и сундук может оказаться. Вот только…
А откуда это сокровище появилось в кармане Бушборда?
Почесав свой затылок, что скрывался за каской, мужчина неспешно докурил, вертя находку в своих руках и мучительно размышлял. Подумать здесь было о чем. Если слить находку, выйдет провести остаток своих дней в комфорте и даже роскоши. Детей нет. Бабы? Ну, с таким количеством кредитов, бабы точно найдутся. И не эти пластиковые шлюхи, а живые. Кровь с молоком, как порно фильмах. Ух! Что ж он с ними будет проворачивать! М-м-м.
А бухло! Точно! Больше ни какой сивухи, только натуральный вискарь. Хотя нет. Лучше коньяк. Точно! Тридцатилетний, XO.
— Все! — Едва ли не выкрикнул Трей, снимая с головы каску. — Решено!
Выкинув начавший обжигать пальцы окурок, Бушборд, развенулся направляясь в управу. Он принял решение. С прошлым будет покончено. Теперь впереди его ждет новая жизнь. Сейчас Трей уволится, а потом продаст монету, пусть и за полцены, или даже за двадцать процентов ее стоимости. Он был уверен, что вырученных кредитов ему с головой хватит до конца своих и без того уже не долгих дней.
Проходя между сваленных рядами бетонных плит, каменщик забыл, где находится. А потому, он совершенно не обращал внимания на поднимающуюся краном бетонную плиту перекрытия. А ведь Трей знал. Знал, что сука Патрик Рэтмос, уже неделю как свистнул кредиты на ремонт крана. Чертов прораб, постоянно так делал. Но Бушборд забыл обо всем этом, окрыленный открывающимися перед его внутренним взглядом перспективами. Он был ослеплен алчной жаждой красивой жизни. Той, которую так любят рисовать корпораты в своих рекламных роликах и спонсируемых ими фильмах.
Старое крепление троса, и без того уже едва державшееся, раскрылось, отпуская бетонную ношу башенного крана в свободное падение. Крановщик даже не успел вскрикнуть, как бетон смял человека в лепешку. Словно тапок, насосавшегося крови комара на стене.
Патрик Рэтмос, в момент падения, сидел в своем строительном вагончике, сводя цифры таким образом, чтобы скрыть недостачу, а заодно показать начальству необходимость в дополнительном финансировании. Глухой звук удара плиты о землю и ее легкая дрожь, заставила отвлечься от этой столь важной работы.
— Какого хера, здесь происходит? — Еще даже не осмотревшись, заорал Патрик выйдя из своего вагончика.
— Так это… — Замялся один из строителей. — Плита упала.
Новость для Рэтмоса была не приятной. Упавшая плита могла раскрыть одну из его махинаций. Черт! Еще неделю ж назад кредиты на это выделили. Придется покупать новое крепление троса, чтобы не заметили подвох. Точно! Можно ведь уже сломанный купить. Главное, чтобы выглядел новым. И Патрик знал где такой достать. Это уже снижало предстоящие расходы.
— Там, Трея Бушборда раздавило! — Донесся крик другого строителя, что был уже рядом с местом происшествия.
И плита упавшая, пойдет на списание. Тоже хорошо. Можно еще одну якобы заказать, а кредиты в карман. Карман. Стоп! Что? Трей? Лучший каменщик. Это уже было хреново.
Патрик, спешно направился к месту происшествия. Мало того что погиб строитель, так еще и долбанный Трей, который оплачивается начальством отдельной статьей. Ясное дело, сам Бушборд получал в лучшем случае половину той суммы, что ему выделялась, остальное же шло в карман Рэтмоса.
Едва подойдя к упавшей плите, прораб сразу отметил, что та раскалолась и пойдет на списание, но так же он уже сделал себе пометку в голове, что нужно позвонить Боби, который с радостью ее выкупит. Тело же Трея… оно превратилось в мешок с перемолотыми костями и мясом. Окровавленный мешок, воняющий грязными кишками, говном, мочой и… кровью. Патрика едва не стошнило от этого отвратного перфекционизма судьбы.
— Фу, гадость! — С отвращением произнес Рэтмос, оглядываясь по сторонам в поисках бедолаги, который будет это все убирать. — Эй! Ты. Да-да, ты! — Позвал он неудачника, оказавшегося самым любопытным. — Прибери здесь. И если кто-то вызовет копов, может попрощаться с сегодняшним окладом. Все ясно?
Последние слова он уже проговорил в рацию, дабы донести эту простую угрозу до всех сотрудников, что трудились на этой стройке под его началом.
Сам же прораб поспешил в раздевалку. Там лежали и ждали своего часа вещи покойного. О! Патрик прекрасно знал, что у Бушборда нет родственников. И это было замечательной новостью. Ведь все накопления этот идиот всегда носил с собой, живя от зарплаты до бутылки. И Рэтомс это знал хорошо.
В шкафчике каменщика оказалась неплохая сумма в кредитах. Порядка трех штук. Как раз тот оклад со вчерашнего дня, когда Трей обновлял кладку над кофейней. Забрав себе карточки, Рэтмос отправился обратно к себе. Предстояло в срочном порядке решить вопрос с краном, и подстелить себе одеяло, а заодно и доложить начальству о происшествии. Опустив ненужные подробности. Такие как смерть Трея. Просто скажет, что тот не вышел на работу. Да. Так будет правильно.
Патрик Рэтмос таким был не всегда. Двадцать лет назад, когда он еще верил в человечность, он повстречал свою первую стерву жену. Это была красивая история любви. Красивая. Да. Он ухаживал за ней. Дарил цветы. Работал на стройках от рассвета и до заката. А потом бежал к ней на свидание, спуская на эту суку все свои накопления. Он дарил ей раскошные подарки. Делал все что мог.
А потом. Потом он сделал ей предложение. Все как она мечтала. Дорогой ресторан. Живая музыка. Блеск золотой отделки. Пища из настоящих продуктов. Настоящее виноградное вино, а не концентрированный порошок. И кольцо. О! Сколько Патрик на него копил! Долбанных три года, работая на нескольких работах.
И вот свершилось. Он стал мужем. Она же была его женой. Вот только совместная жизнь оказалась настоящим адом. Привыкшая к тому, что Рэтмос выполнял все ее капризы, она стала требовать больше и больше. И Патрик крутился. Старался. Он вообще был парнем пробивным. Наверное по этой причине он стал сперва старшим группы. Смог закончить курсы и подал заявку на перевод в офис. Там он отработал менеджером, крутясь в кругу настоящих шакалов, которые так и ждали, когда ты расслабишься, чтобы укусить по сильнее. Он пахал. Предавал, подставлял. Все ради кредитов. Все ради жены, своей семьи.
И вот, когда Рэтмосу было уже тридцать два, а на носу было повышение до прораба, в один из вечеров он вернулся домой раньше обычного. Классическая история. Ничего не ново под химическими облаками нижнего города Санрайз-Сити. Город видел множество подобных историй, и итог у всех был похожий.
Стоны. Крики удовольствие и животное
