Брин увидела, что взгляд карих глаз Габриэля устремлен к ее влажным приоткрытым губам. Она прерывисто задышала, продолжая неотрывно смотреть на Габриэля. Тихим голосом Брин произнесла:
– У меня начинает болеть шея оттого, что приходится задирать голову. Что вы делаете?
Она охнула, когда Габриэль нежно скользнул руками вдоль ее рук и взял за талию, опускаясь на колени перед ней. Чтобы не потерять равновесие от этого резкого движения, Брин вынуждена была опереться на его плечи.
– Так лучше? – тихо спросил он хриплым голосом.
Габриэль принял опасное для них обоих положение: сейчас он был так близко, что его дыхание обжигало лицо Брин. Она видела огонь, бушующий в бездне его карих глаз. Пряди его темных волос завлекающе ниспадали на лоб, а губы соблазнительно приоткрылись.
Сквозь ткань майки ее талию буквально обжигало прикосновение его рук. Сильных рук. Брин и прежде, бывало, ощущала себя полностью очарованной Габриэлем, но сейчас она была совершенно не в силах сопротивляться обжигающему жару его рук на своей талии.
В его глазах горело пламя. Габриэль взглянул на Брин.
– Вы понимаете, что это ничего не меняет, да?
– А я не хочу ничего менять. Меня все устраивает в нашей ситуации, – хрипловатым голосом заверил он и опустил взгляд ниже. Он медленно задрал ее майку, обнажая гладкую шелковистую кожу ее живота. – Я очень счастлив… – пробормотал он гортанным голосом.
Брин вновь почувствовала его теплое дыхание на своей коже, его губы нежно скользили по ее обнаженному телу. Тихо охнув, она выгнула спину, вцепившись пальцами в плечи Габриэля. Его руки вскоре оказались у нее под майкой и обхватили ее груди, прикрытые только черным кружевным бюстгальтером.
– Ты так прекрасна, Брин, – медленно произнес он. – Я так долго ждал этого момента. – Он задрал майку еще выше и поцеловал ее грудь. Сняв и бросив ее на пол, он продолжил изучать тело Брин. Его темные глаза при этом горели от возбуждения. Он несколько секунд с наслаждением смотрел на нее, а затем протянул руку и опустил чашку бюстгальтера, обнажив одну грудь с уже набухшим от возбуждения соском. – Ах, боже! – простонал он, обнимая ее за бедра и приникая губами к соску.
Брин почувствовала шершавое прикосновение языка Габриэля, ее лоно увлажнилось. Лаская пальцами его темные волосы, она все ближе прижимала его к себе. Он был нужен ей, она хотела его.
Габриэль ловко расстегнул и снял бюстгальтер, вновь приникнув губами к твердому соску. Рукой он стал нежно мять ее грудь.
– Можем мы хотя бы отойти от окна? Нас видно снаружи, – слабо запротестовала Брин, не в силах прервать происходящее.
Габриэль неохотно выпустил ее сосок, его горячее дыхание коснулось ее влажной груди.
– Окна светоотражающие. Только мы можем видеть то, что происходит снаружи.
– Ох, черт! – Брин задыхалась, а Габриэль уже расстегивал пуговицу на ее джинсах. Он сел, чуть откинувшись назад, его глаза при этом были такими же черными, как кружевная ткань на трусиках Брин. Сняв с нее кроссовки, Габриэль стал медленно стягивать ее джинсы, и прохладный воздух обдал волной свежести разгоряченное тело Брин. Габриэль быстро взглянул ей в глаза, и этот мимолетный взгляд был подобен удару тока. Никогда в жизни она не чувствовала себя столь желанной. Руки Габриэля проникли под черные кружевные трусики, и он тут же вдохнул ее аромат, который усилил его собственное возбуждение, требующее немедленной разрядки.
Щеки Брин горели от желания, глаза блестели лихорадочным огоньком. Сильнее вцепившись в его волосы, она почувствовала, как Габриэль отодвигает в сторону черную ткань кружевных трусиков и медленно проникает пальцами в ее лоно. Его пальцы двигались ниже, касаясь влажных от возбуждения волос, затем возвращались и ласкали набухший клитор. Брин издала гортанный стон и развела ноги в стороны, когда он начал не спеша ласкать ее.
Габриэль хотел вкусить ее, почувствовать, как Брин теряет голову от наслаждения.
– Ты ведь знаешь, что я просто хочу сорвать с тебя эти трусики?
– Зато на тебе слишком много одежды, Габриэль, – прошептала Брин, сгорая от желания проделать с его обнаженным телом то же, что только что делал с ней он. Она хотела ласкать его мускулистые плечи, ощущать руками его крепкий торс и пресс. – Ну пожалуйста, Габриэль, – простонала она.
– Раздень меня, – хриплым голосом попросил он, откинувшись назад и выжидающе посмотрев на нее.
Он выглядел так дико и соблазнительно, словно языческий бог. Его растрепанные темные волосы, горящие черные глаза, раскрасневшиеся щеки, слегка припухшие губы манили. Восхищение во взгляде Габриэля прогнало прочь всякое смущение, которое могла испытать Брин, впервые стоя обнаженной перед мужчиной. Тем не менее ее руки слегка дрожали, когда она стала развязывать его галстук и расстегивать пуговицы рубашки. Не выдержав этой пытки, она сорвала с его с плеч одежду и бросила ее на пол к остальным вещам. У Брин перехватило дыхание при виде его крепких плеч, торса и накачанного пресса, покрытого темными волосами, исчезающими под ремнем брюк.
– Ты прекрасен, – с удовольствием произнесла она, нежно гладя его мускулистое тело.
– Тогда давай не будем ждать. – Он заговорщицки ухмыльнулся и, легко подхватив Брин на руки, пронес ее по комнате и положил на диван. Затем скинул с себя оставшуюся одежду.
Брин без стеснения наблюдала, как, сняв ботинки и носки, он расстегнул брюки и беспечно отбросил их. Она всегда считала Габриэля красавцем, но сейчас, в этих черных обтягивающих трусах, ткань которых уже не могла скрыть его сильное возбуждение, он казался самым роскошным мужчиной, какого когда-либо встречала Брин. Широкие плечи и накачанный торс, идеальная талия, стройные и мощные бедра… воображение Брин разыгралось не на шутку.
Восхищенный взгляд Брин лишь усилил возбуждение Габриэля. Нагнувшись, он быстро стянул трусы и выпрямился. Она резко вдохнула, увидев перед собой его полностью обнаженное тело. Глаза Брин резко потемнели, и она посмотрела на него с откровенным вожделением. Габриэль больше не мог сопротивляться своему желанию обладать ею: он подошел ближе и замер, когда Брин, с пылающим от страсти лицом, нежно провела кончиками пальцев по его возбужденному члену.
Габриэль напрягся и сжал кулаки, а Брин опустилась перед ним на колени. Наклонившись, она обхватила рукой его член, машинально облизывая губы и нежно касаясь подушечкой большого пальца влажной набухшей головки. На миг подняв взгляд, она тут же медленно опустила голову и стала слизывать языком вязкую жидкость.
– Милая, – пробормотал Габриэль шепотом, все его тело было словно сведено от напряжения. – Ты хочешь убить меня, Брин? – задохнулся он, но она продолжала.
