Где можно было найти ответы на все ее вопросы, касавшиеся таинственного бала? Конечно, она должна была разузнать о подобных ритуалах как можно больше. Насколько они часты? Ведь раньше она никогда о таком и не слыхивала! Неужели она так «отстала» от реальной жизни?
Лоранс решила отправиться в ближайший книжный магазин и попытаться незаметно раздобыть побольше информации. Но в каком разделе искать? Сексология? Социология? Если вдруг ее спросят, нужно ли ей помочь, она просто умрет со стыда. Самое простое было порыться в газетах, может быть, там найдутся какие-нибудь сведения, ну хоть какой-нибудь намек.
Пролистывая соответствующую рубрику, она обнаружила объявления многочисленных эскортных агентств, предлагавших в более или менее завуалированной форме разнообразные услуги. За ними шли объявления массажных салонов… и просто людей, ищущих практически все, от классического партнера до необычного приключения. Но ни малейшего упоминания о бале-маскараде или просто о какой-либо эротической вечеринке с участием большого числа приглашенных она не нашла. Разочарованная, она задумалась, где продолжить поиски. В специальном журнале? Возможно, но его надо еще раздобыть!
Лоранс попыталась отвлечься. Взяла любимый роман, но в девять часов вечера, устав в десятый раз перечитывать один и тот же отрывок, не воспринимая его смысла, она резко захлопнула книгу, встала и, захватив с собой сумку, решительным шагом направилась к ближайшему газетному киоску. Она была полна решимости найти журнал, который сможет пролить свет на сжигавшие ее вопросы. Но решить — одно, а претворить в жизнь это решение — совсем другое! А если ее узнают?
Какое-то время она колебалась, затем быстро направилась к метро. Выбрав направление наугад, она проехала несколько остановок и вышла. На выходе она обнаружила незнакомый ей табачный магазинчик, в котором вряд ли кто-нибудь раскрыл бы ее инкогнито.
Лоранс остановилась перед прилавком… и глаза у нее разбежались. Чего тут только не было! Да… Она, конечно, такого не ожидала и потому замерла в нерешительности: какой же журнал взять?
Какой-то мужчина вошел в магазинчик и направился в ее сторону. Она тотчас сделала вид, будто интересуется журналами по информатике, взяла наобум и перелистала один из них, пытаясь, как ей казалось, выглядеть совершенно естественно: женщина поглощена изучением серьезного журнала — что такого? Краем глаза она наблюдала за мужчиной, который с небрежным и почти пресыщенным видом взял с полки номер «Playboy».
«Да какая разница? — сказала она себе. — Чего тут выбирать! Все они об одном и том же!»
И поскольку незнакомец уже отвернулся к кассе, она тоже схватила номер «Playboy», попытавшись скрыть его под обложкой того журнала, что читала мгновением раньше. Может быть, кассир не заметит, каким чтением она предполагает заняться?
К ее великой досаде, кассир бесконечно долго обслуживал стоявшего перед ней покупателя, и Лоранс уже подумала, что ее мучения никогда не кончатся. Когда же подошла ее очередь, продавец равнодушно пробил стоимость журнала по информатике.
«Кажется, все идет хорошо», — подумала она. Однако, пробивая чек на следующий журнал, он поднял на нее сочувствующий взгляд и быстро подмигнул.
Какая наглость! Задыхаясь от стыда и возмущения, Лоранс расплатилась, неловко вытащив из кошелька несколько бумажек и, не дожидаясь сдачи, поспешила к выходу, торопливо пряча злополучный журнал на дно сумочки.
* * *
Домой Лоранс вернулась в совершенно растрепанных чувствах. Что это на нее нашло? Ехать за тридевять земель, чтобы купить журнал, который ее вовсе не интересовал! Она же всегда считала такую печатную продукцию «низкопробным чтивом»! Хотя… если честно, она всегда испытывала к ней странное смешанное чувство — отвращения и влечения одновременно.
Для успокоения совести и не решаясь разглядывать картинки, она принялась листать «Playboy» в поисках статей, способных разъяснить ей характер события, на которое ее пригласили. Не совсем, конечно, ее, но… Однако редкие статьи мало что объясняли. Здесь были интервью с модным нью-йоркским радиокомментатором, хроника художественной жизни, политические события… Но ни единого намека на то, что она искала!
За неимением лучшего, она принялась читать страницу читательских писем.
«О, Боже, как испорчен мир!» — подумала она. Люди рассказывали всевозможные истории, которые, как ей казалось, были изрядно приукрашены вымыслом, если это был только вымысел…
Вскоре эти истории Лоранс наскучили, хотя при чтении последних писем по коже у нее побежали странные мурашки.
Она рассеянно стала просматривать другие страницы, как вдруг, к своему изумлению, наткнулась на серию особенно вызывающих фотографий. На них были изображены две женщины и двое мужчин в акробатических позах: сначала брюнет с блондинкой и блондин с рыжей, затем блондин с блондинкой и рыжая женщина с брюнетом, потом блондинка с рыжей…
Лоранс так и застыла с открытым ртом. В то время как ее тело инстинктивно реагировало на эти изображения, мозг изо всех сил старался рационально убедить ее в том, что нормальные люди так себя не ведут. Однако если кто-то в этом городе брался за организацию эротического маскарада, значит, тут жили и те, кто вел столь развратную жизнь!
В эту ночь Лоранс впервые в жизни приснился эротический сон. В нем было все: от предавшего и бросившего ее молодого человека — волшебная магия сна изменила его черты и до чудовищных размеров увеличила половой член — до сатанинской оргии, в которой участвовали все ее коллеги… на них были лишь символические маски и более ничего.
Проснулась она вся в поту, тело горело, низ живота сводило судорогой от отчаянного желания получить то, в чем она так долго себе отказывала. Дав себе, наконец, свободу, она устремилась на штурм этого пылающего очага. Как только пальцы Лоранс коснулись сокровенной плоти, ее естество пронзила дрожь, и чтобы унять свое возбуждение она стала кружить кончиками пальцев по краю раскрывшегося лона. Его набухшие от желания створки приоткрывали доступ во влажную глубину, так и призывая двинуться дальше. Лоранс коснулась ногтем маленького, гордо выступающего бугорка, готового в любой момент одарить ее острейшим наслаждением. Впервые за многие годы она ясно осознала, что ей нужен кто-то для того, чтобы укротить этот пылающий жар — чья-то рука, язык или властно проникающий в нее член.
Осторожно введя сначала один, затем другой и третий пальцы, Лоранс, как могла, заменила ими страстно желаемого партнера. Рука ее проникала внутрь, заполняла ее, заставляя дрожать и стонать и убедительно показывая, до какой же степени ей не хватало этих ощущений. Она представляла себе любовника, который, навалившись на нее всем своим телом, буквально распахивал ее внутренности твердым и словно стальным пенисом.
