Я глядел на башню и не испытывал никакого желания приблизиться к ней. Она не влекла к себе в отличие от вчерашнего каменного лабиринта, но наоборот, казалась стражем, готовым покарать всякого, кто преступит некую невидимую черту.
Я заметил, что Каттея стоит с отрешённым лицом, и понял, что она пытается мысленно проникнуть за стены башни.
— Нет, мне не удаётся постичь её суть, — сказала она, покачав головой. — Ну что ж, значит так тому и быть — незачем соваться, куда не следует. Есть силы не добрые, но и не злые… Они могут излечивать, а могут и калечить. Не стоит играть с огнём.
У меня было ощущение, что с башни за нами наблюдают, и я уговорил сестру и брата вернуться в рощу, чтобы под её прикрытием, сделав небольшой крюк, выйти снова к реке ниже по течению.
Хотя с утра было пасмурно, дождь так и не начался. Мы шли лесом, придерживаясь реки. В лесу было сумрачно, однако мне удалось разглядеть свежие следы турачей. Эта большая птица хорошо бегает, но плохо летает. В Эсткарпе мясо турача всегда считалось изысканным блюдом. Зная, насколько эта птица осторожна, я решил поохотиться на неё в одиночку, пообещав сестре и брату не отвлекаться ни на что другое. Я сбросил с себя котомку, флягу и даже шлем, дабы он он не выдавал меня позвякиванием кольчужного шарфа.
Птиц следовало искать у реки — они кормятся там в зарослях диких злаков. Высокий камыш позволил мне подкрасться к ним, но что-то их спугнуло.
Сломанные ветки, прошлогодний камыш и другой мусор, оставшийся от половодья, скопились на противоположном берегу и образовали запруду, наполовину перегородившую реку. Поверх этой путаницы из прутьев и тростника сновали какие-то чёрные зверьки, которых становилось всё больше и больше, словно что-то привлекало их своим скрытым присутствием. Вдруг они начали спрыгивать в воду и поплыли к берегу, на котором затаился я.
Быстрое течение относило их в сторону, но я понимал, что где-то они всё же выберутся на берег. И тут до меня дошло: зверьки охотятся не за турачами, а за мной!..
— Нам грозит опасность! — мысленно предупредил я брата и сестру. — Выбирайтесь на открытое место!..
Я бросился бежать в сторону поляны, чувствуя, что с этими тварями лучше не иметь дела среди кустов.
Кимок откликнулся на моё мысленное предупреждение и, более того, подсказал направление, в каком мне лучше двигаться. Я остановился, развернулся лицом к реке и стал пятиться, чтобы избежать нападения с тыла, и вовремя: кустарник уже кишел чёрными тварями…
«Твари… А ведь у меня есть способность влиять на животных, — подумал я. — Почему бы не воспользоваться ею?»
Я попытался найти мысленный контакт со зверьками.
Ничего себе зверьки!.. На меня обрушился бешеный поток страсти умерщвлять и пожирать, несвойственный никакому другому зверью. Я испытывал отвращение и страх — какой обычно вызывает что-то стихийное и неуправляемое. Я совершил ошибку: мысленный контакт с этими тварями разъярил их ещё больше и теперь они подбирались ко мне всё ближе и ближе. Мне хотелось повернуться и бежать без оглядки через кусты, но я заставил себя медленно пятиться, держа наготове самострел.
Кое-как я выбрался на открытое место и краем глаза увидел Каттею и Кимока, которые двигались к центру поляны. Стая черных хищников продолжала преследовать меня, и я лихорадочно думал: «Как же избавиться от них?»
Я так спешил приблизиться к сестре и брату, что споткнулся и полетел кубарем, услышав, как вскрикнула Каттея. Перевернувшись через голову, я приподнялся и увидел, что хищные твари устремляются ко мне — безо всякой опаски.
Вблизи я рассмотрел их. У них были короткие лапки, однако это не мешало им быстро бегать. Их тельца, покрытые гладкой шерстью, были гибкими и подвижными. У них были маленькие заострённые мордочки с жёлтыми клычками и красными, как угольки, глазами.
Я выстрелил лежа. Вожак стаи закрутился волчком, пытаясь выдернуть зубами попавшую в него стрелу, но, несмотря на боль, которую он себе причинял, зверь не издал ни звука. Его агония вмиг охладила охотничий азарт стаи, и красноглазые твари, рассыпавшись во все стороны, скрылись, оставив своего собрата дёргаться в предсмертных конвульсиях.
Я вскочил и побежал к Каттее и Кимоку. Кимок стоял с оружием наготове.
— Хищники, — сказал он. — Откуда они появились?
— Из-за реки, — задыхаясь, ответил я. — Я ещё не встречал подобных тварей…
— Неужели? — удивилась Каттея. Она стояла, прижимая к себе пучок с травами, словно защищаясь ими. — Это же кутора.
— Кутора? — переспросил я. Мне бы в голову никогда не пришло сравнить водяную мышку, величиной с палец, с этими злыми хищниками, превышающими её по размеру раз в двадцать-тридцать. А ведь и в самом деле — они были не чем иным, как увеличенными до невероятных размеров куторами.
— Кутора так просто не расстаются с выбранной жертвой, — напомнил Кимок.
Твари действительно шныряли поблизости, сплачиваясь в кольцо вокруг нас. Они вылезали из кустов, прижимались к земле, и походили больше на змей, чем на теплокровных.
Кимока не нужно было предупреждать — он уже начал стрелять. Три зверя один за другим, подскочили вверх и закрутились на месте. Прекрасно. Только надолго ли нам хватит запаса игл? Вряд ли с помощью мечей и кинжалов мы сможем отбиться от этих вертлявых тварей.
— Я не могу с ними справиться! — крикнула Каттея. — Сила не действует на них…
— Похоже, что на них может подействовать только это!
— Я приготовился выстрелить. Но казалось, здесь всё было против нас — внезапно хлынул ливень. Однако на поведении хищников это никак не отразилось.
— Смотри, что это такое?! — крикнул Кимок в тот самый момент, когда я выстрелил. Я промахнулся, в бешенстве чуть было не рыкнул на него, но, глянув в сторону, увидел сквозь потоки дождя… человека, приближавшегося к нам на коне. Всадник вклинился между нами и стаей хищников. На миг нас ослепила белая вспышка. Создалось впечатление, что этот человек каким-то образом вызвал молнию и хлестнул ею, как кнутом, по бешеным тварям.
Огненный кнут ещё три раза хлестнул по земле, а всадник развернулся и скрылся в лесу. Над теми участками поляны, по которым прошёлся луч его странного оружия, подымались белесые струйки дыма: ничто больше не двигалось там.
Мы с Кимоком схватили Каттею под руки и молча побежали в сторону леса. Там, прижавшись друг к другу под большим деревом, мы стали ждать, когда кончится дождь.
— Это снова было проявление Силы, — шепнула мне Каттея, — и скорее доброе, чем злое. Но её посланник никак не откликнулся на мой призыв!.. — В её голосе звучала обида. — Почему?.. Послушайте… — Она обняла нас за плечи. — Я вспомнила… Быстрая вода… Если мы найдём место посреди быстрой воды и произнесём заклинания, мы будем в безопасности.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
