где Том всегда их держал. Я раздумывала над тем, что Холли скажет Тому, и в этот момент мимо меня пронеслась Саммер со своей чудовищной сумкой.
– Вы с Холли скройтесь с глаз.
Она прошла прямо по дорожке и постучала в дверь. Я рванула к воротам, и через несколько секунд рядом присела Холли. Дежавю из другого времени: Холли, моя подруга, прижимаясь ко мне, наблюдает за парочкой, целующейся под балконом нашей квартиры. Воспоминание рассеялось, когда ее колено коснулось моей ноги, и она тут же отдернула его.
– Ну что ж, посмотрим. – Холли пожала плечами. – Если мне не придется общаться с этим сукиным сыном, тем лучше. Я могу не удержаться и врезать ему, и тогда будет полный облом.
– Ничего не получится.
– Лимузин не встречал ее в аэропорту. Она украла чужой лимузин. Она сообщила это водителю, когда я рассчитывалась.
– Не может быть. Ты сказала, что она знамени- тость.
Холли махнула, и я увидела задние габариты лимузина, покидающего тупик, и руку водителя с поднятым вверх средним пальцем – он держал его, пока машина не скрылась из вида.
– А после этого мы избавимся от Саммер. Хотя, надо признать, у нее есть полезные навыки.
Все происходило слишком быстро. Я жила другой жизнью, но выражение лица у Холли было как в студенчестве, когда мы воровали все подряд из любимого бара – рюмки, туалетную бумагу, соус табаско, рождественские украшения. Гадко ухмыляясь, она засовывала вещички в карманы брюк, а я подгоняла для отступления машину, свой паршивый «Шевроле» с отсутствующей крышкой у бензобака. Мы были Бонни и Бонни, потому что, когда мы были вместе, Клайд не требовался. Сегодня это была Бонни и нервная, сонная и слегка дезориентированная сестра Бонни.
С нашего наблюдательного пункта возле стены дома я видела только Саммер, которая говорила что-то невнятное, помогая себе активной жестикуляцией.
– С кем она разговаривает?
– Вроде бы с Мисти.
До меня долетали бессвязные обрывки разговора. Саммер запустила руку в сумку и что-то вытащила. Послышался смех, интонация поменялась. Потом шушуканье, похоже, они делали селфи.
Саммер повернулась, и я услышала, как она сказала:
– Большое спасибо, Мисти. Ты – та верховная жрица, о которой мне говорит твой дух.
Раздался лязг, и большие металлические ворота распахнулись под действием невидимой механической силы. Саммер помахала Мисти и жестом пригласила нас следовать за собой, что я и сделала, точно загипнотизированная.
– Живо, девочки, живо, пока она не передумала. Сейчас погуглит «Она в прямом эфире» и выяснит, что я больше не в шоу.
Мы рванули в открытые ворота, Саммер бросила ключи Холли, которая по-спортивному ловко поймала их одной рукой – у меня так сроду бы не получилось. Холли скользнула за руль, вставила ключ в зажигание, и двигатель завелся. Саммер села на пол между сиденьями, скрестив ноги, а я, запыхавшись от волнения, захлопнула пассажирскую дверцу.
– Мой кофе! Он остался в лимузине.
Вот все и вскрылось. Что меня действительно беспокоило, так это моя собственная способность сохранять бдительность, а не то, что можно было квалифицировать как угон автомобиля.
– Забудь, – сказала Саммер. – Вперед, отряд!
Глава 8
Усталая, сумасшедшая или знаменитая
Машина вылетела из тупика и врезалась в бордюр, бардачок открылся, и дважды прозвучал сигнал. Кемпер издавал такие звуки, словно проржавел насквозь, его громыхание разносилось по тихому району. У меня в кармане завибрировал телефон.
– Бога ради, не сигналь! – сказала я.
– А я не сигналю! Оно само!
Холли рассмеялась утробным студенческим смехом, и мне вспомнились наши ночи в квартире, когда мы втроем с Кэти танцевали, напевая в пивные бутылки. Девичья дружба похожа на прекрасный букет диковинных цветов, питающийся влагой духовного единения. Когда дружбе конец – это снежная буря в оранжерее.
Холли посмотрела в зеркало заднего вида и сказала:
– Думаешь, Мисти пожалеет?
– Нет, – сказала Саммер. – Ее история не закончена. Думаю, она еще нас удивит. Вот увидите.
Мы с Холли обменялись взглядами.
– Почему она отдала нам кемпер? Ей известно, что мы здесь, чтобы помочь Кэти? – спросила Холли.
– Да. Как выяснилось, Мисти ничего не имеет против Кэти. Но ей не хочется вспоминать о ней всякий раз, когда она смотрит в окно.
Я собиралась спросить у Саммер, что Мисти сказала о Томе, но Холли меня перебила.
– Большое спасибо за все, Саммер. Где тебя высадить?
– Да я никуда не направляюсь.
– Мы возвращаемся в Висконсин.
– А я никогда там не была. Вот здорово.
Солнечный луч проник в кабину, высветил исполненное ожидания лицо Саммер, и мне бросились в глаза несовершенства его ухоженных контуров. Возле макушки светлые волосы заканчивались, обнажая сантиметр седины, которую я прежде не замечала. На подбородке виднелась линия макияжа, на тыльной стороне ладони сквозь тонкую, как бумага, кожу просвечивала темная вена. Я затаила дыхание. Мне хотелось, чтобы она осталась с нами.
Холли заговорила адвокатским тоном, который я хорошо знала и ненавидела, когда она применяла его по отношению ко мне.
– Саммер, мы признательны тебе за помощь. Но это будет большое путешествие. Кроме шуток. Нам нужно ехать.
Это был тот самый конфликтный разговор, которого я избегала всеми способами. Я опаздывала на родительские собрания и рано уходила, лишь бы не присутствовать при тамошних дрязгах. В ресторанах, когда официант интересовался, понравилось ли блюдо, я поднимала большой палец вверх, а потом выплевывала еду в салфетку.
Саммер порылась в сумке а-ля Мэри Поппинс и извлекла папку с файлами.
– Мисти дала мне документы на машину и страховку. Еще у меня есть ее письменное разрешение, в котором говорится, что она одолжила машину мне, Саммер Сильва, с условием вернуть ее после завершения путешествия. – И она столь же быстро сунула документы обратно в сумку. – Так что мы с вами повязаны.
Холли протестующе поперхнулась, потеряв дар речи, чем доставила мне немалое удовольствие.
Саммер вытащила из-за моего сиденья прочный пластиковый ящик и определила на него свой тщедушный зад.
– Эта курит травку? – спросила она, обращаясь ко мне. – Могу поделиться.
Я подавила смешок.
– Или конопляное масло на стрессовые точки.
Она достала коричневую бутылку с резиновой крышкой-пипеткой и сказала:
– У меня есть с собой конопляное масло медицинского назначения. Протяни-ка запястье.
– Не протяну. – Холли прикусила уголок нижней губы. – Что тебе за интерес ехать с нами? Нам предстоит преодолеть не одну тысячу миль до Среднего Запада. Мы будем спать в этом дерьмовом кемпере. Ты – Саммер Сильва. Тебе что, нечем заняться?
Саммер откинула голову назад, выдавила на язык каплю якобы конопляного масла и сказала:
– Нечем. – И перешла на
