функционирования. Целые секции, которые раньше были неактивны, теперь светятся и выдают данные.
– Какого рода данные? – напрягся Алекс.
– История, Алекс, – в глазах Лейлы читалось возбуждение и тревога одновременно. – История Предтеч. Их цивилизации, их технологий… и их падения.
Она отправила ему пакет файлов – изображения новых голографических проекций, появившихся в центральном зале Сфинкса, а также предварительные переводы, сделанные лингвистической группой на Марсе.
– Мы работаем круглосуточно над переводами, – продолжила Лейла. – Используем твои модели, но некоторые фрагменты остаются загадочными. Я подумала, что ты должен это увидеть немедленно, особенно… эту часть.
Она выделила один из файлов – изображение масштабной голографической проекции, показывающей то, что можно было интерпретировать как гражданскую войну. Фигуры Предтеч, разделённые на две группы, использовали странные энергетические оружия друг против друга. Над проекцией парили символы, которые даже при беглом просмотре Алекс опознал как обозначения "Хранителей" и "Трансцендентов".
– Гражданский конфликт, – медленно произнёс он. – Мы предполагали это на основе фрагментарных переводов, но здесь… прямое визуальное подтверждение.
– И это не всё, – Лейла перешла к следующему файлу. – Посмотри на эту последовательность.
Новое изображение показывало процесс, который трудно было интерпретировать однозначно: существа Предтеч, подключённые к массивным устройствам, их тела, словно растворяющиеся в вихре энергии, и странные светящиеся сущности, возникающие из этого процесса.
– Трансцендентность, – прошептал Алекс. – Они действительно пытались эволюционировать за пределы физической формы.
– И, судя по следующей последовательности, – добавила Лейла, переключаясь на новое изображение, – что-то пошло катастрофически не так.
Финальная проекция показывала нечто, напоминающее волну энергии, распространяющуюся по всей Солнечной системе, поглощающую объекты Предтеч один за другим. Светящиеся сущности, появившиеся ранее, теперь выглядели искажёнными, хаотичными, атакующими как трансформированных, так и не трансформированных Предтеч.
– Они создали нечто, что не смогли контролировать, – мрачно заключил Алекс. – "Протокол Трансцендентности" вышел из-под контроля и уничтожил обе фракции.
– Именно так мы это интерпретируем, – кивнула Лейла. – И самое тревожное, Алекс… эти проекции активировались сейчас. Как будто Сфинкс намеренно показывает нам, что произошло с его создателями.
– Предупреждение, – медленно произнёс Алекс. – Марсианский комплекс был создан фракцией "Хранителей". Они оставили это послание как предостережение для будущих цивилизаций, которые могли бы столкнуться с наследием "Трансцендентов".
– И теперь, когда мы активируем объекты сети, это предупреждение становится видимым, – согласилась Лейла. – Вопрос – успеем ли мы его понять, прежде чем зайдём слишком далеко?
Алекс задумался, анализируя импликации.
– Лейла, ты должна немедленно передать эту информацию правительству Марса. И если возможно, правительству Земли и ООН. Это касается не только науки или военных технологий. Если "Протокол Трансцендентности" действительно активируется по мере обнаружения объектов сети, мы можем столкнуться с чем-то, что уничтожило цивилизацию, намного превосходившую нашу.
– Я пыталась, Алекс, – в голосе Лейлы слышалась горечь. – Но адмирал Володина классифицировала все новые открытия как информацию высшей секретности. Военные взяли комплекс под полный контроль. Даже наш доступ ограничен.
– Они не понимают, с чем имеют дело, – Алекс покачал головой. – Или хуже – понимают, но видят возможность получить преимущество, игнорируя риски.
– Что ты предлагаешь? – спросила Лейла.
Алекс глубоко вздохнул.
– Я обсужу это с капитаном Холденом. Он… не типичный марсианский военный. И у него есть связи, как на Марсе, так и на Земле. Возможно, мы сможем распространить эту информацию через неофициальные каналы.
