и недавно у нас сладили новый сруб…
— Будешь жить со мной, девочка, — отрезала Хранительница.
— Но…
— Никаких возражений, Теа. С тех пор, как Сирим вышла замуж за духа Зимы, она принадлежит к моему роду.
Мы с матерью уставились на неё в одинаковом изумлении.
— Я дочь Курха, — просто пояснила Хранительница.
* * *
— Ты знала? — набросилась я на волчицу, стоило нам остаться одним. Айни только зевнула, вьпянув язык.
— Конечно, — лениво ответила она. Всем волкам это известно. Просто удивительно, насколько у вас, людей, короткая память. Как давно Айрын в вашем селенье?
Я задумалась. И действительно, ещё моя бабушка слушала её сказания о Лете, когда была девчонкой. И уже тогда Хранительница считалась самой старой в нашем роду. Долгая жизнь обещана потомкам духов. Так говорила Айни, и теперь ее словам сложно было не верить.
Двери дома распахнулись, впуская холодный воздух и Хранительницу в сопровождении двух девочек, тащивших в руках охапку шкур и тканей и опасливо косящихся на волчицу, лежащую у моих ног. Помощницы резво застелили одну из лавок, разложили несколько тёплых платьев и рубах, расшитых специальными узорами, призывающими добрые силы в помощь роженице. Хранительница накрывала на стол, резала тонкими ломтями вяленое мясо. Я дернулась было помочь, но старая женщина властно махнула рукой — сиди, мол.
Девочки закончили и поспешили покинуть дом. Хранительница повернулась ко мне, смешливые морщинки лучиками расходились от глаз.
— Ну давай, спрашивай, — добродушно сказала она. — А то скоро дырку во мне просмотришь. И садись за стол.
Я смущенно отвела глаза. Столько всего роилось в голове, что и правда, пока девочки суетились вокруг моей новой постели, я неотрывно глядела на Хранительницу, пытаясь осознать то, что недавно услышала от Айни.
— Вы и правда… — начала я и замялась. Было как-то неловко задавать этот вопрос, словно бы я ставила под сомнения слова старой женщины.
— Да, я дочь Курха и Уны из Нерок, Зимней жены. Моя мать жила так много лун назад, что вряд ли хоть кто-то из твоего рода, девочка, может помнить о ней. Только я. Я была их третьим ребенком, старшей дочерью.
Один из моих братьев погиб, а второй сейчас Хранитель рода Лис.
— Вы хотите сказать…
— Да, Сирим, — женщина улыбнулась. — Все мы, Хранители рода, сводные братья и сестры. Мы оберегаем память рода, обучаем и наставляем вас с каждой новой Весной. Какие собирать травы, как отличать съедобные ягоды и грибы, как засевать и вспахивать землю. Без Хранителей все эти знания были бы утеряны с каждой Долгой Зимой. Со временем, твои дети также займут место среди нас. И, сказать по правде, я рада этому. Слишком долго Зимние жены оставались бесплодны. Даже самые молодые из Хранителей уже пережили не один десяток Зим.
Я прижала руки к животу. В свете того, сколь тяжело я вынашивала ребенка, слышать такое было безумно страшно.
Хранительница обошла стол и обняла меня за плечи.
— Не волнуйся, девочка. Я не позволю богам забрать ни тебя, ни ребенка. Не в этот раз, — ее руки были не по возрасту сильные, и в теплых объятиях дочери Курха мне стало немного спокойнее.
— Мы не позволим, — Айни тоже подошла ко мне, привычно положив голову на колени.
Хранительница поглядела на волчицу с неодобрением, но без страха.
— Что-то не припомню, чтобы Курх-ворон водил дружбу с волками. Сирим, девочка, что привело тебя сюда в такой странной компании?
Я вздохнула и начала рассказ.
— Да, натворили вы дел, — покачала головой Хранительница, когда я, закончив, уставилась в пол, опустошенная болезненными откровениями. Я рассказала все: про вмешательство Аки, про прогулку по туману между мирами, чуть было не стоившую мне жизни, про недолгую весну, ссору, ребенка, жизнь у волков. Старая женщина слушала, не перебивая, и лишь иногда хмурилась и поджимала губы. — Отец никогда не был рад роли, возложенной на него богами, но я не могла и помыслить, что дойдет до такого. Вам нужно это исправить.
— Сирим тут ни при чем, — встряла Айни. Голос ее звучал раздраженно. — Хорош ваш Ворон, нечего сказать. Бросить свою женщину, да еще в таком положении, и которую луну не подавать о себе вестей.
— Если бы все было так просто, волчица, я первая предложила бы Сирим остаться здесь, помогла бы воспитать ребенка. Один новый Хранитель лучше, чем ничего, да и род, пожалуй, сумеет пережить еще одну Долгую Зиму. Но это лишь усилит отчуждение духа-Ворона. И с каждой следующей Зимней женой дела будут все хуже. Когда-нибудь Курх просто не откликнется на наш зов. Когда-нибудь уже некому будет позвать его.
Я поежилась, словно все ледяные ветра Зимы закружились сейчас по комнате.
— Но что я могу сделать, если настоящей Весны нет, и не было уже очень давно? — я с трудом сглотнула горький ком в горле. — Что я могу сделать, если Курх не любит меня?
Хранительница строго посмотрела на меня, но — миг, другой — и ее морщинистое лицо осветила легкая улыбка.
— Ты пока немногое знаешь о любви, Зимняя девочка, — сказала она и, поднимаясь, поманила меня за собой на улицу.
Дом Хранительницы стоял на холме, чуть в стороне от селенья, и с ее двора открывался прекрасный вид на вереницу невысоких домов, змеившихся к морю, величественные скалы, склонившиеся над нашей бухтой, широкие просторы холмов, чуть припорошенных снегом. Ветер трепал мои косы и играл с кистями шали. Сердце сжималось от вида родных мест.
Хранительница подвела меня к одному из деревьев, росших в ее саду, и провела рукой по ветке, стряхивая липкий снег. Крохотные зеленые листочки распрямились, освобожденные от тяжелой ноши.
— Смотри, девочка, — сказала она. И я действительно залюбовалась этими яркими воспоминаниями о недавней Весне.
Женщина наклонилась, набирая полную горсть земли. Посмотрела на меня требовательно и пересыпала все в мои спешно подставленные ладони.
Ее ловкие пальцы перебирали черные комки, и, наконец, она отыскала что-то, ведомое лишь ей.
Я ахнула. В моей ладони лежало треснувшее семечко, сквозь кожицу которого проклевывался росток. Хранительница вновь улыбнулась.
— Весна все еще жива в этой земле. Даже укрытая слоем снега, она ждет. А значит, есть и любовь. И лишь в твоих силах дать ей прорасти.
* * *
Любовь была жива. Она росла внутри меня, она тянулась к солнцу у окна рядом с моей лавкой. Я выпросила у Хранительницы горшок и посадила туда найденное семечко. Будущее деревце прижилось и быстро пошло в рост.
Я готовилась к родам. Хоть ни у меня, ни у ребенка не было дома
