и можете использовать в качестве маленького мешка для переноски овощей или еще чего-нибудь. У нее множество назначений.
Старик зарабатывал достаточно, поэтому его сын ничего не делал. Но старик становился все старее и старее, и он сказал сыну: «Теперь я не способен переезжать из одного места в другое, переходить из одного города в другой, поэтому начинай ты. Я буду лишь изготавливать шапки дома, а ты езжай и продавай их».
Итак, сын отправился продавать шапки. В пути — день был очень жарким, а до места, куда он направлялся, еще было много миль — он задумал немного отдохнуть под большим деревом бо. Все шапки, которые он нес, он держал в мешке; и он отправился спать, — конечно, ради рекламы он и сам носил шапку Ганди.
Он не видел, что все дерево было усыпано обезьянами. Обезьяны заинтересовались шапкой и спустились вниз; человек спал. Они заглянули в мешок и обнаружили шапки. Итак, все обезьяны напялили себе на головы шапки и были очень довольны собой; выглядели они привлекательно! Когда молодой человек проснулся, то обнаружил, что мешок пуст. Он оглянулся вокруг: кто взял шапки? И затем он услышал смех обезьян. Когда он взглянул наверх, на дереве была революция: целая армия обезьян против британского владычества. Способа вернуть шапки не было. Очень печальный, он вернулся домой и сказал отцу: «Я был глупцом; я отправился спать, и все случилось. Все шапки пропали, я не добрался до места… а эти обезьяны сделали из меня такого дурака! Они хихикали, хохотали и строили мне всевозможные рожи, а я ничего не мог поделать».
Отец сказал: «В молодости со мной это тоже случалось. Моя вина, что я забыл рассказать тебе. Забудь об этом. Я скажу тебе секрет — секрет, который я тоже вынужден был узнать, когда однажды потерял все свои шапки. И тогда я спросил одного старика, и он поведал мне этот секрет; и вот в чем секрет. Завтра иди под то же самое дерево. Положи свой мешок на то же самое место и отправляйся спать, — по крайней мере, притворись, даже если ты не будешь спать, — и пусть обезьяны заберут твои шапки». Так все и произошло. Он пошел туда; притворился спящим. Одна за одной появились обезьяны, и они были очень счастливы, что этот человек пришел опять с той же самой вещью. Вчерашние шапки они уже растеряли: это было просто любопытство, они не представляли для обезьян никакого интереса. Обезьяны немного с ними поиграли, а когда человек ушел, они побросали шапки. Но он опять пришел — похоже, что он очень упрямый! Но обезьяны так легко не согласятся с поражением; они снова все повторили. А когда все шапки были у них, человек проснулся — он просто притворялся — и открыл глаза. Когда они захихикали, он захихикал еще громче, чем они. Они были немного шокированы: что случилось? Вчера этот человек был просто пристыжен, испуган. Они пытались строить рожи, но человек сам строил им рожи. Они пытались визжать, человек визжал еще громче. Они взглянули друг на друга: «Что случилось? Что-то странное…» А затем человек в большом гневе схватил свою шапку и отбросил ее.
Все обезьяны в гневе схватили свои шапки и побросали их на дорогу! «Что этот человек думает — только он может бросать? Мы тоже можем бросать». Человек собрал все шапки и, смеясь, ушел. Обезьяны были действительно растерянны; они были одурачены.
Но в этом секрет ума всех обезьян: подражание.
Они просто подражали, не понимая, что они делают, не понимая, почему этот человек бросил свою шапку. Они просто делали это, чтобы превзойти его, без мысли, но лишь чтобы как-нибудь оказаться выше него; ему нельзя позволить делать то, чего не могли сделать они.
Он победил их тем, что громче хихикал, смеялся, визжал и больше строил рожи; и это было слишком. Теперь они не могли позволить ему выбросить свою шапку, когда они сидели там пристыженные, чувствуя себя беспомощными от того, что ничего не могут сделать. Это — свойство ума обезьян; не имеет значения, касается ли это человека или животных.
Любопытный ум — обезьяний, самая низкая категория ума.
Вторая, более высокая категория, это — студент.
Ему присуща интеллектуальная увлеченность. Когда он о чем-то спрашивает, это исходит не только из любопытства, это — настоящая заинтересованность. Он хочет узнать, он по-настоящему ищет ответ, но его поиск все еще не очень глубокий; он интеллектуальный, он глубже, чем простое любопытство. Любопытство даже не интеллектуально; даже идиоты могут быть любопытными — в действительности, только идиоты и любопытны. Разумный человек не будет бесполезно тратить свое время и энергию на ненужное любопытство.
Суфийский мистик, Баязид, двенадцать лет жил вместе со своим Учителем. Его Учитель обычно жил в маленьком коттедже позади очень большого зала. Этот большой зал предназначался для встреч, Баязид же постоянно приходил к Учителю, чтобы лишь просто посидеть рядом с ним.
В суфизме существует одна такая методология: в течение многих лет Учитель не будет даже и спрашивать: «Кто ты? Какая у тебя цель? Зачем ты пришел?» Это отсортировывает любопытных без пустой траты времени. Если человек такой, что вы приходите к нему, а он даже не спрашивает: «Кто ты? Садись; зачем ты пришел?», — то любопытные не продержатся там даже год или два.
Двенадцать лет — большой срок. Через двенадцать лет Учитель попросил первую вещь у Баязида: «Сын мой, иди в зал. Ты, должно быть, видел, что справа там есть полка с несколькими книгами. Ты должен принести мне книгу» — и он сказал, как она называется.
Баязид сказал: «Я понятия не имел, что справа там есть книжная полка, так как я никогда не смотрел ни направо, ни налево; я смотрел только на вас. Я приходил к вам, мне было неинтересно смотреть на что-то другое. Почему я должен напрасно тратить свою энергию? Моей единственной целью было просто смотреть на вас столько, сколько я смогу, просто находиться здесь столько, сколько я смогу, — просто чтобы впитывать вашу безмолвную силу духа». Учитель был счастлив, и он сказал: «Ты принят. Если бы ты принес ту книгу, тебе было бы отказано в приеме». Кажется, что это очень строго, слишком жестко, слишком негуманно… Любопытный человек не имеет места в
