Читаем без скачивания Последняя индульгенция - Миермилис Стейга

«Немые свидетели трагедии, – подумал Розниекс, шагая через рельсы. – Может, это и не фантастика вовсе, что деревья в своих кольцах, как на пленке, делают записи о происходивших событиях. Своими вершинами они могли видеть, куда девалась машина Уступса после убийства. А что, неплохая мысль. – Розниекс ободрился. – Сверху действительно можно хорошо рассмотреть и сфотографировать все лесные дороги и места, где убийца мог переждать с машиной. Может быть, удалось бы и следы найти. Вот бы сейчас вертолет и сильный увеличитель! Надо позвонить Кубулису, пусть попросит».

День выдался необычно хороший. Однако когда Розниекс отворил дверь вокзала, его поразил контраст. В зале ожидания было неуютно. Тусклый свет белесых трубок освещал коричневые, ободранные, испещренные надписями скамьи вдоль серых, давно некрашенных стен. На скамьях тут и там сидело несколько человек. С противоположной стены, как громадные дымчатые очки, смотрели два окошка касс с задвинутыми матовыми стеклами. Большинство ожидавших поезда пассажиров с большей охотой оставались на перроне или сидели на скамьях в скверике.

Розниекс выпустил дверь, и она с грохотом захлопнулась. Сидевшие вздрогнули.

– Вызванные явились? – спросил следователь у участкового инспектора Карклса, стоявшего, скрестив ноги и опершись на подоконник, возле кассы. Он был одет в черную кожаную куртку и такие же брюки, словно собирался участвовать в мотокроссе. – Товарищи, наша задача – как можно точнее вспомнить все, что происходило в тот вечер!

Высокая женщина с невыразительным лицом, таким какие потом бывает очень трудно восстановить в памяти одетая в пальто из коричневой искусственной кожи, шевельнулась, собираясь встать.

– Видите ли, – неуверенно сказала она, – мы с ней ехали в одном вагоне. Я уже тогда почему-то обратила внимание на несчастную. Но обо всем этом я уже рассказывала товарищу Стабиньшу… – она умолкла, вопросительно глядя на Розниекса.

– Знаю, – подбодрил ее Розниекс. – Все это занесено в протокол допроса. – Он подошел и сел рядом с женщиной. – И все же продолжайте, пожалуйста.

– Она выглядела взволнованной, озабоченной.

– Почему вы так решили?

– Трудно выразить словами. – Женщина пожала плечами. – Я это скорее почувствовала. Наверное, чисто по-женски. Она вязала что-то, вязала умело, но несколько раз ошибалась, распускала и начинала снова. Ну и озабоченное лицо – этого не скроешь…

– А потом?

– Из вагона она вышла первой, мне казалось, она спешила, но на перроне вдруг остановилась. Я прошла мимо нее.

– А она?

– Видите ли, – это выражение, видимо, нравилось женщине, – видите ли, мы торопились, чтобы укрыться от дождя, и не обращали внимания друг на друга. В зале ожидания я ее не заметила. Наверное, она осталась снаружи. Я спешила. Когда выходила из вокзала, услышала звук машины. Я раскрыла зонтик и пошла.

Она волновалась, ее невыразительное лицо оживилось, стало даже привлекательным. Не ожидая вопросов, она продолжала:

– В сторону моря промчалась машина без света. И тогда я услыхала страшный, ужасный крик, он до сих пор звучит в ушах, и увидела на дороге яркий свет. Он сразу погас – и все стихло…

– Спасибо. И простите, что мы вас побеспокоили, доставили лишние волнения. – Следователь повернулся к Карклсу. – Альберт, понятые здесь?

Карклс кивнул.

– Тогда составим протокол. Товарищ Селите, покажите, где вы находились, когда заметили машину без огней, ехавшую в сторону моря.

В сопровождении следователя и понятых Селите вышла из станции, дошла до угла здания и остановилась.

– Здесь. Я скорее слышала, чем видела. – Она помолчала, думая. – Что машина была без огней, я поняла только тогда, когда они вспыхнули одновременно с криком и тут же погасли. Ко мне подбежали эти две дамы, – она показала на двух женщин, стоявших в стороне и внимательно слушавших.

– Вы тоже слышали крик? – повернулся Розниекс к ним.

Светловолосая толстушка наморщила узкий лобик.

– Когда раздался крик, мы были еще внутри. Потом выбежали, чтобы посмотреть.

– На станции были и другие люди? – спросил Розниекс.

– Да, старик и молодая парочка, – ответила вторая женщина. Она была несколько старше первой, но одета очень модно и вызывающе.

– Куда они делись?

– Насчет старичка не знаю, а парочка в тот момент уже ушла. Я видела, как они бежали через рельсы в сторону города.

– Что было потом?

