Мальцев уже отходил от бильярдной, когда вдруг раздался громкий женский стон, от звука которого у него волосы на голове встали дыбом. Он слишком хорошо и знал этот стон, и прекрасно понимал природу звука. Как ошпаренный, Андрей развернулся, сделал пару скачков и с остервенением рванул дверь на себя. Из-за черной мужской спины на него смотрела вовсе не домработница Юлечка, а его собственная жена. При этом ни одна жилочка не дрогнула на ее прекрасном лице, он заметил на нем только легкую досаду.
Мальцев не помнил, как вышел из дому, как сел в машину, доехал до офиса. Он отменил все встречи, закрылся в кабинете, достал виски и стал пить. Пить и думать. Пить и вспоминать все совместно прожитые годы. Наивный слепой безумец! До чего он довел себя, во что превратил собственную жизнь? Восемь лет сплошного безумия и бесконечных унижений. А сегодня им подведен безрадостный итог. Но самым печальным во всей этой истории ему казалось то, что сделала это Елена не от большого и светлого чувства, внезапно охватившего ее к чернокожему массажисту, а просто так, от скуки или от желания получить остренькое впечатление.
Мальцев напился вусмерть. Бедная секретарша не знала, что делать. Она работала с ним много лет, но не видела шефа в таком состоянии никогда. Он не стал объясняться с наидобрейшей женщиной, отпустил ее домой, а сам остался ночевать в рабочем кабинете. Легко сказать ночевать. Андрей не мог уснуть, чтобы хотя бы на некоторое время забыть о том, что увидел в этой проклятой бильярдной. И как только не умер той ночью, этого он понять не мог до сих пор.
Но любовь его к Елене кончилась. Испарилась, рассыпалась, исчезла, дематериализовалась, как будто ее никогда и не было. Под утро Андрей принял твердое решение больше с женой не встречаться и сегодня же подать документы на развод. Пусть едет в Африку, Пензу, куда захочет, пусть остается в Москве. Как она поступит, ему наплевать с высокой колокольни. Достаточно делать из него мягкотелое посмешище на всю столицу. Жил он до нее и еще проживет долго и счастливо без райского семейного очага. Утром, несмотря на бессонную и пьяную ночь, Андрей заставил себя принять контрастный душ, переоделся и к девяти часам был если и не очень свеж, но со вполне трезвой головой. Пришла секретарша. Ни о чем не спрашивая, сварила крепкий кофе, принесла ему в кабинет и тихонько удалилась.
Мальцев вызвал юриста, объяснил ему ситуацию, дал «добро» на открытие военных действий, а потом впервые в жизни ушел с работы просто так. Выключил телефон и поехал к матери. Он бесцельно провалялся целый день на диване, сделал еще одну попытку напиться, но из этого ничего не вышло. После первой рюмки стал настолько противен сам себе, что ему захотелось покончить счеты с жизнью. Что он тогда пережил, Андрей не рассказал и никогда не расскажет никому. За сутки он похудел на пять килограмм и почернел лицом. Мальцев похоронил свою любовь. Это были жуткие похороны.
В суде Елена не потрудилась появиться. Это не страшно, дело времени. Еще два таких демарша с ее стороны, и их развод состоится без ее участия. Пусть тянет время, ей это уже вряд ли поможет. Детей у них нет, придет она на судебное заседание или не придет, особого значения не имеет. Елена выбрала странную тактику. То пугала его разводом, а теперь заняла странную, хотя и очень понятную позицию. Неизвестно, кто ее консультировал, но вела она себя довольно грамотно. Андрей совсем не жаждал с ней встречи, он хотел поскорее расставить все точки над «і». Женушка быстро смекнула, что может остаться без штанов, и, по-видимому, решила растянуть удовольствие в надежде отбить лакомый кусочек. Дудки! Не будет ей кусочка, даже крошечки не будет. Пока они не разведены официально, пусть еще поживет в его доме, черт с ней. А потом до свидания, мадам, а точнее, прощайте навеки.
Андрей не видел Елену почти два месяца. А сегодня она вдруг осчастливила его своим появлением. И ведь заявилась, дрянь, чтобы обтяпать свои делишки. Или она хранила тайную надежду, что он при смерти? Скорее всего, именно так. Ведь для нее это было бы лучшим выходом из положения. Ведь пока по закону она еще его прямая наследница первой очереди. Если бы он отдал коньки, то устроил бы ей замечательный праздник жизни. Шельма, а не баба! Выбрала классную тактику, для начала притворилась пай-девочкой, пыталась разжалобить, заставить его вернуться к ней. Дура. Ах да, она же не в курсе, что он похоронил любовь. А когда номер не прошел, рассвирепела хуже Горгоны Медузы. Орала так, что ее, бедную, чуть не перекосило. Противно все и пошло. И как только он со своим аналитическим умом и трезвым рассудком умудрился вляпаться в такое счастье?
Глава 8
Жизнь, словно лишившись рассудка в один не очень счастливый миг, вдруг стала преподносить Светочке сюрприз за сюрпризом. Еще можно было смириться, если бы эти сюрпризы носили приятный и радостный характер. Но ничего подобного. На Светочкину неподготовленную голову как из рога изобилия посыпались неприятности.
Сначала заболел папа, который ни разу в жизни не брал больничного и не выпил ни одной таблетки. Если у него и бывали легкие недомогания в виде простуды, то он справлялся с недугом простыми народными средствами. У него в районной поликлинике и карточки-то не было, не обращался он к врачам. И вдруг неожиданный мамин звонок дочери на работу. Сквозь ее всхлипывания и причитания Светочка услышала страшное слово «инсульт». Болезнь свалила отца прямо на рабочем месте. Спасибо, окружающие повели себя правильно, сразу вызвали «скорую», которая приехала, учитывая пробки и остальные негативные моменты сегодняшней жизни, своевременно. Папу в тяжелом состоянии увезли в больницу. Это был настоящий кошмар. Страх и боль за него перечеркнули все Светочкины события и переживания последних дней. Некогда стало вспоминать слова, сказанные Андреем, мучить себя странными и непривычными мыслями, мечтать о несбыточном, витать в облаках. Тревога за родного человека, постоянные ночные бдения в больнице у его кровати по очереди с мамой быстро измотали ее и морально, и физически.
Приходилось не только дежурить в больнице по ночам, но и поддерживать из последних сил маму, которая растерялась и рассиропилась до невозможности. Это понятно. Она всю жизнь жила за папиной спиной, как в уютной колыбельке. Папа успевал всегда и везде. Мама, Господи прости, понятия не имела, как заполнить квитанцию по оплате жилищно-коммунальных услуг, не говоря уже о чем-то более серьезном. Пока папа был здоров, никто не задумывался о бытовых мелочах. А теперь наступила катастрофа. Лампочки перегорали, а их некому было заменить. Потек кран, и это стало неразрешимой проблемой. И так во всем. Светочке пришлось взвалить на себя невиданную ношу — превратиться на время в главу семьи.
