я нахожусь в логове монстра, который собирается уничтожить все на своем пути. Для меня.
Монстра, который заставил расцвести цветы в моем разбитом сердце.
Сделав дрожащий вдох, я смотрю ему в глаза, и слезы снова собираются, когда я понимаю, что мой отец убил последнюю часть того, что во мне осталось.
— Мой отец.
Воцаряется тишина, а у Ремо отвисает челюсть. Его ноздри раздуваются от нескрываемой ярости.
— Это он столкнул меня с лестницы.
Ремо испускает долгий вздох и медленно опускает голову на диван. Мгновение спустя на его лице появляется медленная садистская ухмылка.
Страх сжимает мое сердце, как колючая проволока.
Из его уст вырывается зловещая усмешка.
Когда он снова смотрит на меня, его глаза сверкают чем-то невообразимым. Чем-то чудовищным. Чем-то совершенно больным.
— Спасибо, что рассказала мне, детка, — пробормотал он, наклоняясь вперед.
Его губы скользят по моей шее, затем он отводит мое лицо в сторону, чтобы иметь возможность исследовать мою шею. Мое сердце взрывается.
Сейчас Ремо выглядит как человек, готовый убить любого на своем пути. Он тих и спокоен, но при этом не может выглядеть более угрожающе и устрашающе.
Мои бедра сжимаются вокруг его бедер, и он ухмыляется мне в шею.
— И кто же стал причиной аварии? — спрашивает он мягко, как будто мы обсуждаем чертову погоду.
Я открываю рот, но тут же закрываю его.
— Мой преследователь. Тот, о котором я тебе сегодня рассказывала. Я собиралась лично рассказать тебе о нем.
Мой голос не тихий, а четкий, и я даже сама себе удивляюсь.
Не думать.
Не думать о его отвратительных руках на моем лице, на моей талии, о том, как он целует меня в щеку.
Нет. Нет.
Тень в темноте, смотрящая на меня.
Нет.
Стоп.
Я зажмуриваю глаза, но поцелуй в шею заставляет меня открыть глаза, задыхаясь.
— Я здесь, Аврора. Скажи мне, когда захочешь. Что тебе нужно. Но мне понадобится каждая твоя деталь об этом преследователе. Каждая. Каждая. Каждая. — С каждой паузой он нежно целует разные участки моей шеи, заставляя меня задыхаться и пищать от каждого из них.
— Если ты что-то упустишь, я узнаю об этом сам.
Я качаю головой.
Ремо откидывается назад и смотрит на меня. Он просто смотрит на меня.
— Я… — Я делаю паузу и успокаиваю дыхание. — Я выходила из машины, когда ехала домой с работы. Было тихо и темно. Я задержалась в офисе, чтобы закончить работу. Кто-то подошел и набросил мне на голову черный мешок. Он был так туго затянут, что я не могла дышать.
Мое дыхание учащается, но рука Ремо, лежащая на моем бедре, изгибаясь и двигаясь вперед-назад, возвращает меня к реальности.
— Я кричала, чтобы кто-нибудь помог мне, но в какой-то момент, когда я была на заднем сиденье машины, я сильно ударилась головой обо что-то и потеряла сознание. Очнулась я связанной в холодной комнате, похожей на камеру.
Щеки покрываются влагой, когда я вспоминаю моменты, когда страх преобладал над всем остальным. Я никогда не чувствовала себя такой беспомощной.
— После этого я ничего не помню, только то, что я нашла телефон. Я включила его и поняла, что это мой телефон, как раз когда он вышел из ванной. Он выхватил его у меня из рук, потом ударил меня по лицу и схватил за волосы, заставляя поцеловать его. А потом… — Я не могу продолжать.
Я качаю головой. Он не насиловал, но это могло произойти, если бы в ту ночь не приехала полиция.
Я мало что помню, и в кошмарах мне снится, как он просто прикасается ко мне. Называл меня красивой и прекрасной. Врачи объяснили это тем, что мой мозг пытается отстроиться от травмы.
В глазах Ремо не отвращение ко мне, а скорее ярость. Это злобный взгляд, который я чувствую по его коленям. Темнота окутывает его, словно давая повод подняться за ним, а темные ресницы создают барьер для громогласного намерения.
— Я обещаю тебе… — Ремо на секунду замирает, закрывая глаза, а затем снова открывает их, на этот раз уже более спокойным взглядом.
— Ничто не отнимет тебя у меня. Я найду его и воздам ему по заслугам. Думаешь, ему снова все сойдет с рук? Не обращайся в полицию. Позволь мне разобраться с этим, и я обещаю, что он встретит свою судьбу в моих руках.
Он наклоняется ко мне, обнимает мой затылок и притягивает меня к теплу своего тела.
— Я нахожусь в секунде от того, чтобы уничтожить все в этом офисе из-за того, что ты мне рассказала, Аврора. Я знаю, что ты скрывала это от меня, потому что не доверяла мне, и я тоже не дал тебе ничего, с чем можно было бы работать. Я оттолкнул тебя, и это уже плохо. Я готов забрать сотни жизней прямо сейчас, если это означает, что ты будешь в безопасности рядом со мной.
Сладкая улыбка озаряет мое лицо.
Ее не должно быть.
Зная его прошлое и силу и мощь его тела, можно сказать, что он могущественен и выполнит свои слова. Я знаю это.
Но что делает меня счастливой, так это то, что кто-то борется за меня. Кто-то, кто принадлежит мне. Только мне.
Так вот каково это — испытывать к кому-то глубокие чувства? Хотеть его так близко, что не хочется отпускать? Так вот каково это, когда ты хочешь, чтобы они стали твоим миром, а ты — их?
Глаза Ремо опускаются к моим губам.
— Вот улыбка, которую я люблю. Мне нужны твои улыбки, чтобы жить, детка. Это даже не обсуждается, потому что я стал зависим.
Моя улыбка расширяется.
— А теперь, может, я отвезу тебя домой? Мне нужно проверить твои травмы и позвонить семейному врачу. Или ты хочешь поехать в больницу?
Я качаю головой.
— Никакой больницы. Они задают слишком много вопросов, а я не люблю переживать плохие моменты. Но у меня очень сильно болит бок.
Ремо кивает, но вместо того, чтобы отпустить меня, встает вместе со мной.
— Ремо! — взвизгиваю я.
— Что? — Он смотрит на меня бесстрастно, как будто то, что он делает, — это нормально.
Это не нормально. Не для него.
— Посади меня. Я прекрасно могу ходить. Я приехала сюда на машине и прошла все эти улицы…
— Ты что? — Глаза Ремо горят яростью.
Я озорно улыбаюсь.
— В здании сломался лифт, и я не хотела вызывать никого или такси, если вдруг что-то попадет в газеты. И первым, о ком я подумала, был ты.
Я пожимаю плечами и смотрю на
