входе в кабинет, он мгновенно задавался вопросом: почему не она?! Почему Настя?! Тут же одергивал себя, понимал, что кощунственно так думать, и старался ее не замечать.
– Тебе звонили несколько раз, – вместо приветствия произнесла София, когда он вошел. – Какой-то Осипов.
Женя вернулся в коридор, достал телефон, набрал тот самый номер, с которого Осипов звонил ему в роковой вечер гибели Насти.
– Привет… Прости, что надоедаю. Есть предварительные заключения по аварии. Готов выслушать?
– Говори, – осипшим голосом отозвался Женя.
– Девушка была не виновата в аварии.
– Я понял, предварительно утверждали, что это был несчастный случай.
– Нет. Это не был несчастный случай. Нашлись очевидцы, есть записи с регистраторов их машин. Твою девушку, капитан, столкнули с дороги. В самом опасном месте, там очень крутой поворот… Ее просто столкнули с дороги, и она на полной скорости врезалась в дерево. Это был злой умысел, капитан.
– Ее что, убили?! – голос совершенно сел.
– Эксперты сделали такой вывод в один голос, Женек. Крепись. Ищи убийцу. Сразу скажу… – Осипов замолчал, было слышно, что прикуривает. Бросал сто раз, сто раз начинал снова. – Машину, столкнувшую с дороги тачку твоей Насти, никто особо не запомнил. На записи не попала. Один чел уверяет, что это был какой-то древний внедорожник, весь в грязи. Там не то что номеров не было видно, цвет определить было затруднительно. Тачка вырвалась откуда-то из лесополосы, в том же направлении и исчезла. Ищи, капитан…
– Видео скинешь на почту?
– Сам знаешь, это нарушение, – принялся тут же ныть Осипов.
– Я тебя так часто о чем-то прошу?!
– Хорошо. Скину. Пришли адрес. И, Женек, не стоит никому рассказывать о моей тебе помощи.
– Принято…
Записей оказалось всего две. Видимость была скверной: дождь заливал ветровые стекла автомобилей, чьи регистраторы сумели хоть что-то снять. А в том месте, где произошла авария, деревья стояли почти вплотную к узкой дороге, скрадывая часа полтора у светового дня. Но он все же сумел рассмотреть тот самый момент, когда машину Насти столкнули с дороги.
Разбив оба видео на кадры, Мелихов начал их просматривать в замедленном режиме.
Вот ее машина движется в сторону Затопья, не так уж быстро едет. Дорога мокрая, дождь хлестал прямо в ветровое стекло. Настя не была безрассудной лихачкой. Она всегда понимала всю степень риска и не полетела бы по мокрой дороге на немыслимой скорости. Нет, она ехала аккуратно. Но не могла предвидеть, что в самом опасном месте с лесной дороги выскочит какой-то сумасшедший и столкнет ее машину с дороги. Она даже не успела среагировать. Ее машину с бешеной силой ударили в бок, и она улетела прямо в дерево.
– Найду… Найду и убью… – шептал Мелихов, снова и снова прокручивая записи последних минут жизни Насти.
Он даже предположить не мог, что ему будет так больно. Их отношения, возникшие вдруг и сразу, сопровождавшиеся скандалом, спланированным Ишутиной, неожиданно стали крепкими и как будто надежными. Он не подумал, что у Насти могли быть от него секреты. И что она могла врать ему.
А она соврала! Про то, что остается работать после окончания рабочего дня. Не было никого в отделе после того, как стрелка часов перемахнула восемнадцать ноль-ноль. Ей зачем-то нужно было в Затопье. Причину она не назвала никому. Мелихов опросил за эти дни всех: родственников, девушек, с которыми у Насти были приятельские отношения, коллег. Никто не знал, зачем она туда поехала. Да еще в такую погоду.
– Это могло быть что-то очень важное. Вопрос жизни и смерти, – предполагала одна из ее приятельниц. – Настя либо хотела сделать тебе сюрприз, либо узнала что-то такое, что требовало проверки.
– Она могла кого-то шантажировать? – предположил Мелихов.
Он ведь и в архиве был, перерыл все то, что изучала Настя по его просьбе. Единственное, что нашел, – это отсутствие двух страниц в деле о гражданских исках. Возбуждались в отношении Ишутиной односельчанами, но до суда не дошли. Спорщики либо приходили к соглашению, либо примирялись, что, в принципе, почти одно и то же. С той лишь разницей, что в первом случае был возможен денежный откат. Двух страниц не было. Почитав материалы до и после них, Мелихов ничего не понял. Решил, что это не зацепка. Страницы за двадцать с лишним лет могли исчезнуть в любое время.
– Шантажировать? – Приятельница наморщила лоб, пытаясь вспомнить хоть что-то за время их долгого общения. Но тут же отрицательно замотала головой. – Нет, не думаю. Настя любила деньги, но не настолько, чтобы рисковать службой, жизнью…
Но кого-то она вольно или невольно заставила нервничать – настолько, что ее решили убить. Мелихов, как и Осипов, не верил в случайность появления машины именно в ту самую минуту, когда там проезжала Настя. Внезапное появление и такое же внезапное исчезновение – это не случайность!
Это убийство. И он это докажет. И найдет убийцу Насти.
Глава 12
Свой выходной день она решила посвятить ничегонеделанью. Просто лежать, смотреть в окно, за которым снова разыгралась непогода, и ни о чем таком не думать. Ей хватило рабочих будней рядом с Мелиховым. Надумала столько всего!
Ее мысли забрели даже в том направлении, которое было запретным. Соне вдруг стало казаться, что Женя смотрит на нее со странной смесью вины и ненависти. Словно он жалел о том, что не она оказалась на месте Насти. Жалел и мучился угрызениями совести от этого.
Она гнала от себя эти мысли, но они возвращались в момент появления в кабинете Мелихова. Сомнения задирали голову, стоило Мелихову посмотреть в ее сторону. Вчера ближе к концу дня она не выдержала и сказала:
– Я не виновата, Женя.
– В чем? – Он замер, не поднимая на нее взгляда.
– В том, что ее не стало. Я не виновата! Она погибла не по моей вине.
– Не мели вздор, – произнес он со странной усталостью.
И тут же засобирался: выключил компьютер, убрал оружие в сейф, собрал бумаги на столе, сунув их в ящик стола.
– Никто никого не обвиняет, тебя особенно, – произнес он после сборов.
– Но ты каждый раз так смотришь… – Она почувствовала, что ее губы задрожали. – Настя зачем-то ехала в Затопье. Зачем? Если ты думаешь, что встретиться со мной, то меня там не было. И с кем она могла там назначить встречу, я тоже не знаю. Николаев сказал, что не связывался с ней и…
– Ты! – вдруг заорал Женя не своим голосом. – Ты обсуждала Настю с Николаевым?! Да как ты! Как ты посмела?! Кто тебе позволил?!
Она остолбенела.
