поступил так же.
Спасаясь от сошедшей с ума макулатуры, я юркнула под стол и тут же почувствовала толчок в бедро.
- Не пихайтесь, - прошипела я, потому что мужчина полез под стол вместе со мной.
- Извините, я случайно. Что здесь происходит? – озадаченно спросил он, поглядывая на валявшийся неподалеку от нас черный журнал.
- Вы же здесь хозяин, - едко бросила я, аккуратно подбираясь к находке. – Вот и расскажите мне, что произошло.
- По-моему дому не понравилось, что мы чуть не порвали этот журнал, - озвучил Артур мои собственные догадки, и предложил. – Может посмотрим, что внутри? Вдвоем?
- Хорошо, - согласилась я.
Книги перестали падать, но вылазить из-под стола никто из нас не спешил. Артур подтянул журнал, открыл первую страницу, а там…
- Бакалея. Соль одна пятая фунта. Сахар один фунт. Мука пшеничная пять фунтов, - недоуменно прочитал он. – Похоже это какой-то хозяйственный журнал.
- Не может быть, - отказывалась я верить очевидному.
Полистала страницы, но ничего интересного не обнаружила. Помимо учета продуктов тут были записи и о кредитах, но на этом все.
- Как же так? – я растерянно посмотрела на Артура. – Но почему тогда ящик был заперт? И почему вдруг открылся?
- Я не собираюсь разбираться в мыслительных процессах дома, - бесстрастно ответил мужчина и, потеряв интерес к находке, выбрался наружу. – Покажите мне мою спальню.
Блин! Там еще убраться надо было.
- Мне нужно подготовить комнату, - сказала, выползая следом за гостем. – Я купила дом всего несколько дней назад, сами понимаете не все успела привести в порядок. Придется подождать в гостиной.
- Я лучше здесь почитаю, - сообщил Артур, оглядывая кабинет, в котором будто землетрясение прошло.
Я пожала плечами и подхватила журнал с пола. Полистаю еще на досуге, вдруг мы чего-то не заметили? Мне прямо не давал покоя тот факт, что он мне достался с таким трудом, а в итоге оказался пустышкой? Нет, точно должно быть что-то еще.
Пока Артур хозяйничал в кабинете, я буквально «вылизывала» спальню и ванную на втором этаже. Запарилась, зато претензий по чистоте точно не будет.
Присела рядом с кроватью для серьезного разговора.
- Сегодня ночью у тебя будет гость.
Одеяло радостно встрепенулось.
- Не кот, - обманула надежды постели. – Человек. Жрать нельзя, - предупредила строго. – Но кусать можно.
Кровать весело заскрипела, словно говоря «все будет сделано в лучшем виде, шеф». Усмехнулась в ответ. Неужели я уже начала понимать своеобразный язык мебели?
Провожая наконец Артура в спальню, я старалась улыбаться не сильно кровожадно. Этой ночью дорогому гостю были обеспечены незабываемые впечатления. Раз он такой весь из себя деловой, пусть знакомится с тем, что так хочет получить.
Я же спустилась в гостиную на первый этаж. Толстячок уже меня простил за то, что я лишила его мужской ласки, и запрыгнул ко мне на диван, клубком устроившись возле моей головы.
Вдоволь потискав любимого пушистика, я взяла в руки журнал, как вдруг на черной кожаной обложке засветился ярко-голубой круг.
Глава 8-2
Я тут же отбросила от себя подозрительный переплет и метнулась к чайнику с оставшейся в нем водой, абсолютно уверенная, что журнал сейчас вспыхнет огнем. Ну или как минимум задымится.
Тем временем в светящемся круге появился второй и вместе они заполыхали еще ярче. Что это за чертовщина?!
Толстячок, заинтересовавшись «огоньками», крадучись переместился к журналу.
- Кыш! – сердито прошипела я и кинулась к не в меру любознательному коту, но тот уже успел протянуть лапу и стукнуть по обложке, сбрасывая журнал на пол.
- Ай! – крикнул кто-то словно от боли.
- Кто здесь?!
Я напряженно застыла, со всей силы уцепившись за ручку металлического чайника. Эх, надо было лом с собой носить!
- Кхе-кхе. Это я, - сказал чей-то довольно взрослый мужской голос.
- Кто? – не поняла я, настороженно оглядывая комнату.
Возможно, я уже того? Начала с ума сходить?
- Внизу, - немного раздраженно пояснил голос. – Да не под твоими ногами. Возле дивана.
Я бросила оторопелый взгляд на раскрывшийся от падения журнал и уронила челюсть на пол.
Там. Было. Лицо.
Толстячок испугался меньше моего и внимательно следил за журналом.
- Долго будешь с открытым ртом стоять? – недовольным тоном осведомилось это. – Лучше подними меня, а то вести беседу с пола как-то унизительно.
Боже, со мной уже книги начали разговаривать. Еще и указывать. Докатилась. Но рот закрыла.
- Вы живой? – задала я очевидный вопрос, не спеша подходить к лицу ближе.
- М-да, нынешнее поколение совсем умом не блещет, - кажется журнал закатил глаза. – Ну какой я живой, позволь спросить?
- Но вы же разговариваете, - резонно заметила я, чувствуя нарастающее раздражение от общения с какой-то ворчливой книжонкой.
- Разве это делает меня живым? Могу я пойти куда захочу? Делать, что захочу? Есть? Пить? У меня ни рук, не ног, если ты вдруг не заметила, - едко произнес журнал. – Давай, помоги старику, поставь меня на стол. Никакого уважения к старшим.
- Зато сварливость в наличии, - не осталась я в долгу.
Решив, что журнал с разговаривающим лицом был относительно безопасен, со смесью омерзения и страха, я все-таки выполнила его просьбу.
- Фух, спасибо, Елена. Хоть нормально смогу тебя разглядеть, - своеобразно поблагодарило меня лицо
- А откуда вы знаете, как меня зовут? – подозрительно сощурилась я.
- А ты еще не догадалась? – с чувством превосходства усмехнулся журнал. – Я – разум поместья и знаю каждого владельца.
- Ого, - только и сумела выдать я, опускаясь на стул напротив, и ехидно обронила. – Я даже подумать не могла, что разум дома заключен в какой-то старый потрепанный журнал.
- Старый, но не бесполезный, - обиженно проворчал журнал. – Я вообще-то помочь тебе собрался, но гляжу тебе не нужна помощь от «какого-то
