без глобального использования ядерного оружия!
— Такой план имеется, господин президент.
— И что это за план?
— Господин президент, раз Западная Европа практически потеряна, мы считаем — надо заставить англичан сопротивляться до конца и всемерно помочь им в этом. Раз уж Советы высадили на их чёртовы острова свои парашютные десанты, значит, не за горами и морской десант. И пусть эти, самые лучшие, элитные войска русских увязнут в Англии. По крайней мере, это лучше, чем представлять, как их парашютисты или морская пехота высаживаются где-нибудь на нашей территории. В конце концов, у англичан есть собственное ядерное оружие, и, я думаю, мы не будем возражать если они его применят против вторгшихся на их территорию войск Советов. Пусть разнесут русский десант в клочья, даже вместе с Пиккадилли или Букингемским дворцом. И было бы ещё интереснее, если бы англичане нанесли удар своими стратегическими средствами по территории СССР, но...
— Что «но»?
— Как известно, весь ядерный арсенал англичан состоит, то есть состоял, из четырёх атомных подлодок типа «Резолюшн» с ракетами «Поларис» на борту. Две лодки в момент начала боевых действий находились в море. Одна, «Резолюшн», пропала без вести, вторая, «Ревенж», была торпедирована русской подлодкой у Лабрадора и затонула. Правда, они смогли всплыть в надводное положение, и команда успела дать SOS, после чего покинула лодку — находившиеся в том районе надводные корабли спасли почти всех. Две лодки, «Рипалс» и «Ринаун», находились в Шотландии, в базе Фаслейн, и были выведены из строя при первых же авианалётах русских на Глазго — одна лодка затонула у пирса, а вторая находилась в сухом доке и была тяжело повреждена вместе с ним. Подвергся авиаударам и военно-морской арсенал, милях в десяти от Фаслейна, при этом хранилище ядерных боеголовок значительно не пострадало, а вот весь имевшийся у англичан запас ракет «Поларис» был уничтожен. Британская ПВО, увы, оказалась не на высоте, а Советы, похоже, хорошо знали, что им следует бомбить в первую очередь. Так что в стратегическом плане англичане сейчас могут рассчитывать разве что на ядерные авиабомбы и бомбардировщики «Вулкан». Но у них сохранилось всего с десяток таких самолётов, которые участвовали в Фолклендской войне и сейчас находятся на острове Вознесения. Те «Вулканы», что оставались в Англии, уничтожены русскими почти все. И нет абсолютно никаких шансов, что эти, весьма древние, аппараты вообще прорвутся в глубь территории Восточного блока. В общем, в активе у англичан остаётся только тактическое ядерное оружие и тактические же носители. При этом мы можем помочь им с боеприпасами и техникой. Обязанности премьера у них сейчас исполняет заместитель покойной «железной леди» по консервативной партии Майкл Хезелтайн, который был государственным секретарём по вопросам обороны. Он настроен не то, чтобы решительно, но от помощи, думаю, не откажется. В общем, господин президент, будем оборонять Британские острова до последнего англичанина, пока это возможно.
— Хорошо, что ещё вы собираетесь предпринять?
— В Азии пока стоит выждать. Из-за начала боевых действий в Корее у нас в ближайшее время не будет возможности осуществить планировавшуюся ранее десантную операцию на русском Дальнем Востоке. При этом у Советов, по нашим данным, тоже нет явных намерений атаковать аналогичным способом нашу территорию или Японию...
— Допустим. Я готов согласиться, что пока всё это только локальные успехи и неудачи, не влияющие на стратегическую обстановку. А что кроме этой самой выжидательной тактики могут предложить господа генералы? — поинтересовался президент.
— Есть план покончить с кровавой кликой братьев Кастро на Кубе, — сказал Уайнбергер. — Тем более что Советам сейчас явно не до того...
— А вот эта идея мне нравится, Каспар! — тон Рейгана при произнесении этой фразы стал несколько удовлетворённым. — Давно пора раздавить это осиное гнездо у нас под боком! Только имейте в виду — Куба слишком близко. Поэтому надо сделать это аккуратно и желательно, с минимальным применением ядерного оружия. А лучше, если вообще без него...
Глава 2.
Особо важное задание
Захваченный советскими ВДВ аэропорт Остенде-Брюгге.
Р-н г. Брюгге. Бельгия.
7 июня 1982 г. Утро
Расшифровка радиограммы, которую мне вручил явно не выспавшийся этой ночью лейтенант Тетявкин, показалась довольно странной.
В ней «сотка» предписывала «Аленькому-5» (то есть мне, грешному) срочно сдать командование заму. После чего было приказано лично отобрать десять лучших полных танковых экипажей из состава вверенного мне подразделения, с личным оружием и вещами, но без техники, для выполнения специального задания. В 10.00 (т.е через час) за нами прибудет транспорт, на котором мы отбудем в Остенде, где я и получу дальнейшие ценные указания. Кроме десяти экипажей мне разрешалось взять с собой 1–2 опытных радистов, способных также выполнять функции авианаводчиков. «Рыси-315», то есть капитану Смысловой предписывалось также отбыть вместе с нами. В случае невозможности отбыть для выполнения спецзадания лично (в качестве возможных причин подобной невозможности назывались тяжёлое ранение или болезнь) мне разрешалось отправить во главе десяти экипажей какого-нибудь командира батальона или роты. При этом нашему сводному отряду предписывалось оставаться на месте до получения дальнейших распоряжений.
Спрашивается — ну и что это за хрень? Лично я за всё время своей армейской службы никогда подобных приказов не получал.
Однако, коли уж приказ был получен, его следовало выполнять. Я кликнул своих офицеров-танкистов (поскольку мотострелков и прочих артиллеристов приказ не касался, я их вообще не стал тревожить) и приказал срочно построить вверенный личный состав. Пока готовился к построению, с удивлением обнаружил, что нигде не могу найти свою полевую фуражку. Возможно, она чисто автоматически отправилась вслед за снятым накануне «для профилактики» и по настоянию начхима Сырцова обмундированием — тем, в котором я, в числе прочих, попадал под атомную бомбёжку. А значит, фуражечку могли и сжечь вместе с комбезом. Пришлось выходить к бойцам в солдатской пилотке, ничего не поделаешь.
На построение собрались практически все уцелевшие экипажи, кроме разве что тех, кем занимались медики (караул и боевое охранение сейчас были за мотострелками и разведкой). В общем, через пятнадцать минут передо мной на обочине шоссе стояла недлинная шеренга в таких же, как и у меня самого, чёрных комбезах.
Я коротко объяснил бойцам насчёт спецзадания.
Добровольцев попросил сделать шаг вперёд. Ожидаемо вперёд шагнули все, так что дальше пришлось выбирать самому, благо было из кого.
Разумеется, мой собственный экипаж был не в счёт (куда я, туда и они, я Черняева с Прибыловым спросил про это ещё
