за пять минут до назначенного времени, она очень надеялась, что раздражение не отражается на ее лице.
— Я к мистеру Грину, — сказала девушка метрдотелю.
Тот широко улыбнулся:
— Мистер Грин еще не приехал, мисс. Разрешите вас проводить?
Она последовала за ним через весь зал к столику, расположенному достаточно далеко от посторонних ушей.
— Не желаете ли что-нибудь выпить?
— Минеральной воды, пожалуйста, — быстро ответила Шейла, твердо решив не дать алкоголю затуманить свой разум.
Напиток появился моментально — в высоком хрустальном бокале, со льдом и кусочком лимона. Шейла успела сделать несколько глотков, когда по залу пробежал шумок, который, очевидно, возвещал о появлении Очень Важной Персоны. И действительно, в дверях возник человек, чьи фотографии Шейла часто видела в газетах.
Артур Грин посмотрел через весь зал прямо на тот столик, за которым она сидела, их глаза встретились, и Шейла невольно поежилась под его пристальным, оценивающим взглядом. Лицо у знаменитости было довольно суровым, хотя он успел сказать метрдотелю что-то такое, от чего тот расплылся в широкой улыбке.
Ну и ну! — поразилась Шейла. На фотографиях он просто душечка, а в жизни — матерый хищник. В то же время Шейла отметила, что еще никогда не встречала такого красивого мужчины. Движения Артура были полны грации и силы. Он оказался фута на полтора выше, чем она представляла, с сильными плечами, ширину которых не скрывал свободно сидевший на фигуре модный темно-серый костюм. В черных волосах не было и намека на седину.
Наблюдая за ним, девушка содрогнулась при мысли о том, что ей предстоит проникнуть в дом этого человека, втереться к нему в доверие, а затем хладнокровно ограбить. Теоретически все казалось просто, но в действительности, теперь Шейла это отчетливо поняла, иметь дело с таким противником нелегко. Горе-авантюристка почувствовала, что решимость вот-вот покинет ее.
Когда Грин подошел совсем близко, Шейла увидела, что глаза у него совершенно необычные, серебристо-серые. Их пронзительный взгляд абсолютно не соответствовал вежливой полуулыбке, которой Грин одарил девушку, протягивая руку.
— Мисс Рассел? Нет-нет, не вставайте. Я Артур Грин.
Она робко вложила ладонь в протянутую руку и получила в ответ быстрое энергичное пожатие. Грин уселся напротив, вопросительно глядя на Шейлу.
— Добрый вечер, мистер Грин, — пролепетала она и мысленно приказала себе: перестань вести себя, будто мышь со львом.
— Артур, — коротко поправил он. — А вы Шейла?
Она ограничилась кивком. Внимательный взгляд серых глаз быстро окинул ее лицо, волосы, руки, отметил чистый, аккуратно отутюженный, но ничем не примечательный наряд.
— Вы совершенно не похожи на повара, — заключил Артур глубоким голосом, в котором прозвучало — или это ей почудилось? — недоверие.
Первым побуждением Шейлы было ответить колкостью. После всего того, что ей рассказала Джун, она презирала этого человека, но сразу дать понять это — провалить все дело. И Шейла, заставив себя быть вежливой и обаятельной, мило улыбнулась.
— А вы похожи именно на кинопродюсера.
Мышцы его лица словно окаменели.
— Итак, вы слышали обо мне?
— Естественно, — подтвердила девушка. — Ведь я же обратилась к вам по поводу работы, не так ли?
Его серые глаза сощурились.
— Но в моем объявлении было сказано только о том, что прошедший собеседование претендент на эту должность будет работать у бизнесмена. Я не помню, чтобы там указывалось, о каком бизнесе речь.
— Но я узнала вас сразу же, как только вы вошли в ресторан, — поспешила исправить свою оплошность Шейла. — По фотографиям в газетах.
Грин слегка откинулся назад.
— Неужели? — медленно протянул он, и Шейла поняла, что ему нетрудно отличить правду от лжи. Следует быть осторожнее. — Это уже, по крайней мере, что-то новенькое.
— Что вы имеете в виду?
Артур пожал плечами, прядь темных волос упала на его высокий загорелый лоб.
— Вы даже не представляете себе, как много молодых женщин считают, что вызвать мое расположение можно именно игрой в неузнавание меня, как правило, плохой игрой. Им кажется, что я буду больше уважать женщину, которая якобы любит именно меня, а не мою популярность и мои деньги.
Шейла почувствовала, что начинает испытывать удовольствие от мысли о предстоящем разоблачении этого невыносимо высокомерного человека.
— Боже мой, — заметила она, — до чего же трудными бывают отношения между людьми! Я испытала это на себе. Кажется, вам тоже не очень везет в этом плане.
Шейла с самой невинной улыбкой взглянула в глаза Артуру. Он, конечно, не ожидал услышать от нее такое, и девушка приготовилась увидеть на лице знаменитости хотя бы тень смущения. Но просчиталась.
— Все-таки вы не похожи на повара, — критически заметил Грин, словно речь шла об утверждении актрисы на главную роль.
— Вы так считаете? — Шейла постаралась безмятежно улыбнуться. — Вы предпочли бы иметь дело с типичным поваром? Полным, в клетчатых брюках, белой куртке и высоком колпаке? А кончик моего носа, испачканный мукой, убедил бы вас окончательно?
Она едва успела заметить мягкую улыбку на его красивом лице, прежде чем Артур снова натянул на него насмешливую маску.
— Что-то вроде этого, — кивнул он.
Какой чудный голос, подумала Шейла, невольно прислушиваясь к его звучанию. Никогда раньше не приходилось слышать такого медового голоса. Особенно волновали глубокие протяжные ноты.
Шейла вздохнула. Лучше бы Грин не был так хорош собой, ведь гораздо легче обманывать того, кто не вызывает у тебя симпатии.
— Так вот, — решительно сказал Артур, — прежде чем мы продолжим наш разговор, я должен сказать вам, что ищу повара, а не актрису.
Шейла непонимающе уставилась на него.
— Что вы имеете в виду?
— Подумайте сами.
Наконец до нее дошло.
— Вы подозреваете, что в действительности я актриса? Что мое обращение к вам по поводу вакансии повара всего лишь предлог для знакомства?
— Угадали, — проворчал Грин.
До чего же невыносим и высокомерен! Досадить самовлюбленному красавцу будет настоящей радостью!
— Вы же видели мои документы, — холодно возразила Шейла. — Там черным по белому написано, что я настоящий повар.
— О да, я видел их. — Он невесело рассмеялся. — Но вы бы очень удивились, если бы узнали, как избит этот метод. Кажется, весь мир стремится проникнуть в кинобизнес. Я заказываю по телефону пиццу, и вдруг доставившая ее девица начинает исполнять номер из прошлогоднего мюзикла. Прихожу в магазин за покупками, и женщина, продавшая мне свитер, просит принять ее и послушать монолог леди Макбет. И не только женщины. Я сажусь в автобус, а водитель вдруг, рискуя жизнью пассажиров и моей, кстати, тоже, начинает изображать из себя каскадера. Да-да, водитель автобуса, — повторил он, увидев удивление собеседницы. — Я стараюсь ездить не только на машине: ведь если изолирую себя от настоящей жизни, то и фильмы мои будут недостоверными.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
