— Честно говоря, я даже не знаю, с чего начать, — замялся он.
— Тогда я буду спрашивать, а ты — отвечать. Давай так? Сколько тебе лет?
— Тридцать два.
— Скажи мне, пожалуйста, а твои родители еще живы?
— Мама— да, а папа умер несколько лет назад. С тех пор мать одна в том самом доме, где они с отцом жили всегда.
— Готова спорить на что угодно, что ты — единственный ребенок в семье.
— И проиграешь. Нас трое братьев, и я самый младший. Двое старших женаты и теперь плодятся как кролики. Точнее, почти как кролики. У Дэвида — двое детей и еще трое — у Гарри.
— А ты никогда не был женат?
— Нет.
— Просто живешь с кем-то?
— Опять не угадала.
— Значит, встречаешься с кем-то?
— Снова мимо.
Дэн посмотрел ей прямо в глаза и отрицательно покачал головой. Тут Эмма взяла бокал, и допрос на минуту прервался. Выпив, она вздохнула и поставила бокал на сверкающую белизной скатерть. Дэн, не отрываясь, наблюдал за ней. От него не укрылось, что рука Эммы слегка дрожит. Правда, ее взгляд был все так же бесстрастен, когда она смотрела ему в глаза, а на ярких полных губах играла легкая улыбка.
— Во всяком случае, я не ошибусь, если скажу, что в школе ты был знаменитостью и лучшим учеником.
— Не совсем так. Знаменитостью — да, а вот что касается успехов в учебе… Не считая, пожалуй, физкультуры — я в свое время был помешан на футболе. А так… Мне постоянно не хватало усидчивости. В моем дневнике полно замечаний типа: если соберется, то добивается своего… Но я уже в тринадцать лет хотел стать профессиональным фотографом, и учеба для меня немного значила.
— А почему именно фотографом?
— На двенадцатилетие отец подарил мне фотоаппарат, и я заболел этим делом. Как выяснилось, у меня получались очень неплохие портреты. Я обнаружил, что на этом могу прилично заработать, что у меня есть способности… Ну и пошло…
Дэн улыбнулся, вспоминая прошлое.
— Я делал такие удачные портреты наших школьных красавиц и мускулистых ребят, что снимки расходились просто «на ура» и мне удалось сколотить небольшой капитал. Я даже выпускал каждый год по календарю. Все шло замечательно, но в один прекрасный день в наш класс заявились налоговые инспектора и потребовали у меня декларацию.
Со смехом Дэн продолжал:
— А между тем все мои сбережения лежали в банке под кроватью. В конце концов, мне удалось втолковать им, что мое занятие — всего лишь безобидное хобби, а на вырученные деньги я покупаю оборудование.
— Разумно, — заметила Эмма.
— Конечно же, разумно. Я не гений, но жизненного успеха добиться сумел. Такие вот дела, — неожиданно жестко закончил он. Эмма нахмурилась и принялась разглядывать скатерть. Дэну ее молчание не понравилось, и он поднял бокал. — Может быть, выпьем за что-нибудь? Например, за мой успех… или же за твой.
Она посмотрела ему в глаза. Ее грустная усмешка испугала его.
— Ты надо мной смеешься?
— И не думаю. Только над собой — ведь это действительно смешно.
— Смешно для всех или же только для тебя самой? — Он выжидающе смотрел на нее, прекрасно понимая причины ее иронии. Кажется, теперь наступила его очередь задавать вопросы. Но он и не предполагал, что это произойдет так быстро.
— Не знаю. Но что-то есть комичное во всем этом, — Эмма обвела рукой вокруг столика, — во всей этой… торжественности, да и в наших разговорах.
— Но почему?
— Потому что мы с тобой…
— А разве уже можно говорить про нас «мы»?
— Пока нет, но скоро, думаю, будет можно. Во всяком случае, в области моды, — прибавила Эмма и, прикрыв глаза, отпила еще немного вина.
— Объясни, пожалуйста, что значит «в области моды», Эмма.
Она пожала плечами. Несмотря на то, что ей изо всех сил хотелось показаться беззаботной и беспечной, Дэну удалось заметить, что это ей удается все хуже.
— Дэн, ты прекрасно понимаешь, что я имею в виду. Ты собираешься соблазнить меня сегодня вечером — и не отрицай этого. Но ведь утром наступит новый день, если, конечно, ты не захочешь продолжить эту романтическую комедию еще и завтра. Но ведь как бы то ни было, вечером ты сядешь в свою машину, я — в свою, и наши дороги опять разойдутся.
Дэн едва не раздавил бокал, так сильно сжались его пальцы от этих слов.
— Ты в этом уверена? — выговорил он, не пытаясь отнекиваться.
— Уверена, — выдохнула она.
Ее покорность и грусть заворожили его.
— Ты говоришь так, словно кто-то все это время решал за тебя, а тебе оставалось лишь покорно подчиняться, — сердито бросил он. Она, наверное, считает, что ему нужна лишь одна ночь с ней, да еще предлагает ему себя. Да как она смеет так думать о нем!
Эмма посмотрела на него в упор, и в бирюзовой глубине ее глаз он увидел неприкрытое страдание. Ей пришлось сделать над собой усилие, чтобы сказать:
— Нет. Не всегда.
Дэн не знал, что и сказать. Мысли путались, он не мог понять, что происходит. Эмма по-прежнему оставалась для него загадкой, она явно не собиралась посвящать его в свои тайны. Порою ему казалось, что она— нимфоманка, не умеющая совладать со своими желаниями, если рядом оказывается мало-мальски привлекательный сильный мужчина.
Хотя, с другой стороны, она просто могла быть темпераментной женщиной, страсть которой постоянно требовала удовлетворения.
Дэну до смерти хотелось понять, что послужило причиной спектакля, разыгранного ею тогда. В который уже раз ему пришла в голову мысль, что личная жизнь Эммы — бесконечная цепь случайных знакомств на одну ночь и мужчины для нее всего лишь развлечение, не более.
— Скажи, у тебя есть кто-то? — внезапно спросил Дэн.
Он задал Эмме вопрос без всякой задней мысли.
— Тебе до этого какое дело? — В глубине ее глаз вспыхнул злой огонек. — Или ты хочешь стать для меня этим «кем-то»?
— Мне просто интересно, почему… — Дэн вдруг запнулся. Он чуть было не ляпнул: «почему ты тогда так внезапно исчезла, не дождавшись, пока я проснусь», — но вовремя опомнился. — Почему ты так равнодушно на все согласилась.
— Что ж, отвечу. У меня никого нет и давно уже не было. Теперь ты доволен? — Эмма опустила глаза, точно стесняясь чего-то. — И не надо меня больше ни о чем спрашивать.
Недоверчиво усмехнувшись, Дэн подумал, что вообще-то это может быть правдой. У нее сейчас действительно никого нет, и поэтому она так легко идет на новое приключение — утолить чувственный голод, все равно с кем. Не было бы его, попался бы кто-то другой. Вспоминая ее поведение тогда, полтора года назад, он легко согласился с подобным выводом.
— Я хочу уйти отсюда. — Эмма внезапно рывком поднялась из-за столика, схватив сумочку. — Пошли скорее.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
