тому, кто сделал это с ней.
— Тебе придётся встать в очередь.
Рёк снова повернулся к замку, пытаясь взломать его, но он оказался таким же непробиваемым, как и всё остальное.
— Ты можешь его вскрыть? Разобрать на части?
— Я же сказала, у меня осталось только заклинание портала.
— Никаких врождённых ведьмовских способностей? У тебя должно быть что-то помимо сумки.
«У меня ничего нет!»
Поппи была хороша ровно настолько, насколько хватало мешочков.
— Я не медвежатник. Даже будь у меня такой талант, сила колдуна больше, чем моя когда-либо могла быть.
— Ладно, ладно. — Рёк огляделся. — Эта лаборатория огромная. Здесь могла бы поместиться батарея замка.
— Или это может быть в Покипси. Магия не всегда работает как электричество. — В этом месте так много напряжения, что её распущенные волосы, казалось, встали дыбом. Или, может быть, её пугали мысли, которые она уже успела осознать.
• Что поставлено на карту: эти воплощённые гости будут приходить до тех пор, пока не убьют меня и всех, кого я люблю.
• Чего она желала: жизни без них с парой, который любит и уважает меня.
• Чего она боялась: что согласится на меньшее — или умрёт, не успев прожить жизнь.
— Даже если мы найдём батарею, я не смогу уйти, — сказала она, — пока моя миссия не будет завершена.
Казалось, тщательно подбирая слова, он произнёс:
— Со всеми этими удобными местами и слепыми углами лаборатория станет зоной поражения, если твои гости снова появятся. У нас могут быть неприятности.
Она кивнула.
— Да. И тебе следует уйти, если сможешь. Я не хочу, чтобы ты пострадал. Но если вернусь домой с пустыми руками, поставлю под угрозу сестёр. — Она сделает всё, чтобы защитить их, как и они сделают всё для неё, в том числе подвергнут себя опасности. Свирепая Лея бросилась бы под пули с боевым кличем, а прилежная Шалфа и озорная Кло последовали бы за ней. Смертоносная Белла сражалась бы до конца за любое дело, но особенно за Поппи. — Рёк, если я не найду способ остановить гостей, чувствую, что они убьют меня и тех, кого я люблю. Они не успокоятся, пока мы все не умрём.
Казалось, он глубоко задумался, а потом, наконец, сказал:
— Как думаешь, разрушитель проклятий здесь?
— Может быть? — Ей хотелось верить, что ответ близок. Они уставились на дальний угол лаборатории, скрытый за большой занавеской. Это плохой знак. Он сказал:
— Мы ведь зайдём за эту занавеску, да?
— Ага.
— Тебе не понравится то, что мы увидим?
— Не-а.
— Нечем рисковать, да? Просто держись рядом, хорошо?
Он пошёл глубже, всматриваясь в тени. По дороге Поппи не обращала внимания на паучьи яйца, хрустевшие под ботинками, и рассматривала раны Рёка. Лезвие куклы пронзило его насквозь.
— Тебе было очень больно.
— Я буду в порядке. — Он пожал широкими плечами и поморщился. Его боль взывала к ней, и Поппи пришлось сжать кулаки, чтобы не прикоснуться к нему. — По крайней мере, ты быстро восстанавливаешься. — Его глаза уже очистились от красных пятен. Он коротко рассмеялся.
— Да, если бы.
Сочувствие побуждает к откровенности.
— Если у меня не будет другого шанса сказать… я всё слышала о твоих подвигах, и они не посредственные. — Он вопросительно посмотрел на неё, словно она снова его дразнила. — Ещё до сегодняшнего вечера я поняла, как хорошо ты сражаешься. — Она была поражена мастерством владения мечом, его стилем, сочетающим демоническую жестокость и холодную точность. Огонь и лёд. — А твоя разведка — на высшем уровне. Все это знают.
— Спасибо, Рыжик. Я ценю это. Жаль, что я не успел изучить это место. Я не знаю всех тонкостей, и это меня сбивает с толку. — У него не было такой возможности, потому что он поспешил к ней.
— Я состою в форуме, где обсуждают тайны, окружающие замок. Там отлично можно обмениваться информацией, если не считать троллей. Они каким-то образом пробрались в интернет. В любом случае, на форумах можно найти массу подробностей об этом замке и колдуне. Многое — догадки, но некоторые подтвердились.
— Эти участники форума предсказывали такое? — Рёк обвёл рукой окрестности.
— А хоть кто-то мог? — Когда они проходили мимо резервуаров с частями тел, он тихо выругался. — Эта лаборатория не может быть ещё более жуткой. — В этот момент в стержень ударила молния, ослепив их ярким светом. Электричество зажужжало, проходя по проводам к этим резервуарам. Одна отрубленная нога задрожала, ударив по стеклу с глухим стуком.
— Может. — В мыслях Поппи промелькнул портрет на лестничной площадке. — Я начинаю подозревать, что здесь делал колдун.
— Только не говори, что оживлял трупы.
Она вздохнула.
— Именно. Он хотел воскресить свою жену и детей.
— Фантастично!
— У тебя пунктик на возвращение мертвецов к жизни?
— Ты обнаружила мою уже не тайную слабость, — ответил Рёк. — Должно быть, он держал эксперименты в той темнице. — Они нашли ответ на ещё одну загадку: колдун действительно стал абсолютным злом.
— Значит, он был таким же ужасным, как и мои гости.
Рёк нахмурился на неё.
— За ужином ты ни разу не упомянула о своём проклятии, хотя мы и говорили о монстрах. Хотя с этого я бы никогда не начал первое свидание. — Он пнул пустой ящик, лежавший у них на пути. — Ты скажешь своему колдуну?
— У нас с Иксиусом было больше, чем первое свидание. — Мышцы на челюсти Рёка напряглись. Ревность? Восхитительно. Она рассказала Иксиусу, потому что думала, что он может помочь. Но колдуны хитры, а хорошие, как её отец, встречались редко. Большинство ненавидели ведьм, их женская сила их пугала. Другие хотели высосать из ведьмы всю силу, ничего не дав взамен. Иксиус, склонялся к последнему варианту и был разочарован, когда Поппи не проявила никаких способностей. В конце концов, она была рада избавиться от него. Рёк сказал:
— Когда я спросил тебя в тот вечер, почему, по-твоему, людям нравятся фильмы ужасов, у тебя было странное выражение лица, и ты ответила: «Потому что это похоже на опасность. И перед лицом смерти жизнь становится ценнее».
— Я помню, — сказала она, удивлённая, что он помнил.
— Ты говорила по собственному опыту. Каждый Хэллоуин твоя жизнь превращается в фильм ужасов.
— А в этот раз и у тебя. — Паутина окутала её. Поппи потёрла лицо, отплёвываясь от нитей. Весь этот замок был полон паутины, и она влетела прямо в неё, затащив с собой и Рёка. Спасибо, Марикета. Как Поппи могла продолжать бороться, чтобы найти разрушителя проклятий? Как она могла не согласиться? — Держу пари, ты никогда не тратил столько усилий, ради секса. Должно быть, жалеешь о своём решении прийти сюда.
