Леди Ровенна была ни жива, ни мертва от всего услышанного. У нее все холодело в груди, в душе. Хотелось плакать и бежать без оглядки как можно дальше, и она так бы и сделала, если бы внезапно двери не открылись и оттуда не вышла строгая как в одежде, так и лице женщина, старшая фрейлина будущей королевы.
— Леди, благодарю вас за ожидание. Теперь вы можете войти, — сказала она и все двадцать шесть девушек направились в большую гостиную леди Амины. Старшая фрейлина обратила свой строгий взор коршуна и на Ровенну, и ей в этот момент ничего больше не оставалось, как последовать за остальными.
* * *
Леди Амина тоже волновалась перед своим первым делом в качестве официальной невесты Солнечного короля и нервно ерзала на диване, сидя рядом с матерью. Та, как могла, успокаивала и поддерживала дочь, но девушка все равно не находила себе места. Только леди Блант — старшая фрейлина, которую пригласила сама леди Маргарет в качестве наперсницы и помощницы молодой королевы, сохраняла привычное спокойствие.
— Не стоит так переживать, миледи. Если вам что-то не понравится, вы всегда сможете перенести смотр или вовсе отменить его, — говорила она.
— Я не понимаю, почему мы должны делать это именно сейчас? — спрашивала леди Амина.
— Вам нужны подруги.
— Да, дорогая, — вторила фрейлине леди Маргарет. — Я не смогу долго быть рядом.
Амина знала, что беременность леди Маргарет протекает не так гладко, как хотелось бы. Она уже не молода, а новое состояние вскрыло старые болячки. Доктор порекомендовал губернатору увезти жену на запад к морю. В Эссире в это время года было слишком сыро и промозгло, что совсем не укрепляло здоровье будущей матери. Поэтому сразу после свадьбы и коронации им обеим придется расстаться. И только желание угодить матери, уменьшить ее беспокойство, заставило леди Амину поддаться на уговоры и принять двадцать семь незнакомых девушек из самых респектабельных семей Арвитана.
Когда девушки вошли, смущенные, немного напуганные, зажатые, леди поняла, что не только она боится. И, как ни странно, это ее приободрило, заставило расправить плечи и посмотреть на них именно так, как положено истинной королеве.
Леди Блант позволила девушкам немного привыкнуть к обстановке, к присутствию невесты короля, и когда волнение немного поутихло, пригласила первую по списку претендентку.
— Леди Амелия Холт подойдите, пожалуйста.
Та самая девушка, которая так нелестно отзывалась об отце леди Ровенны, уверенно вышла из толпы и направилась к дивану, на котором сидела будущая королева.
Леди Ровенна сразу же узнала ее: красивая, тонкая и изящная, как фарфоровая статуэтка, с уложенными в изысканную прическу светлыми, пшеничными волосами. У нее был взгляд невинной лани, добрый и нежный. И она отличалась от нее, как небо от земли…
Толпа девушек таяла буквально на глазах. С каждой разговаривали не больше минуты, задавали пару вопросов, леди Блант писала что-то в своей книге со списками, а затем другая леди, которую Ровенна сначала не заметила, провожала девушек к выходу.
«Что же делать?» — паниковала леди. Ведь очень скоро очередь совсем иссякнет и они поймут, что она здесь незваный гость. Ей очень хотелось уйти, бежать как можно дальше, но ноги не слушались, в голове шумело и сердце стучало так сильно и часто… В какой-то момент она не выдержала напряжения, когда перед ней осталась всего одна претендентка, комната начала медленно раскачиваться вместе со всей обстановкой и людьми. Она побледнела, попыталась ухватиться за стену, чтобы придать себе хоть какую-то устойчивость, но не успела.
— Что с вами? — воскликнула леди Амина, заметив, что с последней девушкой явно что-то не так.
— Мне нехорошо, — прошептала Ровенна, прежде чем упасть в обморок. Стоящая рядом девушка едва успела поддержать ее от болезненного удара об пол. Остальные также бросились к ней. Леди Блант послала за доктором, а леди Маргарет принесла из будуара нюхательную соль.
— О, Пресветлая, как вы нас напугали, — воскликнула Амина, когда Ровенна открыла глаза, вдохнув запах соли. Совместными усилиями они перенесли ее на диван и уложили.
Доктор появился через несколько минут. И когда увидел, кого ему предстоит осмотреть, побледнел даже сильнее леди Ровенны.
— Миледи, зачем же вы встали? — проговорил он, измеряя давление девушки.
— Вы знакомы? — удивилась леди Маргарет. До этого они пытались узнать имя бедняжки по спискам, но оказалось, что она не была записана, и никто из остальных претенденток никогда раньше ее не видел.
— Это… — доктор замялся и стал увлеченно рыться в своем чемоданчике, чем вызвал еще большее недоумение леди Маргарет.
— Так вы знаете, кто эта леди или нет? — требовательно спросила она.
— Я?
— Конечно вы.
— Простите, но я… думаю, будет лучше перенести леди в ее…
Доктор совершенно растерялся под тремя требовательными взглядами, но тут положение спас Сорос или испортил все окончательно.
— Леди Амина, король просит…
Увидев Ровенну, Сорос запнулся, и женщины смогли во всех подробностях лицезреть, как сильно он удивился, увидев лежащую, почти без чувств, девушку.
— Что случилось? — очнулся он и бросился к ней. Накрыл ладонью лоб, вгляделся в бледное лицо, словно он сам доктор. А затем, не дожидаясь ответа, поднял ее на руки и понес к выходу. Женщины последовали за ним.
— Я думаю, вам лучше остаться, — попытался отделаться от них он, но леди Маргарет, также как и леди Блант уже начали подозревать что-то неправильное во всей этой истории. И только лишь наивная леди Амина, с живым участием смотрела на бедняжку. Ей казалось, что это она виновата в обмороке леди. Слишком долго она сомневалась, слишком долго девушки ждали, когда же наступит аудиенция. Да и в гостиной она не догадалась поставить стулья.
Спустившись вниз, Сорос сделал еще одну попытку остановить их, но опять потерпел неудачу. Иногда женщины, в своем любопытстве могут быть ужасно упрямы. Тогда он решил: «Будь, что будет», перехватил свою ношу удобнее, открыл ногой дверь в апартаменты леди Ровенны, перепугав няню и кормилицу маленького принца. Именно тогда леди Амина и поняла, куда она попала на самом деле.
— Леди Ровенна Элиран, дочь графа Мартона, — выдохнула она в полном потрясении. А младенец, его сын. Она попала во владения любовницы ее жениха. О, Пресветлая, какой стыд!
Леди не хотела оставаться здесь более ни минуты, повернулась к матери, которая пребывала в похожем состоянии, торопливо извинилась и бросилась вон из комнаты. Ее раздирали противоречивые чувства. Сколько дней она провела в раздумьях об этой женщине, и чувствах к ней короля, убеждала себя, что это ерунда, что никогда им не придется встретиться, но вот, она здесь, во дворце, пришла на смотр фрейлин, упала в обморок, и оказалась совсем не такой, как Амина себе представляла. И это было хуже всего…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
