Она сказала:
— Я так и не смогла найти хроники Любовников.
— Должно быть они хранятся у их отца.
Сражение сблизило нас с Лучницей, но теперь Любовники мертвы. Так почему меня не покидает чувство тревоги? Да, нам ещё предстояло иметь дело с генералом, но насколько сильным мог оказаться смертный?
— Как думаешь после сегодняшнего Миловничи продолжит терроризировать людей?
— Кто знает? Одно я могу сказать наверняка — очень скоро он отправится к своим детишкам.
Вокруг собиралось всё больше солдат, чтобы поглазеть – на нас, на мертвые тела, на странные приспособления – к нам приблизился Франклин. Он снял противогаз, но оставил его на голове.
— С Дево все будет хорошо?
— Думаю, да. Спасибо, что спросил.
Он ткнул носком ботинка окровавленную кучку опилок.
— Вы его девушка?
Селена приподняла брови, как будто не могла дождаться моего ответа.
— Мы с Джеком вместе учились в школе, —пять дней, — а затем встретились после Вспышки. Меня зовут Эви. Это Селена. Простите за грубое вторжение. Время шло на секунды, — когда он кивнул, я спросила, — вы знакомы с Джеком?
— Я узнал о нем от подразделения из Луизианы до того, как АЮВ поглотила его. Он стал известен, как охотник. Уничтожил сотни Бэгменов, никогда впустую не потратил и пули.
Человек, которого должны бояться монстры.
Селена сказала мне:
— Мы пересекались с парнями из Канады, они все были наслышаны о Джей Ди. Но они озвучивали число Бэгменов в тысячах.
Джек становился народным героем?
Селена повернулась к Франклину и со свойственной ей тактичностью спросила:
— Рукоять во̀рота... кто был прикреплен к другому концу?
— Пару месяцев назад несколько парней помогли Джеку сбежать от расстрельной команды генерала, — Франклин отвел взгляд, — с тех пор Близнецы подвергали их пыткам. Последнему они вытаскивали кишки дюйм за дюймом.
Именно это я и видела. Склизкая веревка. О, Господи. Любовники пытались вынудить Джека крутить рукоять, мучая того, кто спас ему жизнь.
— А вам никогда не приходило в голову помочь тем людям? — требовательно спросила Селена, — или четырем парням, приговоренным стать Бэгменами?
Франклину явно было совестно.
— Я хотел! Но у меня младший брат в Северной АЮВ. Ему всего лишь двенадцать. И каждый мой поступок ставит под угрозу не только мою жизнь, но и его. Тут везде шпионы, — он тяжело вздохнул, — или вернее, были. Сейчас они бежали. На север.
— Что будет со здешними женщинами? — я высматривала в толпе ту леди, со связанными ногами.
— Следуя приказам Дево, я уже распорядился об их освобождении, защите и обеспечении всем необходимым.
Я нахмурившись смотрела на него.
— Каким приказам?
— Теперь он командир. Он обещал возглавить белые шляпы[15], хороших парней, которые защищают людей, попавших в беду.
— Спасибо, Франклин. Я передам, что ты о нём спрашивал. — Когда мужчина отошёл, я повернулась к Селене:
— Командир? С какой стати Джек ввязался во всё это? Чтобы помочь людям, которых он знать не знает?
Когда я делала то же самое, он твердил, что беспокоиться нужно только о себе и о собственном выживании.
— Когда он примет командование здесь, мы сможем освободить другую половину.
— Но это же огромная ответственность.
Селена кивнула.
— Он изменился.
Мне хотелось попросить её объяснить свою последнюю реплику, но вокруг собралось слишком много зевак. Пока они пялились на нас с Селеной, Джоуль подошел и создал новое метательное копьё. Выхаживая вперед-назад, он с грозным видом вертел его в руках. Охранял нас?
— Эй! Друзья мои, кто желает посидеть на электрическом стуле? — Его наэлектризованная кожа искрилась под струйками дождя.
— Эти солдаты в восторге от Арканов, — сказала Селена, — парней, размахивающих молниями, девушек, выращивающих лозы. Летающих ангелов.
— Никто не видел, как я выращивала лозы. Ну ладно, видели. Но это было до того, как мы повернули время (вторая фраза, которую не думала, что скажу). Веселенькая выдалась ночь, — в голове каша, мысли смешались, — что тебе известно обо мне и Любовниках? Они сказали правду о прошлой игре?
— Они не лгали.
— Было бы неплохо узнать об этом прежде, чем идти им навстречу.
Почему Смерть не сказал мне?
Она пожала плечами.
— Я подумывала рассказать, но боялась, что ты сдрейфишь только потому, что парочка маньяков с вооруженным войском за спиной, собираются тебя изувечить и убить.
Хорошенькое дело.
— Но откуда ты знаешь, что это действительно было так?
— Это есть в моих хрониках. В прошлой игре, Лучница путешествовала с группой людей типа военных корреспондентов. Они видели останки Любовников. И это точно дело рук Императрицы.
Красной ведьмы.
Селена осматривала распухшую руку.
— Мэтью должен был рассказать тебе об этом. Он должен был предупредить Джей Ди о том, что его схватят. И как насчет предупреждения о Жрице?
— Не надо его винить. Он делает всё, что в его силах. Возможно, он сообщает всё, что нам надо знать, просто мы этого пока не понимаем.
Как и я, когда он сказал, что Тесс управляет временем.
— Кстати, как прошла битва со Жрицей?
— Она выпустила водяные щупальца, но я задушила их лозами.
— Щупальца? Эви, да она запросто могла затащить тебя в реку, как мелкую рыбёшку. Или обрушить цунами. Она просто играла с тобой.
Каждый раз, когда я определяла последнюю карту, которую мы должны были убить, появлялся еще кто-нибудь.
Словно прочитав мои мысли, Селена спросила:
— Ты все еще думаешь, что мы сможем покончить со всем этим?
Я тихо ответила:
— Соглашение здесь не действует, и сейчас мы друг для друга лишь четыре знака, но ни Джоуль, ни Габриэль на нас не напали.
— Не знаю, кто из нас безумнее: ты со своей верой в окончание игры, или я, готовая поверить тебе, — сказала она, — вот уж никогда бы не подумала, что ты станешь лидером чего-то посерьезнее команды болельщиц.
— Постапокалипсис, должны же мы развиваться.
Она подставила лицо мелким каплям дождя.
— Эви, а что если у нас получится? Что если все мы сможем жить в мире? Использовать эти силы во благо?
Я думала о том же.
— Мы могли бы переориентироваться.
Бороться с преступностью или еще что-нибудь в этом роде.
— Если злые Арканы не станут у нас на пути, — Селена повернулась ко мне лицом, — и, если уж мы о них заговорили, что там происходит между тобой и Смертью?
Между нами? Мой побег и его меч. И, по мнению близнецов, зарождающаяся любовь.
