Я быстренько ретировался вниз по лестнице, уводя за собой разбушевавшегося монстра, которого нанесенные мною раны отнюдь не сделали миролюбивее. В зале у меня было больше места для маневра, хотя говорить о каком-то преимуществе было пока преждевременно. Я двигался быстрее монстра, но сильно уступал ему в весе и мощи. Любой взмах его огромной лапы мог в секунду сломать мне шейные позвонки, а то и снести голову. Я маневрировал по залу, пытаясь улучить момент и нанести противнику удар в голову. И, что самое интересное, мне это удалось! Однако череп зверя устоял против удара секиры, хотя попал я ему точнехонько в лоб. Воспользовавшись моим секундным замешательством, зверь выбил секиру из моих рук. От удара его лапы я опрокинулся на спину и тут же почувствовал, как огромная туша обрушилась на меня сверху, придавив к полу. Показалось, что наступил мой смертный час, но как раз в этот момент моя левая рука нащупала оброненное отцом Жильбером серебряное распятие. Его я и вогнал страшным ударом в раскаленный адской ненавистью глаз. Рев монстра едва не разорвал мой слух, но этот рев, похоже, был предсмертным. Зверь заскреб когтями по полу, дернулся и затих.
Я с трудом выбрался из-под чудовищно тяжелой туши и в изнеможении опустился на табурет. Неведомо откуда появившаяся служанка Мария помогла мне стянуть окровавленную рубаху и принялась хлопотать над моими ранами.
— Вы великий воин, благородный Вадимир.
Я был того же мнения, но врожденная скромность помешала мне признать сей факт вслух. Поэтому я потупил очи и молча выслушал потоки похвал, которые Мария обрушила на мою голову. Между прочим, далеко не всё в ее словах было неправдой. Зверь апокалипсиса даже в дохлом виде внушал уважение. Наверное, поэтому спустившийся в зал на трясущихся ногах отец Жильбер обошел его стороной.
— Мы ничем не могли вам помочь, рыцарь, но то, что вы свершили, прославит ваше имя в веках.
Доброе слово и кошке приятно, особенно если оно прозвучало из уст человека далеко не робкого сердцем. Ибо не у каждого хватит мужества выйти на монстра с одним только серебряным распятием в руках. А мне оно спасло жизнь. Я указал на крест отцу Жильберу. Пересиливая страх, священник подошел к чудовищу и вырвал символ своей веры из глаза исчадия ада.
К счастью, во время схватки со зверем никто особенно не пострадал, если не считать моей попорченной в нескольких местах шкуры и помятых ребер старого рыцаря Гийома. Очнувшиеся Жан и Жак довольно бесцеремонно перевернули зверя на спину, а потом вогнали в его грудь осиновый кол.
— На всякий случай, — как пояснил мне отец Жильбер.
Зверя решено было сжечь на костре, а его пепел зарыть в землю. По мнению священника, именно эти действия должны были окончательно снять проклятие с рода де Руж. Я охотно согласился с отцом Жильбером, этот убитый монстр был мало похож на птицу Феникс, и вряд ли он когда-нибудь восстанет из пепла, даже если о его воскрешении будут хлопотать высшие адские инстанции.
Последними в зал к озабоченным предстоящим действом людям спустились две юные девы, слегка испуганные и чем-то сильно огорченные.
— Вы обманули меня, рыцарь Вадимир!
Прекрасная Маргарита не нашла ничего лучше, как предъявить претензии герою, вместо того чтобы осыпать его цветами и словами благодарности. Подобное поведение дочери глубоко огорчило благородного Гийома, который тут же принес мне извинения за ее недостойное поведение.
— У бедной девочки, видимо, помутился рассудок от пережитого ужаса.
— Он обманул нас всех, — обиженно надула губы капризная дочь благородного рыцаря, — его оруженосец не мальчик, а девочка.
— Быть девушкой — это не грех, — осторожно заступился за меня отец Жильбер. — Грех — предаваться беспутству.
Я был согласен с храбрым священником. Тем более что прекрасную Маргариту волновал вовсе не пол моего оруженосца, а как раз его половая зрелость. В данном случае я не погрешил против истины, и совесть моя была абсолютно чиста. С другой стороны, я очень даже хорошо понимал разочарованную девушку. Она многого ждала от сегодняшней ночи, а всё обернулось, можно сказать, пшиком. Впрочем, у прекрасной Маргариты вся жизнь впереди, и я настоятельно рекомендовал ей впредь быть более разборчивой в выборе сексуальных партнеров.
Нельзя сказать, что мой совет был принят с благодарностью. На меня обиделись сразу обе красавицы, но обиды были не того накала, чтобы бесповоротно испортить молодому человеку жизнь.
Мне всё-таки удалось выспаться в этом замке. Я провалялся в постели почти целый день, поправляя пошатнувшееся после схватки с монстром здоровье. Гостеприимный Гийом предлагал нам провести в его замке еще хотя бы одну ночь. Честно говоря, я был не прочь, тем более что никаких монстров более не предвиделось, но воспротивилась Наташка, которой вдруг почему-то загорелось отправиться в дорогу на ночь глядя. Возможно, причиной тому была банальная ревность, хотя прежде я ничего подобного за мудрой львицей не замечал. Ссылалась жрица Кама Сутры при этом, естественно, на предчувствие.
— Предчувствие чего? — насторожился я.
— Тебя ждут великие дела, Вадимир, сын Аталава, — торжественно ответила она.
Я к великим делам не рвался. Думаю, одного подвига человеку, пусть он даже и странствующий рыцарь, определенно достаточно для полноценной жизни.
— Ты забыл о взятых на себя обязательствах, — сухо напомнила мне мудрая львица.
Положим, это было не совсем так. И хотя обязательства, данные мной жрецам храма Йопитера, меня не особенно волновали, я не имел права забывать о судьбе Людмилы, оставленной на попечение врачей, которые ничем не могли ей помочь. Смущала и неясность стоящей передо мной задачи. Было непонятно, имеет ли происшествие в замке отношение к тем странным обстоятельствам, которые в последнее время сложились вокруг меня, или это просто случайность.
Своими сомнениями я поделился с Наташкой.
— Имеет, — твердо сказала мудрая львица, когда мы, тепло распрощавшись с рыцарем Гийомом и его домочадцами, выехали в предсумеречную пору на большую дорогу. — На острове Буяне всё имеет значение. Ты убил зверя апокалипсиса, Вадимир, а это никому не сходит с рук. Его кровь смешалась с твоей, его сила стала твоей силой.
— Вот только не надо меня пугать, — вежливо попросил я. — Человек и без того пережил страшный стресс. А потом, что тут такого — ну, убил и убил. В конце концов, он напал на меня первым, этот волосатый мишка. Может, он вообще не из ада, а просто проходил мимо и захотел навестить красивую девушку.
— Это не смешно, Вадимир. Если бы ты не был атлантом, то не устоял бы в схватке. Сейчас твои силы умножились, но и темного в твоей душе стало больше. И никто не знает, куда приведет тебя бушующий в твоей крови ад.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