– Мимо нас пробежали какие-то люди, – вспомнила Селите.

– Что за люди, вы не заметили?

– Н-нет, не могу сказать.

– Темно было, – попробовала вспомнить светловолосая. – Кажется, та парочка нас обогнала… Когда мы подбежали, они были уже там.

– Когда вы подошли, она лежала вот здесь, – указал Розниекс на дорогу. – Попытайтесь вспомнить, что вы увидели в тот миг.

Женщины стояли тесной группкой.

– Она лежала в луже крови… – медленно начала Селите и вздрогнула. – Тут уже было несколько человек.

– Еще кто-нибудь, кроме молодой пары?

– Не могу поручиться. Но мне помнится, больше никого не было, – не очень решительно сказала светловолосая.

– Мне тоже кажется, что сперва они были одни, – подтвердила Селите.

– Это очень важно, – сказал следователь. – Вы не заметили вблизи пострадавшей никаких предметов?

– Нет, – все три отрицательно покачали головой.

– Когда она сошла с поезда, у нее был зонтик и сумочка. Здесь вы их не заметили?

– Были, – подтвердила Селите, – но здесь я их не увидела. Может быть, просто не заметила, я испугалась…

Приближавшийся звук мотора заставил женщин, повинуясь подсознательному импульсу, отскочить в сторону. Следователь не двинулся с места.

Мотоцикл стремительно затормозил. Парень и девушка в одинаковых джинсовых костюмах соскочили каждый в свою сторону. Девушка сорвала желтый шлем, и длинные пшеничные волосы раскинулись по ее плечам.

– Простите, что опоздали, – громко и весело заявила девушка. – Транспорт подвел!

– Сцепление барахлит, – хмуро объяснил парень, опустив очки с глаз на подбородок. – Еле добрались.

– Ну-ка, что там барахлит? – заинтересованный Карклс подошел к мотоциклу, но Розниекс жестом остановил его.

– Что вы можете показать по поводу наезда на женщину? – официально спросил он.

– Мы? – они переглянулись и почти в один голос ответили: – Мы ведь все уже рассказали. Лейтенант подробно записал. Мы подписались под каждой страницей, – парень усмехнулся в усы. – Чего же еще?

Женщины осуждающе посмотрели на молодых людей. Однако Розниекс не обратил внимания на их настроение.

– Расскажите еще раз, где вы находились, когда услыхали крик.

– Мы? – Девушка, кажется, относилась к происшедшему более серьезно. – Перешли через рельсы, зашли за пригорок, и… – она запнулась.

– И целовались, – процедил парень, – если это вас так интересует. Грузовика у нас не было, так что женщины мы не сбивали.

– Петер! – воскликнула девушка. – Как не стыдно?

– Надоело! Сколько можно повторять одно и то же?

– Сколько понадобится, столько и придется, – наставительно проговорил Карклс, но Розниекс снова жестом остановил его.

– И, услышав крик, вы не обратили на него внимания? – с улыбкой спросил он.

– Если бы! – проворчал парень. – Лучше бы занимались своим делом, не пришлось бы ввязываться в эту историю.

Девушка выступила вперед.

– Мы сразу бросились на помощь. Петер вовсе не такой, он просто на себя напускает. Когда мы прибежали, машина уже скрылась, женщина лежала на дороге, в крови. Но ее спасти уже нельзя было.

– Кто вам сказал, что ее нельзя спасти? – насторожился Розниекс.

– Ясно, кто сказал, – пришел на выручку парень. – Врач, кто же еще. Та, что ее осматривала.

– Ну да, – подтвердила девушка. – Врач. Пощупала пульс, подняла веки, поднесла зеркальце ко рту. И сказала: «Наступила смерть. Тут больше ничем нельзя помочь».

– Стоп! – поднял руку Розниекс. – Стоп! Не путайте. «Скорая помощь» приехала позже. А меня интересует, что вы увидели, как только прибежали на место происшествия. Вы, как я понял, были самые первые. Или до вас тут был кто-то?

Молодые люди снова переглянулись.

– Когда мы прибежали, – сказала после паузы девушка, – врач, опустившись на колени, осматривала сбитую женщину.

– Какой врач? – нетерпеливо проговорил Розниекс. – Когда вы пришли, – он повернулся к трем женщинам, – разве «скорая помощь» была уже здесь?

– Нет, – ответила Селите. – Дежурный по станции только побежал звонить.

– Вы заметили врача возле потерпевшей? Наступило молчание.

– Теперь припоминаю, – медленно проговорила светловолосая. – Когда мы подбежали, рядом с ребятами была еще женщина. После того я больше ее не видала.

– Странно, – сказал Розниекс. – Выходит, что она не была врачом «скорой».

– Так получается, – согласилась Селите.