клонить в сон. Но я не сдавалась и пыталась думать, заставлять мозг работать, удерживаясь за те обрывки мыслей, которые еще будоражили ум.
– Потому что я всегда должен знать, где ты и с кем, – он легонько погладил меня по голове, запуская пальцы в волосы.
– И чтобы вовремя подоспеть, когда ситуация начнет выходить из-под контроля, – вяло хмыкнула я.
Веки тяжелели, меня утягивало в сладкий сон.
– Конечно, – не стал спорить Макс. – Потому что я – тот, кто должен защищать тебя, – он прикоснулся губами к моему лбу, подарив мимолетный поцелуй. – Разве так было не всегда? С самого первого дня нашего знакомства я старался оградить тебя от всего мира. Ты просто этого не замечала…
– А на самом деле… нужно было ограждать мир от меня, – пробормотала я сонным голосом. – И Морин тоже погибла из-за меня.
Тело Макса напряглось, но он быстро отследил перемены и постарался вернуться в расслабленное состояние.
– Тебе не в чем себя винить. Твоя недавно обретенная родственница сама во всем виновата.
– В чем? В том, что решила выйти из игры?
– В том, что наврала мне! – Макс вздохнул, стараясь сдержать рвущуюся изнутри тьму. – Морин спела мне ту же песенку, что и тебе. Но с самого начала вся эта история с амулетами показалась мне подозрительной и нелогичной. Почему у всех трех амулетов одна задача, но самой ценной функцией наделен только один? Если твоя бабушка предполагала, что однажды может возникнуть потребность открыть дверь в Изнанку, то почему решила, что одного «ключа» будет достаточно? Нуатль могла напасть и утащить душу любой из трех сестер. И даже не одной. Первый амулет мог потеряться, его могли выкрасть или уничтожить. Табити не могла не подумать о запасном плане. Такие, как она всегда протаптывают несколько дорожек. Подумав так, я решил проверить свои догадки.
– Пытками? – его объятия убаюкивали.
– Бывают ситуации, когда ты либо делаешь то, что должен, – откровенно начал Макс, его пальцы, касавшиеся моих волос, разъяренно сжались.
– Либо?
– Либо теряешь всё. Я пошел по первому пути.
– А ты думал о последствиях?
– Иногда о них лучше не думать. Так легче…
– …спать? – мне очень хотелось спать и сопротивляться этому желанию было всё труднее.
– Идти к своей цели. Всё остальное – лишь сопутствующие потери.
– Значит, ты перехватил Морин… кстати, как? Она ведь ведьма. Или богиня? Я запуталась.
– Ни то, ни другое, – плавное движение его руки возобновилось. – Ведьмой она прикидывалась, а богиней никогда не была. Но сумела создать себе качественный имидж и нужную репутацию.
Я кивнула, принимая его ответ как данность.
– Как ты отнял у неё амулет я уже поняла, но как ты вынудил Морин провести ритуал?
– О подробностях создания симбионта я узнал еще раньше… из других источников. И моих знаний оказалось достаточно, чтобы справиться самому. Я привык… всё делать сам.
– Что ты посулил Нуатль? Каким образом заставил её отпустить Змея?
– Она хотела получить тебя. По её мнению, ты способна выдержать больше других. А еще потому, что ты дочь своей матери.
– И ты пообещал отдать меня ей?
– Да.
– И я здесь в ожидании проведения ритуала? – это предположение показалось логичным, последовательным и весьма в духе того, кем теперь являлся Макс. – А кто его проводить-то будет? Ты?
– Нет, ты здесь, потому что так хочу я, – я пошевелилась, пытаясь приподняться и заглянуть ему в лицо, но рука Макса остановила меня, не дав даже отнять голову от его груди. – Она чуть-чуть взбесилась и приказала змеелюдям утащить зеркало.
– Заводишь врагов со сверхскоростью, – я широко зевнула не разлепляя глаз.
– Очень скоро она перестанет быть моим врагом и станет союзником.
– С чего бы это?
– Потому что я отдам ей кое-что, во сто крат лучше строптивой музы, которой жить осталось полтора дня. Возмездие идет по её душу, и от него ей уже не удрать.
– «Кое-что» – это что?
– Твою мать. Решение настолько гениальное, что когда мне его предложили, я даже не сразу осознал всю его прелесть. Всё оказалось восхитительно просто!
Сперва я не поверила услышанному. А после мелко затряслась в приступе больного смеха, который даже немного отогнал сон.
– Всех богов тебе в помощь, – моргая тяжелыми веками, напутствовала я с новой силой сжавшего меня мужчину. – Не знаю, как на счет Фирусы, но мою мать тебе в жизни не найти.
– Найти, – не согласился Макс, прикоснувшись губами к моему виску и задержавшись возле него на несколько долгих мгновений. Я не сопротивлялась. Уровень сил упал до отметки минус, да и бессмысленность подобной затеи была кричаще очевидной. Если раньше мы были на равных, то теперь он стал сильнее и силу свою демонстрировать не стеснялся. А у меня… у меня пока не было пространства для маневров. И я об этом помнила. – Если правильно спросить у правильного человека.
– Отец ничего не скажет, – сонно пробормотала я, почти засыпая, ведь борьба оказалась неравной.
Отец был той еще сволочью, но кое в чем не сомневался никто, даже я. Король Таллас терпеть не мог отдавать то, что считал своим.
– Скажет, если ему придется выбирать между любимой дочерью и женой, которую он не видел больше двадцать лет, – Макс был непреклонен. – Он, как и я, хочет уберечь тебя.
– Не…, – начала я, но теплые пальцы легли на моё лицо, накрывая губы.
– Спи, – выдохнул он в ухо и почему-то это подействовало. Под его мягкое нашептывание меня окончательно утянуло в объятия Морфея. – Спи, моя драгоценность. Моя маленькая девочка… Здесь ты в безопасности. Здесь эта поганая муза тебя не достанет…
Разбудил меня он же. Но не тем способом, которым отправил в сон. А… поцелуем.
И это было очень странно, просыпаться с мужскими губами на своих, с мужским лицом у своего лица. Чувствуя его громкое прерывистое дыхание и свежий запах туалетной воды с ненавязчивыми душистыми нотами.
– Малышка, – оторвавшись от меня, проговорил Макс и звук его голоса был единственным, что нарушало гулкую тишину комнаты. – Просыпайся.
Я протестующе застонала и попыталась перевернуться на другой бок. Но он не позволил этого сделать, положив ладонь на щеку. Обхватив мою голову обеими руками, бывший друг сперва заставил меня сесть, а после посмотреть на него.
– Мне нужно обработать твои раны. Слышишь? Из-за серебра они плохо заживают. Если не промыть, начнется нагноение.
Я бездумно кивнула, всё еще окутанная дурманом сна. Покорно следуя за его движениями, направляющими меня, я перебралась к краю кровати и спустила ноги вниз. Воздух показался очень холодным, словно кто-то включил и забыл выключить кондиционер. Я поежилась, потерла плечи
