хохотнули.
— Чтобы понабраться, здесь надо пожить…
Адам решил тормознуть с темой. Придет время, друг сам скажет о принятом решении.
Но ему уже нравилось. Такое буйство природы. У их семьи было шале в горах, от деда осталось. Зимой там тоже хорошо.
Тут же… Тут другое.
До санатория они добрались не быстро. Володя не превышал скорость.
— Может, дашь газку?
— Хочешь мордой по снежку проехать?
И точно в подтверждении его слов машину занесло. Под напавшим снегом лежал лед.
— Да твою ж…
Володя крепче вцепился в руль.
Прежде чем поехать в такую даль, Адам глянул, что представляет из себя «Крыло». Про Каянск, расположенный рядом — тоже посмотрел. Закрытый город, про которого большие небылицы в сети писали. Какие-то оставляли, какие-то чистили. В основном известен был тем, что на его территории находился один из престижнейших универов страны.
А ещё тем, что на довольно небольшое количество квадратных километров там проживало несколько серьезных товарищей, чей капитал насчитывал много ноликов.
Володя сделал очередной поворот.
— Кстати, кушетку я не купил.
— Заебись, — хмыкнул Адам.
— Но мне дали в аренду.
— Повторное… прекрасное.
Черт. Мысли снова скаканули к Дарине.
Девчонка засела в голове. Но о ней чуть позже.
Машина плавно закатилась на заснеженную парковку перед главным корпусом. «Крыло» и вправду впечатляло. Сюда влили приличное бабло. Даже очень…
Главный корпус санатория вздымался из-за вековых сосен архитектурным комплексом из стекла и темного полированного камня. Огромные панорамные окна отражали заснеженный лес и белесое зимнее небо.
Крылья здания расходились причудливыми углами, образуя просторные террасы на разных уровнях. Даже зимой угадывался ландшафтный дизайн — заснеженные газоны, аккуратные дорожки, подсвеченные встроенными светильниками.
Везде читалась дорогая, продуманная до мелочей роскошь. Идеально ровные линии, скрытые водостоки, темный матовый металл перил и контрастные деревянные панели. Ничего лишнего, только чистая, спокойная эстетика больших денег.
Адаму понравилось.
Как и многим другим до него. «Крыло» стремительно набирало популярность. Его хорошо пиарили.
Адам не спешил заходить внутрь.
Тормознул…
А воздух тут, черт побери, какой… Чистый, морозный, звенящий.
Каждый вдох обжигал лёгкие, пробуждая и тело, и мысли.
И тишина… Пробирающая до самых легких. Адам невольно улыбнулся.
Он понимал тех, кто застревал в этом месте.
И тех, кто вложился — тоже.
Лес вокруг спал, укутанный в белое, и только острые еловые лапы прорывались тёмными штрихами из этого ослепительного покрова.
— Так что там про массажный стол?
— Вроде нормальный стоит. Массивный такой.
— То есть ты его видел?
— Заглядывал.
Адам открыл багажник и достал сумку.
Володя встал рядом и закурил.
— Бля, Терлоев, вот не ищешь ты легких путей. Приперся в такую даль…
— Ты против?
Владимир затянулся.
— Ты мог меня и в своей клинике помять…
— Мне нужен был предлог, чтобы сорваться из дома.
— Что, Софья Маратовна вышла на тропу войны?
— И не говори…
Друг старательно подавлял довольную лыбу. Втащить что ли ему по-дружески?
— Снова решила, что пора женить сыночка? Напомни, сколько Касьяну?
— Мелкий ещё. Двадцать два
— Пусть живет, да?
— Да.
— А за тебя, значит, взялась.
— Угу. Там какая-то подружка студенческих лет нарисовалась. А у неё дочь. И понеслось-поехало.
— Поэтому в отпуск свалил?
— Поэтому в отпуск…
Адам снова осмотрелся и закинул сумку на плечо.
— Где жить будем?
— Я в основном корпусе, ты во-он в том домике.
— Отселил от себя подальше?
— Береженного Бог бережет. Мне хватит и того, что ты меня ломать каждый день будешь. Ещё на тебя и в быту смотреть, — глаза Володи, наконец, зажглись подъёбкой.
А вот это уже хорошо…
— Кушетку у себя или у меня поставил?
— Обижаешь… Нахер мне её ворочать? Мне сдали в аренду целый кабинет. У них там как раз какая-то пауза в СПА-салоне. Ни косметолога, ни массажиста. Намек понимаешь?
— Я в отпуске… Только что сказал.
— Отпуск проводят с красивой лялечкой на берегу моря. А не тут…
Лялечка-то как раз была. Осталось её найти.
В этом зачарованном крае.
Уж сколько раз твердили миру, что алкоголь вреден? Особенно мужчинам в расцвете сил. Особенно на радостях от встречи и от перспектив тишины.
Адам проснулся с дикой головной болью.
Перебрал вчера…
Умывшись, он открыл телефон.
Так и есть — пропущенных вызовов тьма.
Мама. Снова мама. И опять мама. Ну что за неугомонная женщина, а? Надо отцу намекнуть, чтобы чем-то занял её. Она же сведет с ума кого угодно. Жертвой нынешней маминой деятельности стал он.
Надо бы ответить…
Телефон в руках загорелся входящим звонком.
Касьян…
— Привет, мелкий.
Мелкий за сотни километров усмехнулся.
— Метр восемьдесят девять. Я тебя уже давно сделал, — выдал брат.
— Массу ещё набери, потом поговорим.
У них частенько начинался разговор именно с этого диалога, менялись со временем цифры. Некая традиция, которая им обоим заходила.
— У тебя совесть вообще есть? Матушка собралась поисковый отряд на твои розыски отправлять?
— Хорошо не СОБР.
Мелкий снова хмыкнул.
— Надо уточнить, если у нас подвязы в СОБРЕ.
— Скажи матери, что со мной всё ок.
— Сам не будешь?
— По голосу не чувствуешь, что я не в кондиции пока? Она мне весь мозг десертной ложкой выест. Что не успел я приехать и уже пустился во все тяжкие… А был бы я человеком женатым думал про семью…
Касьян заржал.
— Я бы женился, лишь бы ничего подобного не слышать.
— Ты бы так не говорил… Не успеешь оглянуться, окажешься на моем месте.
Они потрепались ещё минут пять.
— Нормально устроился?
— Пока нормально.
Адам подошёл к окну и подвинул штору.
— Охренеть… Сейчас смотрю на беляка. Если это он, конечно. Я в биологии не силен. Какой-то ушастый хмырь прыгает по участку.
— Прикольно. Прямо из окна видишь?
— Ну да.
— Я беру билеты к тебе, — пошутил Касьян.
— А прилетай. Серьезно. На выходные. Затусим мужской компанией на пару дней.
Мысль брату понравилась.
— Сейчас билеты гляну.
Пока он смотрел, Адам прикрыл глаза. Надо дурь выгонять… Сегодня будет разгрузочный день.
Он прилетел на десять дней. Этого должно хватить, чтобы реабилитировать Вована. Тот после его днюхи и общей тусни в бане сразу же улетел на север. Мазнул, что ему сделали предложение.
Серьезное. Да и смена обстановки не помешает. В их городе осталась Танька. Та сука, из-за которой их друга его под откос не пустили. Тварь конченая… Адам не любил обижать женщин. И в целом не обижал. Но тут все приличные слова закончились.
Этой бы Татьяне срулить зарубеж. Или в столицу-матушку. Подальше от них. Потому что рано или поздно их пути-дороги пересекутся. И хотя Вовка махнул рукой. Мол, забыто… Они не забудут.
