- Никита, иди мой руки после улицы.
Начинаю с обычных дел. Ребенок бежит в ванную, я разбираю пакеты. Петр там чего-то мнется в прихожей. Ах да, он напорист, но все же воспитан.
- Ты тоже можешь помыть руки, - кричу ему.
- Благодарю, - в голосе капля иронии.
Мне не до смеха. Сын пообедал в садике и не слишком голодный. Лучше начать с новостей. Вдруг он все-таки занервничает, и на полный желудок у него заболит животик?
- Кит, - иди сюда.
Веду малыша за руку в гостиную. Петру киваю, чтобы шел с нами.
Комната довольно тесная. Ретро-шкафы, новый диван - мое спальное место. Еще я втиснула у окна обеденную зону. На крохотной кухне вообще нет места. Волков проходит к столу и садится на один из коричневых мягких стульев. Я же веду Никитку к дивану. Усаживаю к себе на колени.
- Мам! - мальчишка стесняется моего прилива нежности при госте.
Но я только глажу сына по спине.
- Помнишь, ты спрашивал, где твой папа?
Кит послушно кивает.
- Ты сказала, он хороший, но пока не может к нам приехать.
Мы обмениваемся коротким взглядом с Петром. Но пока не до его реакции.
- Да. Теперь он смог приехать, Кит. Твой папа здесь. Это Петр Сергеевич, ваш спонсор.
Глаза мальчишки округляются. Он смотрит на Волкова.
- Ты - мой папа?
В детском голоске восторг. Еще бы добавил - да ладно?! Петр улыбается ему. Замечаю, как он изо всех сил старается сохранить спокойствие.
- Да, Ник. Я твой отец.
- Ты больше не уедешь? - малыш хмурится.
- Нет, - мужчина сглатывает, - надолго нет. Я буду часто приходить к тебе и маме. Мы с тобой будем гулять где-то. А если тебе что-то будет нужно, ты всегда можешь мне позвонить.
Никита смышленый и хорошо разговаривает. Но ему все же пять. И Волков старается говорить проще. Тут опять же в плюс его опыт с Артемом.
- Ладно, - малыш кивает.
Малыш осторожно слезает с моих колен. Подходит к Волкову. Мужчина остается сидеть на стуле, только разворачивается к ребенку. В строгом дорогом костюме привычного серого цвета, с чуть взъерошенными волосами и в целом немного растрепанным видом он так трогательно смотрится рядом с маленьким сынишкой.
Никита смотрит на него такими похожими глазами и произносит, чуть смущаясь.
- Мне понравилось, что ты мой папа.
С моих губ слетает улыбка. Сын выучил это выражение "мне понравилось" недавно. И теперь на все явления выносит вердикт - понравилось ему или нет.
Вижу, как смеется Волков, на секунду опустив голову. А ледяные глаза тем временем поблескивают.
- Мне тоже очень понравилось, сынок.
Он опускает ладонь на макушку Никитки и чуть ерошит его вихры. Мальчик хихикает.
- Мам, я хочу торт!
Для ребенка момент исчерпан. У него появился приятный ему папа. Мама спокойна, новый папа тоже позитивен. Теперь неплохо было бы поесть вкусняшки. То, что тортик скучает в холодильнике, волнует Никиту больше всего.
- Да, сейчас будем пить чай.
Оставляю парней одних, у них завязывается разговор о хоккее. Теперь мне больше не нужно беспокоиться за мужской пример для сына. Он есть, и о-го-го какой. В моей душе расползается предательское восхищение Волковым.
Почему это чувство беспокоит? Нет, я считаю, он его полностью заслуживает. Он так спокойно, сдержанно себя повел с нами. Думаю, это сыграло немалую роль в хорошей реакции Никитки.
Но это все между ними. А между нами что? На что-то надеяться нет повода. Да и не хочу я надеяться… Или хочу? А-а-а-а!
Так вот, если я начну пускать слюни по этому мужчине, буду виновата сама. Он одиночка и не планирует серьезно впускать в свою жизнь женский пол. У него вон даже дети оба мальчики! Нервно хихикаю.
Отвлекаюсь как могу, хлопочу. Накрываю чай в гостиной, пока "мальчишки" обсуждают спорт. С каких пор мне приятна домашняя рутина? Никогда к ней не тянулась, но за этими двумя так приятно поухаживать. Или хочется выплеснуть куда-то нервы…
- Всё готово! - говорю громко.
