«Жеро не злой, — подумала Холли, и тут же поняла, что совсем в этом не уверена. — С другой стороны, я тоже запятнала себя, впустила в сердце тьму, чтобы спасти ковен. Мне нельзя быть с тем, кто добр и чист сердцем. Я погублю его».
Что же она сделала со своей жизнью? На миг Холли стало страшно, но девушка гордо расправила плечи. Она выполняла долг. Сделанного не вернешь, и переживать бесполезно.
— Холли, с тобой все хорошо? — спросил Филипп и усмехнулся. — Конечно, странный вопрос в такие времена, как наши.
— Все в порядке, — уверенно сказала она.
— Тогда продолжим. Надо разработать план. Думаю, если ты так отчетливо видела Жеро во время битвы, он где-то рядом. Может, в резиденции Верховного ковена?
— Нет, во сне он говорил мне про Авалон. — Холли сжала кулаки. — Он солгал!
— А может, его перевезли? — вставила Саша.
— Может, — неуверенно пробормотала девушка.
Молодой человек пожал плечами.
— Что мы знаем точно — так это, что в резиденции держат Николь. Она стала супругой Джеймса. По крайней мере, об этом говорят агенты Материнского ковена. Не исключено, что и Жеро в Лондоне.
К ним подошла Роуз.
— Могу подтвердить, — кивнула она. — Мы получили послание от нашего человека. Николь действительно в резиденции. И брак с Джеймсом — правда.
Филипп стиснул зубы и сжал кулаки.
— Этому надо положить конец. Мы должны освободить ее как можно скорее, — процедил он, сдвинув черные брови.
— Так вы знаете, где резиденция, — медленно произнесла Холли. — и ничего нам не сказали?
— Нет-нет, этого я не знаю. Таких сведений нам не сообщали.
— А кто ваш человек? И если он — или она — столько знает, почему не расскажет вам, где это место?
— Мы не знаем, кто это, — призналась Роуз. — У нас есть тайный сторонник. Возможно, мужчина. Понимаете, о себе он ничего не говорит. Что касается резиденции, надеюсь, со временем он откроет нам, где она.
— Откуда вы знаете, что этот «друг» не водит вас за нос?
— Пабло тоже видел, что Николь там, — вмешался Филипп. — У него дар ясновидения. А еще он может читать мысли.
Холли вскинула глаза.
— А читать адреса он не умеет?
— Сами подумайте, — сказала Роуз. — Эту информацию, наверное, держат в строжайшем секрете. Возможно, они нашли способ скрыть ее даже от таких, как Пабло. Ведь колдуны понимают, что ясновидящие у нас тоже есть.
— Кстати, от моих мыслей Пабло лучше держаться подальше, — с раздражением сказала Холли. Ей не хотелось, чтобы кто-то узнал, как низко она пала, защищая ковен… и как далеко собирается зайти в будущем. Она и сама не знала, надолго ли ее хватит. — Понятно?
Филипп удивленно посмотрел на нее, но промолчал. Холли заметила, что в его глазах мелькнуло недоверие.
«Лучше вы все держитесь от меня подальше! — с жаром подумала она. — Внешность обманчива».
Руки тряслись от ярости и страха.
— Что с тобой, Холли?
К ним подошла Аманда.
— Все нормально, — буркнула девушка и отвернулась.
— А во второй раз Пабло не смог увидеть, где резиденция? — спросила Филиппа Саша.
Может быть, она просто хотела сменить тему. Молодой человек с досадой покачал головой.
— Тогда я бы предложила вот что, — осторожно начала женщина. — Мы постараемся установить контакт с Николь, и Пабло нам в этом поможет. Работая с ней, мы попробуем увидеть, где находится логово колдунов.
Аманда приложила к губам ладони.
— Николь, — пробормотала она. — Только бы ней было все хорошо!
— Если мы свяжемся с ней, поставим ее под угрозу, — предупредил Филипп. — А вдруг они поймут, что мы затеваем?
— Тогда я не знаю, что еще можно предпринять, — ответила Саша. — К тому же Николь и так в опасности.
Роуз подняла руку.
— Давайте подумаем еще. Не будем торопиться…
— Нечего сидеть сложа руки, — перебила Холли. — Надо действовать.
— Она права, — согласился Филипп и встал. — Схожу за Пабло.
— Но для начала — обед, — непреклонным тоном сказала Саша. — Холли много работала. Она устала, и я тоже. Нам надо собраться с силами.
Помедлив, Филипп кивнул.
— Хорошо. Вы правы. Давайте отдохнем и подготовимся. — Он взглянул в дверной проем, на Алонсо. Тот раздавал друзьям чашки с кофе. — Мы, Ковен белой магии, хотим провести католическую мессу. Вы не возражаете?
— Конечно нет, — ответила Роуз. — Чем больше благословений на нас будет, тем лучше.
— Тогда я поговорю с Алонсо, — сказал молодой человек.
Саша проводила его взглядом.
— Хорошо, что они нас нашли. — Она повернулась к Холли. — Расскажи подробнее, как прекратилась битва. Нам нужно побольше узнать об их магии.
Девушка вся похолодела.
— Когда я потеряла сознание, мне явилась Изабо. Я была на грани жизни и смерти. — Она сглотнула. — Изабо предложила помощь. А потом…
Холли набрала в грудь воздуха. Стоит ли рассказывать все?
— Что было потом? — Саша не отставала.
— Пришла ее мать.
— Катрина?
— Да. Она уже являлась мне однажды. — Холли помолчала. — Но тогда я видела ее умершей. А в этот раз ее лицо скрывала вуаль.
И тут она поняла: Изабо ее обманула. Это была не Катрина, а сама Богиня в образе Гекаты, покровительницы ведьм!
«Она еще не простила меня за то, что я принесла в жертву кошку Николь, — подумала девушка. — Статуя Богини в храме Материнского ковена заплакала при виде меня. Если мои страхи — правда, то за победу я расплатилась жизнью Джоэля. Это была вторая жертва. А может, и третья, если вспомнить про Кьялиша. Любая ведьма знает: чем больше жертв одному из воплощений Богини, тем больше оно тобой завладевает».
Холли стиснула зубы. Никто ею не завладел! Ни Геката, ни кто-либо еще. Она сама себе хозяйка!
— Ладно, — вслух сказала ведьма. — Хватит об этом. Надо спасать Николь. Немедленно.
— Но… — растерялась Саша. — Ты же голодна, а Филипп собирался провести мессу…
— Кто тут главный? — вспылила Холли. Она встала и крикнула: — Филипп! У нас изменились планы!
Николь подождала немного. Джеймс не вернулся. Она подергала дверь: снова заперто. Прежде чем ударить в нее молнией, девушка попробовала обойтись кинжалом. Закаленное, острое как бритва лезвие атама вошло в дверной косяк, точно в масло. Николь рассовала вещи из тайника по карманам и вышла в коридор. На этот раз она не побежала, а пошла на цыпочках. Помогут ли чары Жеро найти дорогу? Резиденция Верховного ковена была огромна, ее строили веками, и в архитектуре сочетались стили всех времен.
