-Да я и не собирался. Просто ты насчет этой девочки заблуждаешься. Такие, как она, коллекционируют мужчин. И это не ты ее заарканил. А она тебя заманила в свои сети. При том, что маловероятно, что ты останешься единственным уловом.
При каждом его следующем слове у меня увеличивается желание съездить ему по наглой роже. Останавливает меня лишь то, что так я лишь подогрею его интерес к Лене и желание мне насолить.
-Самир, прежде чем разбираться в моей жизни, лучше наведи порядок в собственной. Зачем тебе Саша? Ни ее брата, ни твоей сестры уже нет в живых. Какая месть? Кому?
Дзагоев окидывает меня ледяным взглядом.
-Не твоего ума дело.
Сейчас за показным спокойствием бушуют нешуточные страсти. Я в этом уверен.
-Как и Лена.
Он хмыкает и идет в сторону машины. Я же возвращаюсь в квартиру. Сомневаюсь, что Лена послушалась и улеглась спать. И точно, я нахожу ее на кухне с чашкой чая. По помещению витает тонкий аромат лимона.
-Будешь? - спрашивает она у меня, кивая на чайник.
В голове у меня звучат слова Дзагоева: " Такие, как она, коллекционируют мужчин". Быть этого не может. Чтобы и я, и Гордеев были подопытными кроликами? Она же всегда говорит то, что думает. И интерес к ней - это желание подчинить, завоевать и присвоить.
Только вот... Что если я - не охотник, а - дичь?
И что будет, если после секса с ней всё станет еще хуже? Я итак уже обезумел из-за своего влечения к этой девочке. Что будет, если крышу сорвет окончательно?
Однако сейчас, вдохнув ее запах, ощутив тепло кожи, способность логически думать испаряется, оставляя лишь желание обладать. Припадаю губами к шее, ловлю ими учащающееся биение ее пульса. Невозможно так притворяться. Она на меня реагирует, расслабляется в моих руках, готовая принять всё, что я ей могу дать.
-Лена-а, - хриплю я сипло, потому что во рту пересохло.
Она кладет мне обе ладошки на лицо и сама тянется губами к губам. Целует сначала нерешительно, потом со все возрастающим пылом. Я же забываю обо всем.
В чувство меня приводит ее встревоженное:
-Платон!
Я держу ее под попу на весу, а стояком трусь о промежность. Отпускать ее не хочется, но как-то нужно вернуть себе контроль над самим собой. Ей пока нельзя. Отстраняюсь. Становится пусто и холодно. Ладно, я почти уже привык к воздержанию, поэтому притягиваю девушку обратно и вздыхаю:
-Спать пошли.
Она смотрит на часы и соглашается:
-Пошли. Поздно уже.
Утром не отказываю себе в том, чтобы приласкать аппетитные изгибы. Кажется, пальцы притягиваются к шелковистой коже. Лена извивается под моими ласками, ее стоны звучат как музыка. Когда же пройдут эти проклятые пять дней?
Мне надо на работу, ей на учебу. Но даже в кабинете офиса перед важным совещанием и на нем тоже мои мысли заняты Леной.
Я предвкушаю вечер у нее дома. И ночь в ее постели.
Уже после обеда мне звонит Орлов, просит о встрече. Хочу отказаться, но он бывает временами полезен, поэтому предлагаю ему подъехать в офис. Дел - куча, раскатывать по Москве времени нет.
Макс заявляется с опозданием, подмигивает секретарше и разваливается в кресле в кабинете.
Удивленно приподнимаю бровь.
Макс садится нормально.
-У меня мало времени. И ты опоздал.
-Да я узнать хотел, как все прошло с давлатовской падчерицей. Обломилось?
-Не помню, чтоб мы с тобой это обсуждали.
-Платон, ты, что, думаешь, я совсем дурак? - обижается Орлов, - Твоего интереса не заметил бы слепой.
-Макс, разве тебя касаются мои дела?
-Как тебе сказать. Я сегодня к Киру ездил. И Ленка там была. Она обычная вертихвостка. Да чё болтать-то. На вот, смотри.
Он сует мне под нос свой сотовый и в руке, которой я держу аппарат, рождается такое ощущение, будто мне под ногти воткнули иголки. Раскаленные. Желание разжать руку и бросить вещь очень велико. Но я не позволяю пальцам разжаться, хоть и горю изнутри. Даже чувствую запах горелой плоти.