Кит сразу мчится на стул, его отец скидывает пиджак и тоже проходит. Я ухаживаю за ними, мы толком ни о чем не говорим.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Вкусная выпечка ложится в желудок тяжелым уютным комом. Наконец, я расслабляюсь. Еще и потому, что Волкова тоже явно отпустило напряжение. На его лице как будто даже счастливое выражение.
После еды Петр все внимание направляет на сына. Логично, что сразу мужчина от нас не уходит. А то это было бы - я твой, ну давай пока. Плюс, ему самому не хочется уезжать, чувствую это на каком-то интуитивном уровне. И мне самой от этого хорошо.
Глава 9
Они смотрят какую-то спортивную трансляцию. Кажется, хоккей на траве. Потом начинают резаться в компьютерную приставку. Я устроилась на краешке дивана и исподволь наблюдаю за ними. Вскоре, от уютной картины и тяжелого дня вдруг засыпаю. Кажется, звуки вокруг становятся тише, а меня накрывает чем-то теплым.
Вскакиваю я так же внезапно с колотящимся сердцем. Почти сразу понимаю, почему. Меня разбудил звонок в дверь.
- Вы кто? - из прихожей доносится недоуменный голос Макса, моего сводного брата.
Ох… Поднимаюсь с места.
- А вы по какому вопросу? - в голосе Волкова уже сарказм.
- Я пришел на свою жилплощадь, - а в тембре Максима злость.
Раньше он так жестко не заявлял о своих правах.
- Это мой папа! - радостно сообщает "родственнику" Никитка.
- Кто?!
Выхожу к ним, вздыхаю.
- Ты правильно услышал, Максим. Здравствуй.
- Но как это… Кира? У тебя все в порядке?
Было до твоего прихода.
- Все нормально. Ты пришел по какой-то необходимости?
Вижу, Волков взял на руки Никитку. Тот рад, естественно. А вот Макс мрачнее тучи.
- Я не должен отчитываться! Забыла? Квартира моя тоже!
Мои глаза распахиваются. Никогда он не говорил с такой злобой.
- Да, конечно, - пожимаю плечами, - но и ты, наверное, запамятовал, что разрешил нам жить здесь спокойно. А это включает право на личное пространство.
Уголок рта "братца" дергается.
- Вижу, какая тут у тебя личная жизнь! Ребенку зачем голову морочишь?
От волны напряжения в комнате явно чуть не зажглась проводка. Волков медленно спускает сына с рук и подталкивает его в сторону комнаты.
- Иди, пройди уровень сам.
Кит слушается. Ему явно надоел взрослый нудежь. А Петр провожает его взглядом. Видимо, убеждается, что тот надел наушники.
- Слушай, ты, - он подходит к Максу близко-близко, - собственник… Рот в сторону моего сына закрываешь раз и навсегда. С его матерью тоже повежливее. А за хатку свою не волнуйся. Я лично позабочусь, чтобы новые соседи тебе страшно понравились!
Вся иллюзия нашего мирка разлетается в пыль. Спокойно тут! Ага, как же.
- Макс, уходи сейчас, пожалуйста! - пытаюсь вмешаться.
- Ты не имеешь права…
- Тебя, кажется, попросили исчезнуть?
Железобетонный тон Волкова ставит точку. Макс понимает, этот человек точно наплюет на его права.
- Не ожидал от тебя, Кира, - выплевывает "братец", - включи мозги. Не каждый, - он говорит ругательное слово, - может стать ребенку папой.
Петр оттесняет заботливого гостя к двери.
- Насчет себя ты правильно подметил. Всё, до свидания.
- Руки!
В итоге Макс все же выходит сам. Волков закрывает дверь, разворачивается. А мне хочется провалиться сквозь землю.
- Петр, он… - слова застревают в горле, потому что говорить тут нечего.
Но, наверное, этот день должен быть счастливым для меня. Потому что в следующую секунду настойчиво звонит телефон. Я пользуюсь моментом перевести дух. Да и на связи Владик. Вдруг что-то произошло в кафе?..
- Кира, можешь говорить?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
У меня выступают слезы от дружеского тона, но я собираюсь.
- Да, могу.
- Кир, - Влад переходит к делу, - ты еще не нашла квартиру? Мои знакомые уезжают за рубеж на несколько лет. Недвижку в городе продавать не хотят. Им нужен порядочный жилец. Вы отлично подходите! И трешка недалеко от района.
