Леопард в Эммете зарычал от гордости.
Сорок минут спустя они разрыдались, но не от горя — от радости. У Эмбер все закончилось хорошо — хоть ей и придется пробыть в больнице чуть дольше обычного, — и улыбающийся как дурак Джед продемонстрировал всем младенца с круглым раскрасневшимся от гневного крика лицом.
— Как вы ее назовете? — спросила Рия, когда все набились в палату, желая убедиться, что и мать, и новорожденная в полном порядке.
— Джой, — ответил Джед, легонько коснувшись детской щечки. — Потому что она наша радость.
— Красивое имя.
— Да. А второе имя будет Нана — так Эмбер решила.
Он подошел к жене и взял ее за руку. Бледная от усталости Эмбер нашла силы ему улыбнуться.
— Привет.
Рия стала выталкивать всех из палаты.
Полтора часа спустя Эммет одолжил автомобиль у Саймона, чтобы развезти Маолинь с Алекс и родителей Эмбер по домам — в таком состоянии никто из них не смог бы сесть за руль. Затем он вернулся за Рией и ее отцом. Рия скользнула на заднее сиденье, Саймон занял пассажирское. Эммет чувствовал на себе его взгляд всю дорогу и потому не слишком удивился, когда тот сказал:
— Рия, иди в дом. Мы через минуту.
Рия замерла, смотря то на отца, то на Эммета. Когда она открыла рот, чтобы возразить, Эммет чуть заметно качнул головой. Поджав губы, она развернулась и направилась к дому.
Эммет посмотрел на Саймона:
— Я буду о ней заботиться.
— Она особенная, — сказал Саймон, глядя ему прямо в глаза. — Через год после рождения Джеда мы потеряли девочку: на позднем сроке у Алекс случился выкидыш. Это нас подкосило… но затем появилась Рия. Она исцелила нас. Она наше сердце.
Эммет кивнул, полностью сознавая всю глубину ужаса, который охватил их сегодня в больнице.
— Я понимаю.
Он и в самом деле понимал. Ведь Рия была и его сердцем тоже.
После паузы Саймон открыл дверь и вышел.
— Я позову Рию. Так тебе не придется карабкаться по стене.
Эммет поморщился.
— Эээ…
Губы у Саймона дрогнули:
— Расспроси меня как-нибудь, каким путем я попадал в комнату Алекс, когда мы были старшеклассниками.
Эммет все еще ухмылялся, когда Рия забралась на пассажирское сиденье. Прежде чем она успела хоть что-то сказать, он завел двигатель.
— Как думаешь, твой отец не будет против, если мы возьмем машину покататься?
— Нет, но куда мы едем?
— Недалеко.
Он вывел автомобиль на дорогу и повез их за город, через алые своды моста, стоявшего здесь так долго, что мир не мог и представить Сан-Франциско без него.
Откинувшись на спинку, Рия выдохнула.
— Я так счастлива, что все целы.
— Даже я?
— Да, даже идиот, который нарочно полез под пули, когда я совершенно ясно велела ему этого не делать.
Леопард в восторге клацнул зубами.
— Просто решил уточнить.
Свернув по ту сторону моста с трассы, Эммет повел машину по «секретному» маршруту, который знали все подростки.
— Эй, а куда это мы? — Рия огляделась. — Я здесь никогда не была.
— Да ты, ласка, похоже, была очень примерной девочкой.
— С гордостью признаю, что я ботаник.
Она удивленно выдохнула, когда разглядела еще четыре автомобиля, припаркованных на удалении друг от друга.
— Ты привез нас на стоянку для свиданий?
— А как иначе я бы смог к тебе поприставать?
Остановив машину в самом конце пыльной дороги, Эммет заглушил двигатель и, наклонившись, расстегнул Рие ремень безопасности.
В ее глазах заплясали смешинки, когда она оседлала его, уперевшись коленями в сиденье по обе стороны его бедер.
— Мы не будем заниматься любовью в машине моих родителей.
— Нет, будем. Таково правило. Ты думаешь, те детки приехали на своих собственных автомобилях? — Он кивнул в сторону окна.
Рия вдруг посерьезнела:
— Эммет, я так за тебя испугалась.
— Эй. — Он прижался к ее рту поцелуем. — Не могу гарантировать, что больше никогда не пострадаю, но обещаю: сделаю все, что в моих силах, чтобы каждый день возвращаться к тебе.
Ее губы дрогнули:
— А если ты этого не сделаешь, я сама за тобой приду.
— Знаю.
После увиденного в госпитале Эммет наконец понял, что все это время Рия пыталась ему сказать: пусть она маленькая и хрупкая, но ей хватит сил, чтобы вынести любой удар судьбы. Она тоже воин, и Эммет решил относиться к ней соответственно.
— Хочешь узнать, как все прошло?
Отрывистый кивок.
— Итак. Мы окружили фургон и перекрыли все возможные пути отхода — короче, поймали в ловушку. И стали ждать темноты.
Эммет расстегнул три верхних пуговицы ее рубашки.
— Эммет!
— Так я избавляюсь от плохих воспоминаний.
Сдавленно фыркнув, Рия запустила пальцы ему в волосы, когда он принялся облизывать и покусывать нежную кожу между ее грудей.
— Боже, ласка, ты такая красивая. В следующий раз я собираюсь зацеловать тебя всю — с головы до ног.
— Звучит многообещающе.
— Согласен. — Поцеловав ее еще раз, он выпрямился. — В общем, все шло по плану. Проблема заключалась в том, что Винсент умен. Вокруг фургона он натыкал всяких камер и датчиков движения. Мы не могли подобраться к нему незамеченными.
— Но вы точно знали, что он там?
— Видели днем, как он заходил внутрь.
— Как же вы узнали, что это именно он?
Умный вопрос. Впрочем, от своей пары он другого и не ожидал.
— Было очевидно, что этот парень — главный.
— Продолжай.
Он провел пальцами по ее голой коже, попутно расстегнув еще несколько пуговиц.
Леопард внутри него — властный и голодный — поднял голову.
10
Глубоко вздохнув, чтобы отогнать желание, Эммет продолжил:
— Стало понятно, что в фургон нам не прорваться — даже если каким-то чудом обойти сигнализацию, на этой штуке была броня, как на танке. И никаких окон. Так что мы бросили кое-чем в заднюю дверь.
— Высокие технологии, — прищурилась Рия.
— Нам нужно было лишь, чтобы они выглянули проверить, что случилось. И тогда мы набросали внутрь столько баллонов со слезоточивым газом, что они просто не успели их все выкинуть. — Эммет закончил с пуговицами ее рубашки, но Рия этого не заметила, увлекшись рассказом. Леопард ухмыльнулся. — Предполагалось, ублюдки сами выскочат к нам в руки. Но эти идиоты начали палить вслепую.
— Так тебя подстрелили нечаянно? — спросила Рия, словно это была его вина.
— Кому-то из них повезло. — Эммет опустил голову, целуя изгиб ее сливочной груди. — Но удачными оказались только два выстрела. Мы скрутили подонков в считанные секунды.