На экране Лена. С распухшими от моих поцелуев губами. Или не только моих? И Кирилл, который склоняется к ней, ласково убирая упавшую ей на глаза прядку волос. Ее волос, аромат которых я ощущаю, как будто вдохнул его секунду назад. А руки помнят их шелковистую мягкость.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Леночка... Лена... Еленка... Как же так? Ведь утром ты млела от моих поцелуев и улыбалась так же нежно, как сейчас улыбаешься ему.
Ролик прерывается. Но Максим...
-Я не стал снимать дальше, как они лижутся. Они меня заметили.
Наверное, я бы уцепился, как утопающий за соломинку, что это не сегодня. Но даже такой возможности у меня не оказалось. Её отняло разбитое лицо Гордеева. Так он выглядел только после встречи с Самиром.
Почему всё так?
Глава 9.
Платон
Возвращаю телефон обратно Орлову, не подавая виду, какая буря бушует внутри.
-И что?
Лена - мое слабое место. А демонстрировать слабости - не стоит.
Он не ждет такой реакции, впадает ненадолго в ступор.
-Как что? Я думал...
Перебиваю:
-Индюк тоже думал, пока из него суп не сварили. Ты что хотел-то?
Зачем он вообще пришел? Может, врет насчет Лены?
-Это... Я денег хотел занять.
-Девчонка тогда причем?
-Ну, так.
На видео Лена и Кир не целуются. Стоят рядом. По большому счету, это ничего не значит. А Макс... Такой соврёт, недорого возьмет.
-Скажи мне, Макс, я похож на Гринпис, службу помощи бездомным или еще какую благотворительную организацию?
Орлов мгновенно краснеет от злости:
-Значит, денег не дашь...
Подскакивает с кресла и за секунду оказывается у двери.
Оттуда уже не боится выступать:
-Я Киру всё расскажу!
Бросаю холодно:
-Валяй.
Расскажет он, надо же! Чтобы рассказать, нужно что-либо знать. Да и Гордеев мне по барабану.
В голове - каша. Мне кажется, что Орлов всё придумал, чтобы я, находясь в неадеквате, отсыпал ему бабла. Однако память воскрешает жест Кира, которым он поправляет Лене волосы. Так не прикасаются к постороннему человеку.
Ленка же честная до скрипа зубов. Не будет она врать. Если это ничего не значит, она сама мне расскажет, что была у Гордеева.
И снова вечером я оказываюсь дома у девушки. Она ведет себя как обычно. Я же впитываю каждое ее движение, жду, что вот сейчас она мне скажет про визит к Гордееву.
Она молчит. Не отталкивает, когда лезу с поцелуями, позволяет трогать себя. И ей это нравится.
Но зачем ходила к Киру, не рассказывает.
Не выдерживаю сам.
-Ты Кира сегодня видела?
Все тот же открытый взгляд. В лице у девушки не меняется ничего, и ложь слетает с ее губ легко:
-Нет. А почему ты спрашиваешь?
Хочется встряхнуть ее и заорать, чтобы объяснила.
Но вместо этого ухожу в ванную и засовываю голову под холодную воду. Нужно остыть.
Я не буду ничего выяснять.
Я просто получу от нее свое. Да так, что она этого не забудет.
Еленка
Платон весь вечер наблюдал за мной как кот за мышью. И этот его взгляд... Вроде бы тот же самый человек, но мороз ползет по коже, а сердце замерзает.
Мозг вопит - что-то не так. И звук сигнализации в сознании не отключается.
Сколько может плохого случится за короткий промежуток времени? Хватит уже. Я набила достаточно шишек.
Однако на следующий день рука сама нажимает кнопку "play" программы, установленной на телефоне Платона и связанной с моим. Благодаря ей я могу читать его переписку и слушать разговоры. Нечестно. Но одному я уже поверила. Результат мне не понравился.
Пробегаю глазами сообщения Хромовв, лениво прослушиваю разговоры. Вроде бы все как обычно.
До того момента, как у меня в ушах раздается знакомый голос с новой интонацией.
-Привет. Мне помощь твоя нужна. У меня в квартире нужно камеры установить.
Чужой голос отдается в голове глухими ударами.
