и запишут всех в колхоз, где все женщины общие...
Сказав это, Рейган невольно поймал себя на мысли, что даже не может вспомнить фамилий президентов и премьеров всех тех стран, которые только что перечислил генерал Джонс. Хороши союзники...
— Кстати, а что Советы? — поинтересовался президент.
— Советы не ведут боевых действий на этих направлениях и заявляют, что даже не собираются этого делать, — ответил Джонс. Они с удовлетворением наблюдают за действиями тамошних правительств и горячо одобряют подобное отношение к «поджигателям войны», то есть — к нам...
— А как там французы?
— Франция привела свою армию и ядерные силы в полную боевую готовность, но одновременно объявила о своём нейтралитете до тех пор, пока боевые действия не будут угрожать непосредственно французской территории. При этом лягушатники уже интернировали на своей территории больше двух тысяч наших военнослужащих и более полусотни самолётов и вертолётов. Это не считая немецких и бельгийских вояк и наземной техники.
— Проститутки, — констатировал Рейган. — Как были, так и остались...
— Это ещё не всё, господин президент, — продолжал генерал Джонс. — Увы, Европой боевые действия уже не ограничиваются. Во-первых, вчера группа панамских левых террористов, использовав ядерный фугас, подорвала шлюзы в районе озера Мирафлорес. Работа Панамского канала, таким образом, полностью нарушена. По предварительным прикидкам, в мирное время для ремонта потребовалось бы месяца три, а сколько потребуется сейчас — специалисты затрудняются ответить. Ясно, что за этой акцией стоят Москва и Гавана, иначе откуда у каких-то бандитов ядерный заряд.... Но это не самое страшное, господин президент. Восемь часов назад звено наших истребителей-бомбардировщиков F-4 «Фантом», взлетевших с авиабазы в районе южнокорейского Сувона, сбилась с курса и вошла в воздушное пространство Северной Кореи. Косоглазые подняли перехватчики, и два наших самолёта были сбиты. В ответ командование наших войск в Южной Корее дало приказ атаковать авиабазу, откуда взлетели северокорейские «Миги», крупными силами. После этого налёта северокорейская армия, после массированной авиационной и ракетно-артиллерийской подготовки, атаковала Южную Корею на протяжении всей демаркационной линии. Последние данные таковы — северокорейцы стремительно продвигаются на юг, несмотря на контратаки наших и южнокорейских войск и удары нашей авиации. Сеул горит, южнокорейское население бежит из приграничных районов на юг, создавая пробки на дорогах. На японскую территорию в районах городов Фукуоки, Тоттори и Канадзавы упало более десятка северокорейских ракет, хотя, по нашим данным, у Северной Кореи не должно было быть ракет с таким радиусом действия. Есть многочисленные жертвы и разрушения. Японский премьер Дзэнко Судзуки уже заявил нам официальный протест...
— По поводу чего протест? — уточнил президент.
— По поводу того, что мы и здесь, так же, как и в ФРГ, «развязали боевые действия путём дешёвой провокации» и тем самым якобы «подрываем мир и безопасность в Азиатско-Тихоокеанском регионе», — пояснил Джонс и продолжил: — Корабли китайского военно-морского флота концентрируются у Тайваня. Наши аналитики не исключают начала там китайской десантной операции в самое ближайшее время. Не всё понятно и по Аляске.
Двое суток назад мы нанесли удары по военным объектам Советов на Камчатке, Сахалине и Курильских островах, а также по их кораблям. Они, разумеется, ударили в ответ. В итоге сейчас нет никакой связи ни с Датч-Харбором, ни с Номом, ни с Анкориджем, ни с нашими военными базами там. Ни проводной, ни по радио. Посланные на разведку самолёты не возвращаются. При этом у побережья Аляски и Алеутских островов отмечается движение русских кораблей и повышенная активность в радиоэфире...
— Вы хотите сказать, что Советы уже высадились на территории США, а вы ничего об этом не знаете??! — уточнил Рейган. Голос его опять стал ехидным до невозможности.
— Я докладываю то, что есть, — ответил Джонс с несколько обречённой интонацией. — Сейчас мы можем констатировать только тот факт, что ядерное оружие нами и противником в ходе этих ударов не применялось. Наша военная группировка на Аляске и Алеутах не слишком велика, с Европой не сравнить, и если русские ответили на наши удары по Сахалину и Камчатке адекватным образом, я не удивляюсь, что пропала связь. Наверняка наша военная инфраструктура там понесла весьма чувствительные потери, как, впрочем, и Советы. Сведений о высадке какого-либо русского десанта на Алеутах или на Аляске у нас в данный момент нет. Канадцы подобной информации тоже не имеют. Так что не стоит впадать в отчаяние. Я думаю, господин президент, через несколько часов всё выяснится...
— За двое суток не выяснилось и вдруг что-то изменится??! Что-то мне слабо в это верится, господа генералы......
Рейган на минуту замолчал, а потом спросил, обращаясь одновременно ко всем присутствующим, но в то же время ни к кому в отдельности:
— Ну и что нам теперь делать, господа?
— А вы как думаете? — ответил вопросом на вопрос Каспар Уайнбергер и добавил: — В конце концов, сейчас вы главнокомандующий, вам и решать...
— Так, — сказал президент, на его лице обозначилась печать тяжких размышлений, возможно — судьбоносных. — Если мы их атакуем сейчас — тогда что? — И тут же ответил сам себе:
— Они запустят свои ракеты по нам, едва только наши ракеты выйдут из шахт. Сорок минут — и всё. СССР нет, но, как это ни прискорбно, нет и США. Вы считаете. что мы вправе это делать?
— Н-н-ну… - только и промычал на это министр обороны.
— Что «н-н-ну»?! — возмутился Рейган. — Каспар, и это всё, что вы мне можете сказать по этому поводу?!
— Не знаю, господин президент, уточнил Уайнбергер. — До сего дня ни одно правительство Соединённых Штатов не оказывалось в подобной ситуации. Даже во время Карибского кризиса Кеннеди было много легче...
— А кто знает??! — возмутился президент ещё больше. — Вот я хоть человек и невоенный, например, чётко знаю, что наш огромный ядерный арсенал можно использовать только один раз, единственный, он же последний, вы это понимаете?!
— Понимаю! — согласился министр обороны. — Вполне понимаю!
— Так что? Всё безнадёжно?
— Пока нет, господин президент!
— Хорошо. Каспар, реальная угроза вторжения Советов на территорию США есть?
— Пока нет.
— А раз так — есть смысл применять весь наш ядерный арсенал сейчас?
— По-видимому, пока нет.
— Что вы заладили как попугай.... Тогда в связи с чем эти ваши идиотские колебания и признания в собственной некомпетентности? В конце концов, подготовьте уже внятный план противодействия Советам