– Будь осторожен, Алекс, – предупредила Лейла. – Володина имеет влияние даже на "Росинанте". И если она узнает, что ты действуешь против её приказов…
– Некоторые вещи важнее приказов, Лейла, – твёрдо ответил Алекс. – Если "Протокол Трансцендентности" представляет угрозу для человечества, эта информация должна быть доступна всем, а не использоваться как инструмент власти или военного преимущества.
После завершения связи Алекс остался один в лаборатории, изучая присланные Лейлой файлы. Проекции Сфинкса рассказывали историю, которую он начал подозревать с момента первых переводов: историю цивилизации, разрушенной своими собственными технологическими амбициями.
И теперь человечество, кажется, было готово повторить тот же путь.
Он активировал коммуникатор.
– Капитан Холден, это доктор Нагата. Нам нужно поговорить. Срочно.
В конференц-зале "Росинанта" Холден внимательно изучал голографические проекции, присланные с Марса. Его обычно спокойное лицо было напряжено, брови сведены в глубокой задумчивости.
– Вы уверены в этой интерпретации, доктор? – спросил он, глядя на последовательность, показывающую катастрофическое распространение энергетической волны по Солнечной системе.
– Настолько, насколько можно быть уверенным, исходя из наших текущих знаний о языке Предтеч, – ответил Алекс. – Детали могут отличаться, но основной нарратив ясен: эксперименты "Трансцендентов" с эволюцией за пределы физической формы привели к катастрофе, которая уничтожила их цивилизацию.
– И эта катастрофа была связана с "Протоколом Трансцендентности", – уточнил Холден. – Автоматизированной системой, которая сейчас, возможно, активируется через сеть объектов Предтеч.
– Да, – кивнул Алекс. – Каждый объект, который мы обнаруживаем, становится частью пробуждающейся сети. Марсианский комплекс, венерианская станция, предположительно объект на Европе… Каждая активация приближает полное развёртывание протокола.
– Но в чём конкретно заключается угроза? – вмешалась Наоми, сидевшая рядом с Холденом. – Если "Протокол Трансцендентности" был создан для преобразования существ Предтеч, как он может повлиять на нас? Мы биологически полностью отличаемся от них.
– Это ключевой вопрос, – признал Алекс. – И у меня нет окончательного ответа. Но есть две гипотезы. Первая: протокол может быть адаптивным. Он был создан для работы с определённой биологией, но мог быть запрограммирован распознавать и адаптироваться к новым формам разумной жизни.
– А вторая? – спросил Холден.
– Вторая более тревожна, – мрачно ответил Алекс. – Протокол может не интересоваться нами как субъектами преобразования. Мы можем быть просто помехой для его основной миссии – продолжения работы "Трансцендентов".
– То есть, он может пытаться устранить нас? – прямо спросил Эймос, до этого молчавший.
– Или использовать наши ресурсы для своих целей, – кивнул Алекс. – Вспомните, что произошло с зондом "Гефеста" у венерианской станции. Он был не просто уничтожен – он был просканирован, проанализирован. Система собирала информацию.
– И теперь вы считаете, что эта информация должна быть доступна всем фракциям, – констатировал Холден.
– Да, – твёрдо ответил Алекс. – Это не вопрос политики или военного преимущества. Это вопрос выживания нашего вида. Если "Протокол Трансцендентности" представляет угрозу, как мы предполагаем, все должны быть предупреждены. Все должны сотрудничать в понимании и, возможно, нейтрализации этой угрозы.
Холден задумчиво потёр подбородок.
– Я согласен с вашей логикой, доктор. Но реализация будет сложной. Марс, Земля, корпорации – все они видят в технологиях Предтеч прежде всего источник власти. Информация о потенциальных рисках может быть проигнорирована или засекречена ради тактических преимуществ.
– Именно поэтому нам нужно действовать через неофициальные каналы, – настаивал Алекс. – Научное сообщество, независимые медиа, общественные организации. Если информация станет публичной, правительствам будет сложнее игнорировать риски.
Холден внимательно посмотрел на учёного, затем медленно кивнул.
– У меня есть контакты среди независимых журналистов и активистов.
