Однажды Рональду и Джеку пришлось в очередной раз уехать в Чикаго по делам и задержаться там на ночь. Алисия размышляла недолго, второго такого случая могло и не представиться. Глупо терять время зря, когда и ее муж, и его отец отсутствуют.
Она просто пришла к Орландо в комнату. Одинокая и прекрасная, до безумия соблазнительная в своей зрелости, жаждущая утешения и ласки. Орландо был, в конце концов, мужчиной, молодым и сильным, со всеми присущими мужчине желаниями, и, несмотря на свои благие намерения не связываться с женой дяди, он не устоял.
Алисия ушла только под утро. Утомленный и невыспавшийся Орландо наблюдал из окна, как она, свежая и бодрая, с наслаждением купалась в бассейне. Он невольно любовался ее загорелым телом с такой гладкой и теплой кожей, телом, изгибы которого были ему теперь так хорошо знакомы...
Когда Джон и Рональд приехали, Орландо и Алисия весело гоняли мячик по корту.
— Да, хотел бы я снова быть молодым и стройным, как твой сын. — Рональд Блекмур со вздохом посмотрел на свое довольно круглое брюшко. — Я, кажется, расширяюсь на глазах. А ведь когда-то...
— Ты никогда и не был худым, Ронни, — со смехом возразил ему Джек, а сам с беспокойством посмотрел в сторону играющих.
Слишком уж радостно-возбужденной показалась ему Алисия — уж он-то прекрасно ее знал! Неужели он ошибся, когда решил, что она интересуется им? Хотя... разве это его теперь дело? Орландо уже совсем большой. Джек еще раз оглянулся на сына. Надо же! Ведь еще вчера этот мальчик только учился ходить и говорить, а теперь на него с интересом смотрят женщины. С одной стороны, отец может только гордиться, а с другой, взрослый сын — лишнее напоминание о собственном возрасте. Ведь когда-то Алисия была влюблена в него самого, а сейчас не сводит глаз с Орландо.
Джек встряхнул головой, отгоняя неприятные мысли, и решительно направился к дому.
8
Приближался юбилей Джона Денвера-старшего. Приготовления начались чуть ли не за месяц. Одно составление списка гостей чего стоило, ведь так важно никого не забыть, никого не обидеть. Работа нашлась для всех членов семьи. Но если хозяйка дома занималась столом и размещением приглашенных, а также общим оформлением праздника, то остальные дамы размышляли о своих нарядах. Каждой хотелось выдумать что-нибудь этакое, отличное ото всех, чтобы удивить, поразить и пленить навсегда.
Орландо единственный не испытывал никакой эйфории по случаю юбилея. Слишком много народу, постоянная суета. Он привык к другому образу жизни, и это ночное бодрствование, а затем долгий дневной сон, не дававший ни малейшего отдыха, постепенно действовали ему на нервы. Он предпочел бы отметить праздник в узком семейном кругу, а потом уединиться где-нибудь с Алисией...
Орландо с трудом мог поверить в то, что прошла всего лишь неделя с тех пор, как они стали любовниками. Несмотря на риск, Алисия умудрялась каждую ночь приходить к нему в комнату, и дни Орландо были наполнены лихорадочным предвкушением этих безумных, страстных ночей. Алисия настаивала на том, чтобы они как можно меньше встречались днем, чтобы не возбуждать подозрений, и Орландо скрепя сердце согласился. Для него стало сущим мучением наблюдать за ней издалека и не иметь возможности сжать в объятиях. Расчет Алисии оказался совершенно верным. Таким образом она дразнила его, разжигала его страсть и по ночам вознаграждала за все дневные страдания.
Порой Орландо охватывало раскаяние. Его неудержимо влекло к Алисии, но он отдавал себе отчет, что в его чувстве к ней нет ничего духовного. Лишь животная страсть связывала их, и ему иногда становилось страшно от того, что желания тела имеют над ним такую власть.
Он ненавидел себя за слабость, но соблазн каждый раз оказывался сильнее. Слишком прекрасной и умелой была Алисия Блекмур, и огонь, полыхавший в крови Орландо, грозил испепелить все вокруг.
Орландо не знал, как долго им с Алисией удастся скрывать свои отношения. Он пробовал поговорить с ней об этом, но она легкомысленно отмахивалась от него. О будущем Алисия не привыкла думать. Сегодня у нее был Орландо, и она с жадностью упивалась его любовью. Какая разница, что будет завтра?
Тем более что каждый новый день обещал быть чудеснее предыдущего. Алисия с нетерпением ждала юбилея Денвера-старшего. Там она впервые предстанет перед Орландо во всем блеске, и ни одна женщина не сможет сравниться с ней!
То, что Орландо был от предстоящей вечеринки совсем не в восторге, Алисию не смущало. Она-то чувствовала себя как рыба в воде. Хлопоты, заботы и проблемы она оставила другим, а сама целиком отдалась придумыванию сногсшибательного наряда, как будто без него она не могла стать королевой вечеринки.
В то время никто не сидел сложа руки. Безотказный Рональд был на посылках у Присциллы, Джек планировал развлечения для огромной толпы, а муж Риа, Питер, руководил общим процессом. И, надо отдать ему должное, у него это неплохо получалось. Присущая ему сметливость и явный деловой талант, должно быть, сэкономили не одну сотню долларов старого Денвера. Орландо начинал понимать, почему дед держит у себя этого неприятного типа.
Наконец наступил долгожданный день. С утра все семейство собралось в гостиной, чтобы торжественно приветствовать именинника. Бриллиантовые запонки, дорогой портсигар, редкая книга — что еще можно подарить мультимиллионеру? Присцилла заказала у известного художника портрет Джона за рабочим столом, и он был с надлежащими почестями представлен юбиляру, а старшая внучка Тереза, дочь Риа и Питера, сама связала для дедушки длинный и неровный шарф.
Джон Денвер-старший даже немного прослезился — он всегда отличался сентиментальностью. Но даже и на придирчивый вкус Орландо семейная сцена удалась на славу. Теплых слов было немало, и, что самое главное, они все были искренни.
Но к вечеру настроение Орландо ухудшилось. Он с самого утра не видел Алисию. Она целый день готовилась к праздничному ужину и не соизволила даже словом перемолвиться с ним. Да и непослушная бабочка никак не желала занять положенное место, по-дурацки выступая вперед. Еще не хватало опять удостоиться липкого словечка «дикарь», как тогда, когда Алисия впервые увидела его во фраке. Не виноват же он в том, что джинсы и рубашка для него более привычный наряд, чем все эти накрахмаленные воротнички и манишки! Но наконец все мучения закончились, и Орландо был готов предстать перед взыскательной публикой.
Сказать, что поздравить Джона Денвера-старшего приехало много людей — значит ничего не сказать. Орландо никогда не думал, что дом деда так велик. Повсюду незнакомые лица и изучающие взгляды. Орландо был готов поклясться, что слышит за спиной ехидный шепоток. Он был уверен, что смокинг неловко сидит на нем, волосы топорщатся в разные стороны, бабочка непременно съехала набок, и все эти разнаряженные светские люди имеют полное право потешаться над ним.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
