-Я у тебя сегодня останусь ночевать, - ставит меня в известность.
Замечает мой встревоженный взгляд и успокаивает:
-Лезть не буду.
-Ты моим мнением не хочешь поинтересоваться?
-Поздно уже. Я спать хочу. И вообще я ранен. Не выгоняй меня...
Единственное, на что меня хватает, это возмутиться:
-Какой же ты манипулятор!
Ухожу от него в ванную, принимаю душ, переодеваюсь в то, в чем обычно сплю. Потом иду в спальню. С наслаждением потягиваюсь в постели. Платон тоже принимает душ. Заходит в спальню уже в спортивках. Он, что, с собой и свои вещи привез?
Молодец!
В спальне стягивает штаны, бросая их на прикроватную тумбочку, залезает под одеяло и подтягивает меня к себе. Утыкается носом мне в шею и выключает ночник.
-Спи, маленькая.
Уплывая в сон, я сама себе поражаюсь - как я все это позволила?
Еленка
В мои сновидения врывается настойчивый трезвон. Открывать глаза нет ни малейшего желания, однако противный звук продолжает тревожить сознание. Недовольно ворочаюсь, обнаружив, что Платон закинул на меня ногу.
Всё же проснувшись, понимаю, что в дверь продолжают звонить. В этот момент завидую спящему рядом мужчине, который не реагирует на шум.
Выбираюсь из его захвата и босиком шлепаю в прихожую. Смотрю в дверной глазок и сначала не верю своим глазам.
Саша! Когда я встала, времени было пол первого ночи. Что ей надо от меня? Да еще и в такой час?
Разумнее не открывать, но она продолжает звонить.
Любопытство пересиливает осторожность.
Я распахиваю дверь и замираю, не зная, как себя вести. Саша также застывает напротив.
Я прихожу в себя первой. Отмечаю про себя, что Кирилл после их приключения выглядит значительно хуже. Девушка хотя бы без телесных повреждений. Правда, что мешало Дзагоеву избить так, чтобы ничего не было видно? Вид у неё разнесчастный. Но я ей чем могу помочь? Не стоило соглашаться на брак из-за денег.
-Ты что-то хотела?
Она смотрит на меня так, словно только сейчас поняла, кто перед ней.
-Да-а-а. Я хотела с тобой поговорить.
А я не хочу. Ни разговаривать. Ни пускать её в квартиру.
-О чём? - я не пытаюсь скрыть удивления.
-Здесь неудобно. Можно я зайду?
Отступаю в сторону, пропуская её в квартиру.
Хочу захлопнуть входную дверь, но ее перехватывает чья-то рука.
-Я тоже войду, - Самир не спрашивает, он констатирует факт.
И оказывается у меня дома, при чем не один. Кроме него у меня в прихожей обосновываются еще два атлетически сложенных господина, которые похожи друг на друга, как близнецы.
Мне бы испугаться. Но его бесцеремонность меня выбешивает.
-А что вы все сюда приперлись? - мое дворовое детство дает о себе знать.
Самир окидывает меня таким взглядом, от которого я, наверное, должна кинуться исполнять его малейшее желание. Но тут он просчитался. На такие взгляды у меня иммунитет, выработанный за годы общения с отчимом. Да и вообще, менталитет восточной женщины от меня очень далек.
-Зачем ты здесь, Саша? - голос Дзагоева звучит безэмоционально.
Лишь на секунду в нем проскальзывает ярость. Но сразу же исчезает. Саша теряется, отступает от него, хотя он итак находится от нее на расстоянии. Боится? Может, он действительно способен на жестокость, а я зря проигнорировала Давлатова? Но как бы то ни было, разбираться у меня дома они не будут.
-Дамы и господа! Вы верно ошиблись адресом. И временем тоже. Поэтому у меня к Вам, господин Дзагоев, убедительная просьба, забрать свою невесту, свою охрану и отправиться восвояси.
Вот теперь обращенный на меня взгляд черных глаз полыхает яростью.
Пришедшие с Дзагоевым молодцы ни на что не реагируют и вполне удачно изображают статуи.
Саша же начинает говорить, торопясь и путаясь.
