Горькие думы Орландо были прерваны громкими хлопками и выстрелами, и в одно мгновение все небо озарилось цветными огнями фейерверка. Голубые, зеленые, красные искры рассыпались по синему бархату, а на душе у Орландо неожиданно полегчало. В конце концов, Алисия вправе жить так, как считает нужным. Он ей в этом не указчик. Они неплохо провели время, и на самом деле он всегда отдавал себе отчет, что между ними нет искреннего чувства.
А что касается Питера... Что ж, его мало волнует мнение этого неприятного субъекта. Можно только надеяться, что он не станет распускать язык и болтать о них с Алисией на каждом углу. Впрочем, в любом случае Орландо был готов ответить за последствия своего неосторожного поступка.
Орландо стало немного легче. Связь с замужней женщиной, женой дяди, — самое недостойное, что он сделал в своей жизни, и хорошо, что он решил положить этому конец. Он должен быть благодарен Питеру за его бесцеремонность. Страшно подумать, куда его могла завести эта интрижка.
Орландо шел по парку, не разбирая дороги. Вдруг он услышал, как его кто-то позвал. Орландо огляделся. Он находился в самом начале боковой парковой аллеи, а голос доносился с правой стороны. Орландо свернул на центральную тропинку и вышел на небольшую лужайку, одну из тех, что составляли особенную гордость Джона Денвера-старшего. Изящное укромное местечко, с миниатюрным фонтанчиком и резными скамейками. Весело журчал ручеек, в воде поблескивали разноцветные камешки. Идеальное место для свиданий с очаровательными юными девами...
На одной из скамеек сидел седоволосый собеседник Алисии.
— Вы меня звали? — спросил Орландо.
Он понимал, что его интонации звучат невежливо и даже оскорбительно, но ничего не мог с собой поделать. Слишком уж велика была его неприязнь к этому субъекту.
— Не сердитесь, мистер Денвер. — Голос седого звучал вполне дружелюбно. — Я просто хотел познакомиться с вами поближе. Там, в толпе, это совершенно невозможно, а тут вдруг такая удача — вы одиноко бродите по парку. Неужели молодому человеку ваших лет и вашей наружности скучно на такой веселой вечеринке?
— В собственном доме я могу делать все, что захочу, и не обязан отвечать на вопросы незнакомых мне людей, — выпалил Орландо.
Его поразил собственный тон. Он никогда не позволял себе разговаривать так с людьми, какими неприятными они бы ни казались ему. Да и называть дом Денверов собственным ему раньше тоже не приходилось. Орландо всегда чувствовал себя здесь гостем, но сейчас ему вдруг захотелось подчеркнуть, что он — один из Денверов и хозяин этого прекрасного дома.
Но незнакомца не смутил неожиданный отпор Орландо. Он нехорошо рассмеялся. Странное впечатление производила эта улыбка. Лицо седого, такое красивое и мужественное, вдруг потеряло свою привлекательность, что-то отталкивающе хищное промелькнуло в нем.
— Ах, простите, мистер Денвер. — Неприкрытый сарказм в голосе мужчины покоробил Орландо. — Зовут меня, во-первых, Майкл Реддорн, а во-вторых, я совсем не так уверен в том, что этот дом ваш.
Орландо вспыхнул. Искусством издевательской светской беседы он не владел и не мог продолжать разговор на равных. Он плотно сжал губы, удерживая бранные слова, которые должны были поставить наглеца на место. В конце концов, он обязан быть вежлив с гостями деда. Хотя еще неизвестно, кто пригласил этого подозрительного типа в дом...
— Понимаете, — продолжал рассуждать Реддорн, изящно помахивая рукой, — с состоятельными семьями случаются порой самые невероятные вещи... Удача — капризная дама. Не стоит удивляться, если она вдруг отвернется от вас...
Орландо молчал, не понимая, куда клонит Реддорн.
— Когда я буду... если бы я был хозяином этого великолепного дома, я бы распорядился убрать все скульптуры. Слишком несовременно. А как вы считаете?
Орландо захотелось ответить грубо, но давать волю страстям не стоило. Не говоря ни слова, молодой человек развернулся и направился к дому. Реддорн не сделал попытки его остановить.
— До встречи, мистер Денвер! — насмешливо кинул он Орландо в спину. — Думаю, у нас еще будет возможность побеседовать.
— До свидания, — буркнул Орландо, давая себе слово, что близко не подойдет к этому типу.
Очутившись снова в толпе людей, Орландо подозвал официанта, взял бокал шампанского и с удовольствием выпил его за здоровье деда, а также за свое душевное здоровье и сердце, свободное и независимое.
9
На следующее утро Орландо проснулся с дикой головной болью, расплатой за вчерашний вечер. Не привыкло его тело к таким дозам шампанского. Но, несмотря на это, на душе было уютно и тепло. Проблема, давно мучившая его, разрешилась к всеобщему согласию и удовлетворению. Тревожные мысли были навсегда забыты, и можно было с легким сердцем начинать жизнь сначала.
Орландо с удовольствием позавтракал и уже готовился пойти искупаться в бассейне, как вдруг чьи-то громкие крики привлекли его внимание. Он выглянул в окно и увидел, как по двору бежит горничная бабушки Мэри Энн. Для такой степенной особы подобный способ передвижения был совершенно неуместен, и Орландо сразу понял, что случилось что-то невероятное. Он спустился вниз. Мэри Энн, задыхаясь, пыталась рассказать дворецкому, что так ее взволновало, но в потоке скороговорок было слышно только «там» и «тело». Тут как раз подоспел Орландо.
— Мистер Денвер, пойдемте, я покажу этот ужас, — затараторила горничная.
Мэри Энн схватила Орландо за руку и потащила вглубь парка.
— Я прогуливалась утром, как обычно, и вдруг увидела это, — не умолкала она. — Надо сказать хозяйке, но все еще спят, это такой кошмар, я не знаю, что теперь будет, такой вежливый господин, милый и обходительный...
Из бессвязных слов горничной Орландо заключил, что случилось какое-то несчастье. Вскоре все прояснилось. Они выбежали на лужайку, через несколько минут к ним присоединился и дворецкий.
Орландо узнал то самое место, где он накануне имел неприятную беседу с Майклом Реддорном. Все было как вчера. Фонтанчик весело журчал, радужно зеленела травка. Да и сам Майкл Реддорн присутствовал. Только он не сидел, а лежал на спине возле скамейки, остекленевшие глаза смотрели прямо на небеса, а вся рубашка была залита кровью, уже основательно спекшейся. Мэри Энн громко всхлипнула и снова зарыдала, уткнувшись в плечо дворецкого, приведя тем самым пожилого джентльмена в смятение.
— Надо вызвать полицию и сообщить всем нашим. Барнеби, оставайтесь здесь, на всякий случай. Я скоро вернусь. Пойдемте со мной, Мэри Энн, вы уже достаточно насмотрелись на сегодня, вам не стоит здесь находиться.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
