долей превосходства, зная все слова наперёд, отчего я застыл с комом в горле. Раскаяние плескалось полноводной рекой и раз уж ступил в неё, то стоило идти до конца.
-Наставница Джахейра?
-Ушла, — легко понимая меня с полуслова, Ефи грустно выпустила воздух из легких, поджимая губы, — отправилась в свой очередной поход.
-Я даже с ней не попрощался и наговорил всякого...
-Она взрослая девочка, всё понимает, хоть и пытается казаться иной, — потрепав меня по руке, оставляя мазки от свежей земли, Евфимия передала мне лопатку, настойчиво всучив садовый инвентарь, припахивая к работе. Не то чтобы я была против, — извинишься, когда она вернётся.
-Да, ты права.
Не став договаривать опасения, что наставница может и не вернуться из этого похода, я смиренно присел рядом, повторяя все действия Евфимии. Размеренная работа помогала отвлечься, но всё равно я из раза в раз возвращался мыслями к моему скотскому поведению, вызванному глупыми обидами и ревностью.
Вместо того, чтобы с улыбкой на лице проводить дорогого мне человека в опасный путь, я повёл себя, как испорченный ребёнок, у которого отобрали игрушку, требуя объяснений.
Чувствуя моё настроение, Ефи снова затянула песню, порой хитро поглядывая на меня, любуясь смущением и попытками скрыть радость.
Так мы и проработали до самых сумерек под тихий голосок Евфимии, вырывая сорняки и ухаживая за цветами.
(На бусти уже 14 глав, заходите скорее и читайте, а главное ставьте лайки)
Глава 8
В Фаэруне существует множество рас.
Люди, эльфы, гномы, дворфы считаются самыми распространёнными из них,
Но также встречаются и более экзотичные представители разумных.
Жуткие тёмные эльфы Подземья,
Орки и гоблины, расселившиеся в горах,
Драконорожденные, потомки могучих ящеров и многие другие...
С каждой из них связаны самые разные стереотипы,
Но даже среди самых отпетых приверженцев характерного поведения
Бывают исключения.
-Хорошо... Хорошо...
Тихий скрипучий голос мастера Медраша был едва слышен. Старый драконорожденный часто замирал на месте, порой создавая впечатление, что он скоропостижно помер, но потом белёсые слепые глаза медленно распахивались, безошибочно находя меня в любом месте и продолжали урок.
Старый ящер был первым представителем своего вида, с которым я встречался. До сих пор мне не доводилось видеть этих странных созданий и от того наше знакомство превратилось скорее в урок истории, где воодушевленный моим вниманием пожилой чародей отвечал на многочисленные вопросы взбудораженного ребёнка.
Я едва мог усидеть на месте, столь много интересного поведал мне Медраш. Начиная от своей молодости в клане, из которого он благополучно сбежал, и заканчивая жизнью арфиста, до которой шёл долгим и не самым честным путём.
На протяжении его долгой жизни чародей повстречал множество разумных, обильно совершал как добрые, так и ужасные поступки, пока наконец не нашёл себя, став помогать всем добрым созданиям.
Изначально Медраш «Щитогрыз» был очень агрессивным и не признающим никаких авторитетов. Он не стал углубляться в образ жизни драконорожденных из кланов, лишь попутно отметив, что его поведение не считалось нормой, особенно в его социальном статусе, но молодой, наглый и дерзкий Медраш плевал на авторитеты, часто нарываясь и получая заслуженные наказания, пока в конце концов не покинул обитель клана Ламболденниш, пустившись во все тяжкие.
Он воровал, грабил, убивал, пять лет прослужил пиратом на службе у барона из Лускана, охотился на лесных эльфов, продавая их подозрительным личностям из Подземья и совершал много других ужасных вещей. Попутно наигранно благородствуя, на потеху толпе или подмазываясь к важным шишкам.
Его лихая преступная жизнь вела его по всему Побережью Мечей, заставляя постоянно сменять место жительства, пока старость и немощь не стали подкрадываться, устанавливая новые правила.
Постепенно теряя свои силы, он приобрёл одышку и слабость, а старые раны резко заставили вспомнить о себе, превращая каждый день в мучение.
Одинокий, брошенный всеми, старый ящер скитался по окрестностям Врат Балдура, боясь зайти в город, где в своё время натворил дел. Его разыскивали слишком многие и от того Медраш не знал куда податься.
Но даже всё это не сломало его. Бросив очевидные варианты, старик подался в леса, надеясь прожить остаток жизни в тишине и спокойствии, хотя бы встретить смерть в уюте собственного дома — места, которого был лишён очень давно.
Но даже там он не смог найти заветного покоя, в один прекрасный день став жертвой таких же разбойников, каким он был когда-то сам. Растеряв былые навыки, одинокий, старый ящер был легкой добычей. Став игрушкой в руках банды ублюдков, Медраш провёл долгие месяцы в мучениях, прислуживая захватчикам собственного дома. Униженный, покрытый ранами и готовящийся к позорной смерти, выходец из клана Ламболденниш не ожидал, что его жизнь ожидает новый крутой поворот.
Молодая группа последователей Лунной богини Селунэ наткнулась на пристанище бандитов и в недолгом столкновении одержала верх, положив конец их разбойной деятельности. В глубине загаженного дома молодая парочка из эльфа и человеческой девушки, возглавлявших кочевую общину, отыскали забитого и прикованного цепями Медраша.
Лишь их доброта и помощь смогли вернуть ящеру веру в жизнь. Исцелить старые раны, несмотря на отказ самого Медраша принимать столь щедрый дар. Их поддержка помогла пережить все те ужасы, что с ним творились, а главное переосмыслить собственную судьбу.
Долгие годы он прожил в общине селунитов, постигая их идеалы и осознавая, какую же жалкую жизнь он для себя избрал.
-Я... Никогда не плакал... Ни разу, за шестьдесят лет, ибо считал это слабостью, — рассказывал он мне о тех временах. На лице Медраша было тяжело разобрать эмоции, но сами интонации пробирались до моего сердца,
