и крысе? Но, я так понимаю, – Егор глянул на друга, – теперь нам предстоит выбрать персонажа.
– Скорей всего, – Арам кивнул. – Вторая самая длинная ячейка содержит краткое описание. Не исключено, что выбор персонажа кардинально влияет на прохождение миссии. Одно дело играть за воина, и совсем другое дело за вора, к примеру.
– Ты уверен? – недоверчиво спросил Егор.
– Более чем, – ответил Арам. – Я так понимаю, компьютер хоть инопланетный, но интерфейс явно рассчитан на людей. По крайней мере на логику людей. И не спрашивай, почему тогда все надписи на незнакомом языке. Причём, рискну предположить, язык этот инопланетный. Я хоть и не лингвист, но подобных букв ни в одном земном языке упорно не припоминаю.
– Согласен, – Егор кивнул. – И какого персонажа ты предлагаешь выбрать? Я так понимаю, самый верхний солдат, либо просто некий воин.
– А ты не хочешь быть солдатом? – в голосе друга проскользнула ядовитая ирония.
– Арам, – серьёзно, стараясь напрочь изгнать из собственного голоса даже намёк на шутку, юмор или стёб, начал Егор, – одно дело родину защищать, и совсем другое лезть в чужую войнушку. Что-то мне подсказывает, что нас ждёт не банальная «горячая точка», не какие-нибудь горные бойцы за светлое капиталистическое будущее в сандалиях и с автоматами, а гораздо более глобальный и кровавый замес. Если значок игры не врёт, то это, прости господи, ядерная война.
– Проклятье, – тихо ругнулся Арам. – Очень хочется с тобой не согласиться, но, чёрт побери, ты прав.
– Вот-вот, – Егор кивнул. – Как солдаты мы окажется на передовой. Может быть в самом пекле. А нам это надо?
– А вот и надо! – с нажимом произнёс Арам. – Если в игре нас и в самом деле ждёт ядерная война, то как раз в армии больше всего шансов пережить её. В конце концов, нас не связывают никакие моральные устои. Это вообще игра, компьютерная игра. В самый опасный момент мы можем просто отвалить в сторону, и гори оно всё ядерный пламенем, – Арам выразительно махнул рукой.
– Насчёт «отвалить в сторону», я с тобой полностью согласен. Но с чего ты решил, что в армии всё равно безопасней, – от столь красочного ответа друга Егор слегка ошалел.
– А ты вспомни статистику всех последних войн на Земле, – пояснил Арам. – Это во времена дульнозарядных фузей в любой войне гибли одни солдаты. Вполне бывало и так: на поле боя две армии в кровь мутузят друг друга, а всего в десятке километров от них как ни в чём не бывало шумит и торгуется какая-нибудь ярмарка. Что торговцам, что обывателям нет никакого дела, что именно там не поделили два короля и кому в конечном итоге придётся платить налоги.
Однако потом, начиная с Первой мировой войны, картина резко поменялось. Теперь больше всего людей погибло в тылу. То самое мирное население, которое не может лихо запрыгнуть в БТР и оперативно сменить позицию. Во Вторую мировую войну разница между убитыми на фронте и в тылу выросла ещё больше. А если в игре нас и в самом деле ждёт ядерная война? Тогда с гарантией основная масса погибнет в тылу, то самое гражданское население. А потом начнётся жуткий кавардак. И вот тогда у группы хорошо вооружённых и обученных людей шансов элементарно выжить будет в разы больше, чем у толпы гражданских. Вот почему может статься, что как раз в армии, на передовой, у нас будет максимум шансов выжить. Тем более, Егор, нас этому учили. Учили, чёрт побери, очень хорошо. Учили в том числе и тому, как пережить ядерную войну. Или ты уже забыл славные пробежки в ОЗК с полной выкладкой?
Егор в задумчивости склонил голову. Такое хрен забудешь. Особенно когда из противогаза приходилось сливать собственный пот. Но их и в самом деле учили и очень хорошо. Слова друга не лишены смысла. К чёрту! В них сквозит железная логика. Да и в самом деле кем им ещё быть? Сменить автомат десантника на шлемофон танкиста? Или вообще податься на гражданку? Там… Егор на миг задумался. Инженером на оборонный завод?
– Подожди. Тут ещё, как я вижу, подростки есть, даже дети, – заметил Егор.
– Хочешь оказаться в зависимом положении? – вопросом на вопрос ответил Арам.
– С чего ты решил? – не понял Егор.
– Элементарная логика, друг мой, – Арам усмехнулся. – Дети, даже подростки – несовершеннолетние. За ними в обязательном порядке должны присматривать взрослые. Проще говоря, нам придётся считаться с кем-то из взрослых. А тебе это надо?
– Логично, – со скрипом согласился Егор. – А что ты скажешь насчёт этой тарабарщины? – указательный палец ткнулся в строчку на непонятном языке.
– Ничего не скажу, – Арам пожал плечами. – Зато могу сказать другое. Если это и в самом деле компьютерная игра, то у неё вполне может оказаться логика компьютерной игры. В смысле, тем или иным образом сама компьютерная игра поможет нам выполнить некую миссию. И не спрашивай меня, что это может быть за миссия, – Арам несколько повысил голос.
Верно, верно, всё верно. Егор вновь глянул на широкий экран. Арам говорит если не очень складно, то очень логично. Опыт по части компьютерных игр у него несколько больше. Да и, Егор мысленно махнул рукой, какой смысл теперь выёживаться? Какое бы дерьмо не приготовил для них компьютер инопланетян, его всё равно придётся слопать. А то ещё и сделать вид, что было очень вкусно и питательно.
– Ладно, пусть будет солдат, – произнёс Егор.
Мигающий курсор наполз на самую верхнюю строчку. Надписи тут же стали ярко-зелёными. Но сомнения, один хрен, всё равно взяли за горло. Да сколько же можно! Егор энергично хлопнул по меньшей круглой кнопке.
– Да они издеваются! – злобно выдохнул Егор.
Вновь выскочило знакомое меню, которое, в очередной раз, потребовало подтвердить выбор. Тут и так нервы на пределы. Второй ещё более энергичный хлопок по меньшей кнопке. И… И ничего не изменилось.
– Что за чёрт? – Егор энергично ещё и ещё раз нажал на кнопку. – Что этой инопланетной бандуре ещё нужно?
Тонкий прямоугольник курсора застыл на виртуальной кнопке «Да». Как и положено, она стала более яркой. Однако меню никуда так и не делось.
– Не спеши психовать, – Арам тронул за