-Прости, пожалуйста, что я к тебе пришла. Это неуместно, я всё понимаю. Но я хотела..., - она запинается, потом мятежно глядит на жениха и продолжает, - Я хотела, чтобы ты сказала Кириллу, что я очень сожалею, что он пострадал из-за меня. И что это было неспециально... То есть этого вообще не должно было случиться. Мы с ним ошиблись. А еще, передай ему, что он мне дорог, и я хочу, чтобы он был счастлив. Чтобы вы были счастливы.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Я вообще ничего не поняла. Для чего и кому нужна эта трагедия? Какой век на дворе?
Самир, видимо, понял больше.
Он усмехается и роняет тихо:
-Кирилл...
Я замечаю, что он разглядывает мои ноги, затем перемещается выше и встречается со мной глазами. В них читается неприкрытый животный интерес. Я упрямо вскидываю голову. Я у себя дома. А они... Их никто не звал.
-Что ж вы все в этом Кирилле нашли? Может ты мне расскажешь, Ле-е-на, раз уж моя невеста не может четко сформулировать это?
Я встряхиваю головой и бросаю ему в лицо, не задумываясь о последствиях:
-Шел бы ты на хрен, дядь.
Наградой мне служит изумление, мелькнувшее на холеном, властном лице.
Я помню про его двух верных псов. Да и сам он выглядит внушительно. То ли бывший боксер. То ли бывший борец. Зачем я впустила эту страдалицу?
-Самир! - раздается вдруг насмешливое, - Ты чего девчонкам спать не даешь? Ни своей, ни моей...
В коридоре объявляется Хромов, вроде бы пытающийся всё перевести в шутку. Но ровно до того момента, когда он замечает, как на мои голые ноги пялится Дзагоев. Тогда он сразу же меняется. С лица пропадает расслабленность, взгляд делается колким. Он как будто становится сразу старше. И опаснее.
Теперь он выглядит ровней Дзагоеву. И я бы еще поспорила, кого стоит опасаться сильнее - Платона или Самира.
В голове звучат слова отчима, что я привыкла вертеть ровесниками. А эти двое - другого поля ягоды. Просто обычно Платон ведет себя легко и непринужденно, и я забываю, что он старше на восемь лет.
Дзагоев явно не ждал такого сюрприза. Но справляется хорошо.
Саша тоже не ожидала. На ее лице расцветает возмущенная растеренность. Она-то мне от всей души Кирилла предложила, а он мне, неблагодарной, не нужен.
-Лен, иди спать, я гостей сам провожу, - голос Платона звучит обманчиво мягко.
Он соизволил натянуть спортивки. И больше ничего. Спасибо, хоть не в трусах вышел.
Дзагоев мажет взглядом по обнаженному торсу Хромова. А когда возвращает свое внимание мне, то в глазах плещется пренебрежение. Но мне плевать, что он обо мне подумал.
Платон же тем временем аккуратно тянет меня за запястье и подталкивает в сторону спальни. Решаю, что так будет лучше. А он кивает Дзагоеву в сторону выхода, цепляет свою куртку с вешалки и ключницу с полки.
Видя, что я задержалась, повторяет чуть резче:
-Иди спать, Лена.
Я ухожу и уже в комнате слышу, как захлопнулась входная дверь. Но о том, чтобы уснуть и речи быть не может.
Я жду возвращения Платона.
Платон
Я вышел из квартиры последним. Саша испуганно оглядывалась на нас с Самиром, но молчала. Дзагоев тоже хранил молчание.
На улице порыв ледяного ветра пробрал до костей. Пришлось застегнуть куртку.
Охрана отвела Сашу в машину и назад не вернулась.
Я закурил.
-Самир, не надо сюда больше приезжать.
Мне не понравилось, как он разглядывал Еленку. Совсем.
-Платон, я так и не понял, чья же она девчонка.
На этот счет у меня не было сомнений.
-Моя. Тебе-то какая разница?
-Странные вы русские. Женщина должна принадлежать одному мужчине. Иначе это... - он предусмотрительно не стал договаривать свою мысль.
Я покачал головой.
-Вай, вай, дорогой. Так ты Лену глазами только что чуть не сожрал. И дай тебе волю, тебе бы было плевать, сколько у нее до тебя было мужиков. Ни одного. Или двадцать. Самир, мы с тобой вроде всегда друг друга понимали хорошо. Не крутись возле нее. Ты ж меня знаешь. Хочешь гарем организовать, из своего аула приведи еще кого-нибудь. И наслаждайся. Саша - старшая жена, та - младшая. Кайф.
Он усмехается.
