-- Да, - ответила княжна, омывая рану. Мадлена внимательно всматривалась в лицо молодого человека. Он морщился от боли, но не позволял себе ни звука проронить в присутствии женщин.
-- Как король? Он не пострадал? - князь посмотрел на Николь, стоявшую рядом. Девушка наблюдала, как Мадлена просто придерживает пострадавшую руку, в то время как Бьянка вытирает кровь и морскую воду вокруг раны.
-- Нет, с ним все хорошо, - ответила Николь.
Волшебница не сводила с князя проницательного взгляда.
-- Николь, замени меня. Я приготовлю лекарство, - сказала она.
Принцесса быстро заняла ее место и аккуратно взяла холодную окровавленную руку князя. Бьянка отерла брату лицо. Он опять покраснел, чувствуя себя ребенком, побившим колени.
-- Простите, что доставляю вам столько хлопот, - сказал он, стараясь не смотреть на принцессу, сидящую рядом.
-- Прекрати, Гордон, - княжна отошла, чтоб намочить полотенце в теплой воде. - Рана нешуточная.
-- Как это случилось? - спросила Николь, тоже не глядя на собеседника.
-- Я толком не понял, - ответил он. - Виктор оттолкнул меня, потом что-то упало совсем близко. Я такой нерасторопный, король мог пострадать из-за меня.
Бьянка промолчала, сосредоточив все внимание на полотенце. Еще один подвиг Виктора не поднял ей настроение.
-- Мы тут дрожали как зайцы, - ответила Николь, улыбнувшись князю. - Представляю, каково было вам там наверху.
-- Все уже позади, - он посмотрел на нее, забыв и о своей ране, и о шторме, и о том, что в каюте кроме них еще две женщины. - Вам нечего бояться.
Николь опустила глаза, чувствуя себя неловко.
-- А сейчас потерпите немного, - Мадлена подошла к ним, делая вид, что вовсе ничего не замечает. Бьянка села рядом, помогая волшебнице держать баночку с мазью. Николь держала раненую руку.
-- Это заживит рану, и поможет новой коже быстрее нарасти, - объясняла Мадлена, нанося толстым слоем зеленоватую маслянистую мазь. Гордон почувствовал обжигающую боль. Он быстро дышал, стиснув зубы. Второй рукой вцепился в покрывало, собрав его в кулак. Николь с жалостью наблюдала за князем. Бьянка была сосредоточена, но тоже иногда бросала на него сочувствующие взгляды.
-- Все, - Мадлена закончила, удивленно посмотрев на парня. Он был страшно бледен. - Ваш брат очень мужественный человек, - сказала она Бьянке.
-- Да, это семейная черта, - девушка вытирала его вспотевший лоб.
-- Это очень болезненная рана, - продолжала волшебница. - Но теперь вам станет легче.
Николь помогла забинтовать руку, и они с Мадленой вышли, чтоб Бьянка могла помочь брату раздеться и лечь в постель. До своей каюты он мог и не дойти, потеряв много крови и перетерпев болезненную процедуру. Князь категорически отказывался причинять принцессе неудобства, но девушки все же уговорили его. Отказать Николь он не смел.
-- Это друг Кристиана? - спросила женщина, пока они шли по коридору.
-- Да, - кивнула Николь. - Они давно знакомы.
-- Славный парень, - Мадлена улыбнулась.
-- Да, он очень хороший человек, - принцесса смутилась и замолчала, вспомнив его взгляд. Она знала, что князь неравнодушен к ней, он и не скрывал этого, хотя никогда даже не намекал на свои чувства. Она знала, что дружба с графом не позволит ему надеяться на взаимность с ее стороны.
-- Прости, мне сейчас нужно помочь еще одному человеку, - волшебница поправила сумку, которую ни на минуту не выпускала из рук. Книга в ней была по-прежнему тяжелой, словно вторая все еще находилась в опасной близости, а зеленоватое свечение исчезло. Так книга Зеленого Листа вела себя, лишь когда рядом были темные. Мадлена вздохнула, понимая, что книгу не обмануть.
-- Еще кто-то пострадал? - Николь встревожилась, заметив, что они остановились недалеко от каюты графа.
-- Да, но не Кристиан, - опередила ее догадку женщина.
-- А кто? - Николь, недоумевая, посмотрела на подругу.
-- Пойди к матери, она наверняка ждет тебя, - ответила та, постучав в дверь.
Николь хотела спросить, но Кристиан открыл, и она замолчала. Он выглядел встревоженным, мокрый с ног до головы, и бледный. Заметив Николь, он приподнял бровь вопросительно и посмотрел на мать.
-- Могу я войти? - спросила Мадлена.
-- Ты можешь, - ответил он, делая недвусмысленное ударение на первом слове. Мадлена вошла, а граф продолжал наблюдать за непрошеной гостьей. Николь не двигалась с места, не желая, чтоб он решил, что она тоже хочет войти. Сильнее обидеть ее он уже не смог бы.
-- Принцесса, - он театрально поклонился и закрыл дверь у нее перед носом. Девушка ничего не ответила, заметив мелькнувшую тень печали на его лице, прежде чем оно опять приняло свое надменное и безразличное выражение.
Не желая больше унижаться, она поспешила прочь, понимая, что от Мадлены помощи можно не ждать. Раз уж она пришла помогать Еве, значит, Кристиан убедил ее в серьезности своих намерений. Теперь и ей самой нужно было серьезно подумать, что делать дальше. Ни принцесса, ни крестьянка, ненужная жениху и потерявшая почти все девушка.
Николь вышла на палубу и посмотрела в черное из-за невероятной глубины море. Мысли чернее этой глубины терзали ее. Когда она была уверена, что им с графом не быть вместе, он чудесным образом устраивал все так, что они не расставались. Но стоило только в сердце затлеть надежде, как неумолимая судьба разводила их. Вот и теперь она никак не могла свыкнуться с мыслью, что он потерян навсегда, и он становился все холоднее и официальнее, все больше отдалялся. А она не могла в это поверить, надеялась, искала способы вернуть его, прекрасно понимая, что этим только отталкивает.
Принцесса перегнулась через борт и посмотрела на пену, вздымавшуюся далеко внизу. Море было еще неспокойным после шторма, но волны стали гораздо меньше и ветер, казалось, вовсе стих. На небе зажглись звезды, украшая ночной пейзаж. От этой красоты Николь стало совсем плохо. Мелькнула мысль отпустить руки и забыть навсегда обо всем. Стать русалкой, морской сиреной, духом моря.
-- Николь, - Виктор говорил тихо, чтоб не испугать ее. Он стоял в нескольких шагах. Девушка выпрямилась, чувствуя себя глупо перед братом. Он, наверное, решил, что она собирается броситься в воду. И он был прав, как всегда.
-- Палуба скользкая, - продолжал он, немного расслабившись, и подошел. Принц уже успел переодеться в сухую форму, только волосы оставались влажными и не были собраны, как обычно.
