и полезной штуке заодно выучился. Два в одном.
Варвара очень странно посмотрела на меня. В очередной раз уже. Осталось еще только сказать….
— Знаешь, я уже бояться тебя, Александр, начинаю. Странно, восьмидесятитрехлетняя вампирша боится недельного птенца, но это так. — Вот именно этой фразы в одной из ее вариаций я и ожидал. Как все предсказуемо становится. — И почему-то верю, что малкавы не станут для тебя слишком сильным противником.
— Ай, да брось! — Отмахнулся я. — Это просто я сам на секунду забыл, что у нас совсем другой план для твоего усиления намечен. А малкавы пусть пока остаются где-то там. Ну, если вдруг внезапно сами к нам в дверь вдруг не постучат. Кстати, ты свой телекинез как, каждый день тренируешь?
И в этот самый момент в дверь Варвариных апартаментов постучали.
Блин! Это уже на какой-то плохой анекдот походить начинает. Осталось открыть сейчас дверь и вновь обнаружить за ней полицейский спецназ в полном обвесе. Ну, или тех же малкавов для разнообразия.
Пока я со своим чувством дежа вю боролся, моя наставница уже успела до входной двери добраться и распахнуть ее во всю ширь.
— Артемка! — Завопила она, в следующую секунду уже исчезнув из своего жилища, чтобы еще через несколько десятков секунд триумфально въехать обратно в прихожую верхом на высоком блондине. Ну, как верхом, обхватив его руками ногами на манер обезьянки, карабкающейся на высокое дерево.
Я же наблюдал за всем этим цирковым представлением с зарядом здорового пофигизма. Главное, что не очередные козни соседки и не те самые малкавы, будь они неладны. Опять же, у взрослой девушки просто обязан быть возлюбленный, иначе она конченной стервой без внимания мужчины становится, а стервы в преподавательницах мне вовсе без надобности.
— Познакомься, Артем, мой новый птенец, Александр. — Наконец, вспомнила девушка о своих обязанностях хозяйки.
Пожал крепкую лопатообразную ладонь. Все чувства в унисон вопили, что передо мной очень опасный хищник. Не как тот же старейшина, конечно, но в целом для жертвы ведь, в сущности, без разницы, убьет его атомная бомба или обычная пуля, так что решил вести себя с этим «Артемкой» предельно корректно.
— А я ведь к тебе с предложением по твоему профилю шел. — Открыл цель своего визита пришлый вампир, когда все немного успокоились и расселись по креслам. — Совсем забыл про этот дурацкий график надзирателей за птенцами.
— И что за предложение? — Было видно, что Варвара с трудом сдерживает свое нетерпение, так ей хочется узнать, что хотел ей предложить ее нынешний гость.
— Все, как ты любишь. Незаметный пригляд за особой женского пола в условиях предполагаемого враждебного внимания. И оплата по высшему тарифу.
— Жа-аль, — протянула моя знакомая вампирша, сильно напоминая маленькую девочку, которую уводят от понравившегося ей с первого взгляда огромного плюшевого медведя. — Кого охранять-то хоть нужно было? Если это, конечно, не тайна.
Артем пристально взглянул в мою сторону.
— Да какая уж тут тайна. С послезавтрашнего утра об этом событии из каждого утюга, по крайней мере, у нас тут, в Иганске, вещать будут. Один всем нам хорошо известный миллиардер Листвянский приедет на три дня в родной город с частным визитом.
— А моя бы там была какая цель?
— Обеспечить безопасность его старшей дочери от первого брака, Лианны, которая вместе с отцом на свидание с матерью заявится.
Я задумался. Понятное дело, лично с Листвянским я не знаком, но то, что он в перестроечные времена на короткий срок сделал так, что наш Иганск был объектом зависти почти всего населения бывшего Союза, знал очень хорошо. В то время, как по всей стране закрывались производства, люди по полгода не получали зарплату и выживали один бог ведает чем, у нас открывались новые производства, повышались зарплаты, а куклы Маша и Ваня поставлялись на экспорт миллионными тиражами в шестьдесят с чем-то стран мира. А еще пациенты приезжали, чтобы за вменяемые деньги сделать операции на глаза. А еще бытовые электроинструменты марки «Титан» потеснили на мировых рынках всякие там «Бош» и «Макита». Кстати, «Титан» и теперь марка очень надежная и уважаемая. Только производится уже не в нашей стране, уехав вместе с ее хозяином… а куда, интересно, он там уехал? Но хорошо помню шок, который пережили иганцы, когда наш народный миллиардер не вернулся из зарубежной поездки, внезапно объявив, что сворачивает свою деятельность в России.
— Слушай, Варя, я ведь уже не маленький ребенок. Основные моменты моего нынешнего вампирского бытия ты мне прояснила. С голода не умру, даже если вообще не будешь эти самые пакетики с гуманитарной кровью мне привозить. Можешь вполне недельку меня без присмотра оставить, не пропаду. — Вот сам не верю, что эти слова произношу, тем самым сильно ограничивая себя в жизненно важной для меня информации. Но в глазах Варвары такая грусть-тоска плескалась, когда она про потенциальную работу для нее выспрашивала.
— Информация о житье-бытье вампиров в основном только в первую неделю требуется до птенца так концентрированно доводить. Но ведь там же у тебя целая куча других бытовых и рабочих моментов на пороге. Надо тебя с места, где ты сейчас работаешь, увольнять, чтобы никакого скандала не было, непонятки с родственниками и соседями улаживать. Все же из жизни человеческого общества птенец выпадает чуть меньше, чем полностью. Одна исключительно ночная жизнь чего стоит.
— Варвара, а ты ничего про меня не забыла? И вообще, с чего это вдруг я должен с работы увольняться? Завтра вот пойду больничный закрывать, а там и на работу со следующего дня ходить буду. Так что даже недельку без твоего пристального внимания вполне свободно выживу. А там же дочку Листвянского надо охранять только когда они здесь, в Иганске будут пребывать, как я понял? Те самые три дня?
— Да, заказ на охрану у нас только на три дня. Ну, плюс, конечно, подготовка к визиту оставшиеся двое суток до приезда и день отъезда. — Согласно кивнул Артем, прекратив коситься в мою сторону.
— Во-во, Варвара, можешь устроить мне этакий небольшой экзамен, как я без твоего пристального пригляда справляться смогу.
— Да ты уже завтра спалишься, и придется мне за тобой экстренно хвосты подбирать. — Обиженно пробурчала дама, решив, что ее действия не ценят. — В той же больнице, на приеме. Сердце у тебя не бьется, анализ крови вообще
