получается сосредоточиться один раз из десяти, но теперь я научился делать это лучше. Ты можешь запрограммировать на телефоне специальный сигнал, чтобы он звучал каждый час и помогал концентрировать внимание.
Я тут же активировала на смартфоне почасовое оповещение. Из причудливого списка я выбрала сигнал «гонг», чем очень развеселила ребят. Работа над мыслями, на мой взгляд, требовала колоссальных усилий, но я решила настроиться позитивно. Буду потихоньку тренироваться, ни в коем случае нельзя впадать в уныние.
Ближе к вечеру мы добрались до Ландрука. Поля, засеянные различными культурами, спускались террасами вниз по склону горы, что придавало пейзажу причудливый вид. На одной из террас, напоминавших ступеньки огромной лестницы, крестьяне косили просо, потом складывали срезанные серпом колосья в плетеные корзины и несли их наверх. Другие крестьяне раскладывали просо на широких брезентах, прежде чем погрузить в какой-то фургон. Я остановилась на несколько минут рядом с сидящей на корточках непальской женщиной, ловко управлявшейся с ситом.
Мои спутники ушли вперед, и я ускорила шаг, чтобы догнать их. Мы час спускались по каменной тропинке, наблюдая за работой крестьян, и оказались в деревне, где и сделали привал.
Две горы высотой более семи тысяч метров предстали перед нами: Аннапурна Южная и Хиунчули. Их красота немного утешила меня, уже порядочно выбившуюся из сил. Я наслаждалась вдохновляющим закатом: туман покрывал леса и утопающие в зелени деревни, лишь вершины самых высоких гор пронзали его мистическую завесу, растянувшуюся между скалами. Проблески охры мерцали в мутной пелене, окутавшей долину.
Нишал уселся перед хижиной за столик, на котором лежала бронзовая доска с фигурками из того же металла. Напротив него сел хозяин дома, и они устроили «турнир». Тим внимательно наблюдал за игрой. Шанти подошел ко мне.
– Это баг-чал – древняя непальская игра. «Баг» означает «тигр», а «чал» – «ход». Здесь в нее часто играют. Видишь, на доске нарисованы пять горизонтальных линий, пять вертикальных и диагональные линии. У Нишала двадцать коз, а у его соперника – четыре тигра. Наш носильщик должен окружить всех тигров, так чтобы они не смогли ходить, а хищники, в свою очередь, стараются не попасть в ловушку и съедают коз, перепрыгивая через них, как в шашках. Козы побеждают, если все четыре хищника оказываются заблокированы, а тигры выигрывают, если им удается уничтожить пять коз из двадцати.
На первый взгляд игра показалась мне простой, но я быстро поняла, что она требует высокой сосредоточенности и стратегического мышления. В тот вечер я не была на это способна. Сильная усталость и боль в мышцах не оставили мне другого варианта, как отправиться спать после вкусного ужина. Я сразу же уснула.
На подвесном мосту
Многое кажется невозможным, пока ты этого не сделаешь.
Нельсон Мандела
Утром я не могла встать с кровати – с таким мучением давалось мне каждое движение. Ужасные боли преследовали меня всю ночь и не оставили в покое утром. Кроватью мне служила деревянная доска, покрытая тонким матрасом. Хуже этого ложа была лишь простая земля под открытым небом.
С трудом разогнувшись, я дошла до комнаты, где можно было позавтракать. Холодная ночь отступала перед первыми лучами солнца. Я заметила Шанти, он сидел на камне, скрестив ноги. Через несколько минут проводник вошел в комнату и приветливо улыбнулся мне. Он энергично потер руки, чтобы согреться, и окоченевшими губами спросил, хорошо ли я спала. У меня болело все тело. Я бы с радостью легла обратно, но, учитывая, какая у меня была кровать, понимала, что лучше бодрствовать, чем спать. Шанти предложил мне немного размяться после завтрака, прежде чем снова отправиться в путь.
Я чувствовала усталость, но, воодушевленная спутниками, шла в довольно бодром ритме. Можно было любоваться вершинами Аннапурны и не думать о физических трудностях. Восхождение заняло больше часа. Шанти объяснил, что с разогретыми мышцами мне будет легче подниматься. Я шла и шла, пока вдруг не остановилась как вкопанная. У меня задрожали ноги. Я повернулась к проводнику, но не смогла выдавить из себя ни слова. В сотне метров прямо перед нами я увидела подвесной мост, страх парализовал меня, я очень боялась высоты. Я побледнела и готова была грохнуться в обморок. Шанти заметил мой страх и пошутил:
– В чем дело, Маэль? Неужели ты боишься пройти по мосту над речкой Моди-Кхола?
Я не могла представить, как ступлю на эту поверхность, висящую над землей на высоте пятидесяти метров. Все мое тело напряглось, сердце учащенно забилось, я почувствовала, как земля уходит из-под ног. Шанти бросился ко мне и усадил на камень.
– Я панически боюсь высоты, я не смогу пройти по мосту. Может, пойдем другой дорогой?
– К сожалению, другой дороги не существует. Мы не сможем попасть в долину, если не перейдем через мост.
Тим наблюдал за происходящим. Потом он выбежал на мост и начал скакать на нем. Мост раскачивался и шатался, и мне показалось из-за этого, что он стал еще длиннее. Парень смеялся и подпрыгивал на мосту, будто на батуте, он решил, что таким образом успокоит меня, продемонстрирует его прочность.
– Дальше я не пойду, Шанти, мы должны найти какой-нибудь другой путь, – решительно заявила я.
Однако проводника, похоже, не смутила моя непреклонность. Он махнул рукой Тиму, чтобы тот перестал дурачиться и вернулся к нам.
Шанти присел рядом со мной на корточки и мягко спросил, чего именно я боюсь.
– Я не могу объяснить, от высоты у меня кружится голова. Мне бы очень хотелось продолжить путешествие, но мост перейти я не смогу.
Я встала и собралась уже повернуть обратно, но Шанти перегородил мне дорогу.
– Я тебя понимаю, но не позволю тебе сдаться. Страх субъективен, он возникает из прошлого опыта. Видела, как Тим скакал там? Он решил, что ты просто боишься умереть, что ты сомневаешься в прочности моста.
С противоположного берега послышался далекий звон колокольчиков. Молодой непалец гнал палкой стадо буйволов и коров прямо на шаткие доски моста. Один за другим, нагруженные тюками с провизией, свисавшими с их боков, животные заходили на мост. Я с ужасом ждала, когда он растянется в два, три, четыре раза под их тяжестью и в конце концов рухнет. У меня перехватило дыхание на целых пять минут. Жизнь юного пастуха и двадцати голов крупного рогатого скота зависела всего лишь от двух натянутых канатов, нескольких деревянных досок и проволоки, связывающей их. Мост подпрыгивал и раскачивался из стороны в сторону под весом животных. Я видела, как
