и сейчас я таскаюсь за Кириллом, весело хихикая и вежливо улыбаясь людям вокруг, а он по джентельменски поддерживает мою руку и так же мило улыбается гостям. Наверно, со стороны мы кажемся счастливой парой, и только платье с длинными рукавами и несколько слоев тонального крема скрывают все наши секреты: следы его рук на моих руках, бедрах и ягодицах в виде синяков, бесконечные темно-фиолетовые засосы и следы укусов на груди и шее, кровоподтеки на лице. Иногда причиной был просто бурный секс, а иногда мой неправильный взгляд или слово. Держать язык за зубами по пьяни довольно тяжело. Обычно Кирилл доводит меня своими глупыми претензиями. Порой мне кажется, что он специально меня провоцирует.
Я смотрю на Кирилла и замечаю, как быстро меняется его настроение. Догадываясь, в чем причина его напряженного взгляда, я быстро обвожу взглядом зал в поисках Никиты и нахожу его небольшой толпе. Дела шли не очень хорошо: Кириллу пришлось отдать сыну часть гостиниц, а тот не собирался на этом останавливаться. Не знаю, что задумал Кит, но я им восхищаюсь. Может, хоть он сможет поставить Кирилла на место.
Маленький гаденыш (так часто называл его Кирилл) был весь при параде и с очередной шлюхой под ручку. За последний месяц я вижу его в шестой раз. Я хорошо усвоила урок и пыталась всячески избегать встречи с Китом. Несколько раз мы все же поговорили, но это были разговоры ни о чем и только по его инициативе. Не знаю, понял ли он, что со мной происходит, но вскоре он оставил свои попытки. Теперь мы только обменивались взглядами. Кирилл, естественно, был этим доволен. Если бы он только знал, что когда я смотрю на Никиту, я снова и снова вспоминаю в подробностях все его совершенное тело и мечтаю вновь ощутить его приятный неповторимый запах вперемешку с запахом сигарет…
— Крис? — голос Кирилла спускает меня с небес.
— Что?
— Так что ты об этом думаешь?
— О чем? — растерянно спрашиваю я.
— О чем ты вообще думаешь? — он недовольно хмурится.
— Ни о чем. Прости. Так что ты говорил?
— Тебе надо куда-нибудь поступить и получить нормальное образование. Не будешь же ты всю жизнь работать секретаршей.
Я вопросительно смотрю на него, пытаясь вспомнить, с чего мы вообще начали этот разговор.
— Почему ты заговорил о моем образовании?
— Потому, что у тебя его нет.
— Надо соответствовать твоему уровню? — с насмешкой в голосе спрашиваю я.
— Надо соответствовать моему уровню, — сердито произносит он.
— Я завалила все экзамены. Меня никуда не возьмут, — уже миролюбиво говорю я и кладу ладонь на его плечо. Он любит, когда я к нему прикасаюсь. Как-то раз он мне сказал, что я похожа на кошку, которая трется о своего хозяина. "Любишь кошек?", — спросила я его. "Только свою", — ответил он. Долбаная семейка кошатников.
— Это не проблема. С деньгами всех берут.
Я открываю рот, но не могу ничего сказать. Я не удивлена его щедрости, меня поразил такой жест заботы. Конечно, я хотела получить высшее образование, и мне было стыдно признаваться людям, что я нигде не выучилась.
— Поработай немного и осенью пойдешь учится. У тебя еще есть время подготовится, сейчас только июль, — его рука ложится на мою спину и медленно опускается все ниже и ниже.
— Кирилл! Нас могут увидеть, — возмущаюсь я.
— Ну и что? — в его глазах появляются игривые огоньки.
— Кир, потерпи до дома, — я не отстраняюсь, потому что за этим может последовать абсолютно любая реакция. Но он сам убирает руку. — Я могу пойти куда угодно?
Кирилл смотрит на меня с непониманием.
— Я про специальность, — уточняю я.
— Думаю, я знаю, куда ты хочешь.
— Куда же?
— В институт искусств.
— А можно? — с неподдельным возбуждением спрашиваю я.
— Конечно.
Я бросаюсь ему на шею и целую в щеку.
— Спасибо!
— Боже мой. Я живу с ребенком, — он закатывает глаза, но все равно выглядит польщенным.
— Поедем домой? — спрашивает он меня, будто я могу ему отказать.
— Поехали.
Он уводит меня из зала, но нас догоняет один из друзей Кирилла (если у него вообще были друзья), который хотел обсудить “очень срочную новость”.
— Я подожду тебя снаружи.
Кирилл кивает и отдает мне ключи от машины. Я выхожу из ресторана, направляюсь к машине, открываю двери и собираюсь сесть, но слышу рядом знакомый голос. Уже довольно поздно и я вижу лишь очертания фигуры, но мне и так понятно, кто это.
— Мне кажется или ты меня избегаешь? — Кит затягивается сигаретой. Я со страхом смотрю в сторону двери ресторана.
— Мне не кажется, — усмехается он и подходит ближе.
— Чего тебе надо?
— Какая грубая, — он нарочно морщится, делая вид, будто его задели мои слова. — Ты пытаешься казаться грациозной, сильной и дерзкой пантерой. Может, кто-то тебя такой и видит. Но не я. Я вижу тебя насквозь. И знаешь, кто ты?
— Кто же?
— Потерянный испуганный котенок, — он выдыхает мне в лицо сигаретный дым, который я с жадностью вдыхаю.
— Так забери меня себе, Кит, — умоляющим тоном прошу я.
Он подходит почти в плотную ко мне и наклоняется к левому уху. Знакомый аромат будоражит воображение, воспоминания о лучшей ночи в жизни всплывают наружу. Рука Никиты заскальзывает под подол платья и гладит ягодицы, из-за чего по всему телу пробегают мурашки. Между ног становится влажно и слишком горячо.
— Мне не нужны сломанные игрушки, — шепчет он.
Одной фразой он выбивает почву у меня из под ног. Какое точное описание. Сломанная игрушка. Как скоро Кирилл меня выкинет? Кто меня потом подберет?
Мне хочется кинутся ему на шею, рассказать все и расплакаться в его объятиях. Но в его глазах я вижу лишь безразличие.
— Уходи, — я тянусь к двери и открываю ее, но Кит останавливает меня.
— Ты боишься его?
— А ты нет? — оборачиваюсь к нему и упираюсь спиной к машине. Ее высота позволяет мне
