- Тем не менее, я собираюсь достаточно крепко пристегнуть тебя ремнями.
Ее взгляд заметался.
- И когда я тебя зафиксирую, то намереваюсь побрить твою маленькую киску.
О, Боже. Ни за что.
- Я предпочитаю сделать это сама. Честно.
Проигнорировав ее, он подкатил металлический столик на колесиках к ногам сабы.
- Послушайте, я ценю Ваше предложение, но я не заинтересована в Вашей помощи.
Мастер планировал прикоснуться к ней, осмотреть ее там внизу, да и освещение здесь было слишком ярким. Внутренности девушки сжались, превращаясь в тугой шарик.
- Я не спрашивал твоего мнения. - Ее пронзил его пристальный взгляд. Затем его губы изогнулись в усмешке. - Ты действуешь на нервы подобно длиннохвостой кошке в комнате, полной кресел-качалок.
Не без оснований, черт возьми.
У подножия стола Дом расположил ее ноги в стременах. Когда он привязал лодыжки, глаза Габи расширились. Ее гинеколог никогда этого не делал. О, не к добру все это.
Задрав ее юбку вверх, чтобы открыть нижнюю половину девичьей фигуры, он заскользил руками по гладкой коже сабы и, обхватив ягодицы, притянул ее задницу к краю стола. Широкий ремень поперек ее тела чуть ниже груди прижал руки Габи к бокам. Затем Мастер пропустил еще один ремень по ее талии и кивнул.
- Смотрится просто отлично.
Просто отлично? Саба попыталась пошевелиться, но осознала свою полную беспомощность, и ее прошиб пот. Она не могла поднять руки, и ее страх лишь увеличивался с каждым упрямым движением.
Скрестив руки на груди, Маркус наблюдал за ее борьбой.
- Габриэлла.
Он сказал только одно слово, его глубокий голос вырвал ее из паники. Она посмотрела в его спокойные глаза. Мужчина был совершенно уверен в себе. Контролирующий. Доминирующий. Странное, волнующее чувство осветило ее изнутри подобно свече, плавя ее страхи. Возбуждая ее.
Проверяя ограничения, Габи безуспешно попыталась сжать свои ноги. Ее лоно был полностью открыто, и он собирался прикасаться своими сильными руками ко всем ее интимным частям тела. О, Боже. Внутри нее разлилось еще больше тепла, как будто свечу объяло пламенем.
Улыбнувшись, мужчина тихо произнес:
- Итак, начинаем.
На металлическом столике были расположены миска с водой, бритвы и флаконы. Маркус уселся на вращающийся стул, пододвинув тот еще ближе к подножию стола, располагаясь между ее ногами. Со щелчком он раздвинул стремена в разные стороны, полностью открывая ее.
Габи напряглась, встревоженная тем, как он распоряжался ею. Не спрашивая, просто делая. И он сделает с ней все, что ему заблагорассудится. Возбуждение покалывало кожу, и она почувствовала, как затвердели ее соски, почти до боли. Гул разговора привлек ее внимание туда, где в коридоре стояли люди, глядя через огромные окна. На нее. На ее открытое лоно. Габи застонала и закрыла глаза.
Теплая рука гладила по ее голени успокаивающим, ласковым жестом.
- Стажеры часто находятся на виду, сладкая. Ты можешь с этим справиться?
От его заботы у сабы перехватило дыхание. Как давно хотя бы кто-то был обеспокоен ее чувствами? Она попыталась прогнать эту мысль. "Не увязни в этой сабовской фигне, девочка. Ты здесь в качестве приманки, не более того".
И несмотря на желание с криком выбежать из этого места, она должна приложить все усилия, чтобы справиться с этой задачей на отлично. Справиться с этим лучше, чем кто-либо другой. Что, если похититель стоял в коридоре среди толпы? Эта мысль охладила ее и подстегнула к действию. Погремев стременами, Габи рявкнула:
- Не похоже, что сейчас у меня такой уж большой выбор, верно? Вы связывали всех своих подружек?
Тишина. Стул заскрипел, когда он поднялся. Дом медленно подошел к ней сбоку и смотрел на нее в течение долгой минуты, потом суровость в его взгляде исчезла, сменившись таким пониманием, что ее глаза вспыхнули. Он обхватил ее щеку, большим пальцем поглаживая ее губы. Девушка сжала крепко челюсти, чтобы удержать подбородок от дрожи.
- Ты становишься болтливой, когда напугана, дорогая?
Она не могла придумать, что ответить.
- Габриэлла, стажеры имеют гораздо больше опыта жизни в Теме, и они хотят то, что предлагает «Царство теней». Ты, однако...
Она напряглась, потрясенная осознанием того, что возможно, толкнула его слишком далеко. Она не продержалась даже двух ночей здесь, и он хотел дать ей пинок под зад. Но Z сказал, что это невозможно, только если она сама откажется.
- Я тоже, Сэр. Я хочу этого.
Мастер изучал ее.
- Я тебе не верю. Знаешь, если бы не Мастер Z... - он вздохнул. - Если бы я попросил тебя уйти прямо сейчас, ты бы ушла?
Габи стиснула губы и покачала головой.
- Я думаю, ты откусила больше, чем можешь прожевать, но так тому и быть, - он разглядывал ее долгое мгновение, потом пальцем прикоснулся к ее носу. - Упрямица.
Она вздохнула с облегчением, когда он вернулся к стулу. Секундой позже теплая губка приземлилась на ее лоно, заставив девушку подпрыгнуть на месте.
Маркус хмурился в течение всего процесса бритья. Он обычно постигал сокровенные мысли и чувства сабы и выяснял, что заставляет учащаться их пульс, чего они желали и в чем нуждались, конечно. Но эта малышка единственная... Не привыкла, чтобы ее трогали на людях. Не довольна обнажением на публике, хотя он ей поверил, когда она рассказала, что играла в клубах раньше. «Царство теней», однако, был более закрытым клубом без толпы посторонних.
Мастер закончил брить вершинку ее холмика и скользнул двумя пальцами в ее лоно, игнорируя вздох стажерки. Горячая и шелковистая. Очень хорошо. Он снова отметил, какой узкой она была, как если бы у нее не было мужчины долгое время. Сомнительно, чтобы ее перерыв в сексе был из-за низкого полового влечения, потому что прямо сейчас саба, безусловно, была возбуждена.
Неторопливо выйдя и вновь войдя в ее мягкое влагалище, Маркус почувствовал, как ее мышцы сжались вокруг его пальцев. Его член затвердел, требуя дальнейшего вторжения, но он не мог этого сделать. Если даже он организует ей сцену с другим Домом, он будет ожидать некоторое время, прежде чем примет ее сам. Ей нужно быть уверенной, что она может доверять своему наставнику.
Хотя со временем... он с нетерпением ждал возможности с ней поиграть. Ее бойкость не раздражала его, не до такой степени, как он думал. Это был больше, чем вызов. В перерывах между ее идиотскими мятежами, ее яркая индивидуальность привлекала его, подобно огню на горной вершине холодным утром. Несколько ожогов от искр могут быть испытанием, чтобы заслужить шанс согреться.
Вынув пальцы из ее лона, он натянул кожу половых губ. У нее были прелестные кудряшки, такие же золотисто-красные, как и на голове. Натуральный рыжий. Огненный цвет хорошо подходил ее личности. Чтобы не поцарапать бритвой ее незащищенную порозовевшую кожу, он обильно нанес крем. Пухлые розовые губки показались из середины.
