Наконец она разомкнула губы, и он проник во внутреннюю сладость ее рта. Хлоя почувствовала атласную гладкость его языка, с которым она играла с таким чувственным наслаждением, которого еще никогда не испытывала. Ее тело как будто пронизывало током, поражая ее невинность. В эти восхитительные моменты Хлоя осознала силу собственной сексуальности.
Его поцелуй становился более глубоким и страстным. Ее руки скользнули к нему на плечи, затем обвились вокруг его шеи. Она гладила его гладкие как шелк волосы.
Они стояли, обнявшись и слив свои уста и тела. Впервые Хлоя почувствовала — ее одежда была барьером. Ей показалось — ее грудь расцвела и готова была разорвать бюстгальтер, чтобы прижаться к твердой мускулатуре мужской груди. И она захотела от него избавиться, избавиться от всего...
И, как будто в ответ на ее невыраженную просьбу, Дариус передвинул руку с бедра на ее талию, затем еще выше и, отодвинув чашку бюстгальтера, нежно взял в руки холмик ее груди. Подушечкой большого пальца он теребил чувствительный розовый сосок, преднамеренно вызывая сексуальное пробуждение. У Хлои перехватило дыхание, и она издала стон.
Она слышала, как и Дариус простонал, назвал ее по имени. Он медленно закончил поцелуй и начал целовать ее виски, закрытые глаза, линию скул и уголки ее рта, прикасаясь к ним так нежно, как будто крыло бабочки.
Хлоя подняла опущенные веки и посмотрела в его изумрудные глаза.
И тут Дариус сказал хриплым голосом:
— Нет, только не здесь, моя милая. Нет, только не так.
Он поправил ее одежду и крепко обнял ее. Они долго стояли так. Его руки почти замерли, лицо было спрятано в ее волосах. Затем Дариус выпрямился, чуть отодвинул Хлою от себя и посмотрел на нее с легкой жалостью:
— А сейчас я действительно хочу отвезти тебя домой.
— Так, значит, чай в поместье... — сказала тетя Либби. — И ты хорошо провела время?
Хлоя встретилась с вопросительным взглядом тети, стараясь сохранить самообладание.
— Да, миссис Мэйнард была очень добра. Я должна постирать и погладить вещи, которые она любезно мне одолжила, и вернуть их. — Хлоя вручила тете квадратный конверт: — А это тебе.
Брови тети приподнялись, когда она вытащила приглашение и прочитала его.
— Вижу, ты тоже приглашена. Но думаю, ты не захочешь пойти.
— А почему нет?
— Да просто я вспоминаю, как ты совсем недавно всячески отгоняла такую мысль, описывая бал как сборище старомодных людей, танцующих вальс святого Бернарда, — холодно ответила тетя Либби.
Хлоя покраснела:
— Я действительно так раньше думала.
— Так почему же ты так резко поменяла свое мнение? — Миссис Джексон не сводила с племянницы проницательного взгляда.
— Вероятно, потому, что это единственная моя возможность сходить туда, — она выдавила улыбку, — и посмотреть, насколько я была права. А потом я уеду учиться в университет, затем буду искать подходящую работу, так что...
— Нет, — задумчиво сказала тетя Либби, — ты недоговариваешь. — Она задумалась, затем быстро вздохнула. — Тогда мы пойдем втроем. И тебе нужно платье!
— В Ист-Ледвике есть место, где можно взять платье напрокат, — ответила Хлоя. — Или можно покопаться в магазинах секонд-хенд. Там оно будет стоить недорого.
— Вижу, ты уже все продумала, — сухо подытожила тетя Либби. — Мы поедем туда на следующей неделе и что-нибудь найдем.
* * *
Их поиски были недолгими. Женщина, работающая в магазине платьев напрокат, окинула Хлою быстрым взглядом и одобрительно кивнула:
— Хорошая стройная фигурка, со слегка завышенной талией. Я думаю, у меня есть для девушки отличное платье.
Она исчезла в задней части магазина и вернулась с завернутым в целлофан белым платьем, переливающимся серебристым блеском.
— Мне сказали, модель этого платья взята из нового фильма «Гордость и предубеждение», который выйдет в прокат только этой осенью, — сказала продавщица. — Но, что бы там ни говорили, оно великолепное!
И когда Хлоя посмотрела на свое отражение в зеркале, она не могла с этим не согласиться. Платье было с короткими рукавами, чуть расширяющееся книзу. Лиф соблазнительно выставлял напоказ выпуклости юной упругой груди.
— Живая Элизабет Беннет! — продавщица улыбнулась ей, затем повернулась к тете Либби: — Есть вероятность того, что на танец ее пригласит сам мистер Дарси?
— Абсолютно никакой! — отрезала миссис Джексон. — Такие мужчины существуют только на страницах книг. Но платье действительно очаровательное. Вряд ли нам попадется что-нибудь лучше этого, поэтому мы берем его.
Обувной магазин на Хай-стрит обеспечил их парой недорогих серебряных бальных туфель. Хлоя возвращалась домой в приподнятом настроении, в то время как тетя Либби всю дорогу молчала.
Когда они вернулись на ферму, тетя Либби резко сказала:
— Когда позвонит Иэн, не могла бы ты его попросить, чтобы он приехал на этот уик-энд? Я уверена, если мы попросим миссис Мэйнард, она даст нам еще одно приглашение.
Хлоя озадаченно посмотрела на тетку:
— Но это бесполезно. У ветеринаров непрерывная программа. Они работают даже в выходные дни.
— Но ты хотя бы попытайся! — тетя Либби стрельнула в нее взглядом. — Если, конечно, ты сама хочешь пойти с ним.
— Естественно, хочу! — Хлоя со стыдом распознала фальшивую нотку в своем голосе. — Я позвоню ему сегодня вечером.
— Боюсь, что не получится, — сказал ей Иэн невеселым голосом. — Нас и так тут мало. Крейг отъехал.
— Ничего страшного, — постаралась утешить его Хлоя, — это была просто неудачная идея.
Но когда она положила трубку и увидела свое отражение в зеркале, то, к своему стыду, вынуждена была признать: в ее глазах совершенно не было видно никакого разочарования.
За завтраком Хлоя сказала:
— Пойду поглажу вещи миссис Мэйнард, пора их вернуть. Я почти совсем о них забыла.
— Зато я не забыла, — спокойно сказала ее тетя, намазывая масло на тонкий ломтик хлеба. — Я привела вещи в порядок и отдала их твоему дяде, который и завез их в поместье пару дней назад.
— О-о-о. — Хлоя смотрела в свою тарелку, скрывая разочарование. — Мне бы не хотелось доставлять тебе лишних хлопот...
— Никаких хлопот, — ответила тетя Либби. — Для меня это истинное удовольствие.
И тогда Хлоя, кипя от негодования, оставила все как есть.
Но сейчас, оглядываясь назад, в прошлое, она понимала: ее тетя старалась быть мудрой. Она деликатно пыталась уберечь юную племянницу от первой реальной опасности в ее жизни.
«Она уже тогда все понимала, — подумала Хлоя. — Так почему же я ничего не видела?»
