Лорд Каслтон усмирил Брека и с непроницаемым выражением лица ответил:
— В таком случае, мисс Арбетнот, я предлагаю вам пойти с вашей собакой в эту сторону, а я поведу свою в противоположную.
Фейс, очевидно осознав, что лишила себя возможности прогуляться с лордом Каслтоном, бросила на Жюстин сердитый взгляд. Пытаясь спасти положение, она сказала:
— Прогулка с Маффиной не займет у меня много времени, милорд, а потом я могла бы присоединиться к вам и вашей собаке.
Жюстин хотела бы пойти вместе с ними, но знала, что это будет невежливо. Да и лорд Каслтон никак ее не поощрил. Он всего лишь чопорно кивнул, когда она появилась на палубе.
— Составить тебе компанию? — спросила она Фейс.
— Справлюсь, — бросила та, оттягивая собачку от Жюстин. — Но я уверена, что маме будет приятно, если ты пойдешь с ней поздороваться. Она на палубе внизу.
Подавив вздох, Жюстин отправилась на поиски миссис Арбетнот.
Девушка выслушала долгую лекцию о том, как необдуманно она себя вела, позволив лорду Каслтону проводить с ней слишком много времени.
Напрасно разгневанная Жюстин пыталась объяснить, что она очень мало виделась с его сиятельством. Миссис Арбетнот заставила девушку устыдиться, что та не поддалась морской болезни, как все благоразумные леди.
— Миссис Арбетнот, — начала раскрасневшаяся от злости Жюстин.
— Ни слова, Жюстин, умоляю. Просто задумайся, что сказала бы твоя тетя, если бы узнала, как ты себя ведешь.
Девушка хотела возразить, что ее тетя по крайней мере справедлива и что она позволила бы ей исправить ложное впечатление, но вежливость заставила ее смолчать.
В раздражении девушка отправилась в кают-компанию и исполнила сочинение Листа в бурном, энергичном стиле, стремительно и безупречно отыграв пассажи, на которых обычно сбивалась.
Когда Жюстин закончила, раздались негромкие аплодисменты. Девушка оглянулась и увидела пару, которая пришла в кают-компанию выпить аперитив перед обедом. К Артуру Райту присоединилась его жена Пейшенс — крупная женщина с седыми волосами, заплетенными в косу и уложенными вокруг головы, и умным взглядом.
— Стало быть, вы и есть та самая мисс Мэнселл, о которой я так много слышала, — с приветливой улыбкой проговорила миссис Райт. — Очень рада наконец встретиться с вами.
— Я тоже, — ответила Жюстин. — Для меня огромное облегчение, что я уже не единственная женщина, которая не страдает от mal de mer. Я думала, мне повезло, а теперь получается, что я оказалась недостаточно женственной.
— Дорогая, кто наговорил вам таких глупостей? — огорченно спросила миссис Пейшенс Райт.
— Зависть чистой воды, — сказал ее муж. — Не обращайте внимания, мисс Мэнселл.
— Присядьте и все мне расскажите, — сочувственно улыбаясь, пригласила миссис Пейшенс.
Она источала такую доброту и рассудительность, что беседовать с ней было все равно что с матерью. Только Жюстин подозревала, что миссис Райт гораздо лучше леди Мэнселл понимает, как устроен мир.
Жюстин ловила каждое слово мудрой советчицы.
К тому времени как они пошли обедать, Жюстин придумала план своего спасения от Арбетнотов.
Сидя с ними за маленьким столиком, девушка бросала тоскливые взгляды на общий стол в центре зала, который уже наполовину заполнился весело беседующими пассажирами.
Среди них был сэр Томас, ведущий обрывочные разговоры, но лорд Каслтон не появлялся.
Всю трапезу Жюстин сидела, потупив взгляд, и позволяла миссис Арбетнот подробно рассказывать о муках, которые им с дочерьми пришлось вынести.
Ах, как она скучала по интересным беседам, которые велись за общим столом! Но вслух ничего не говорила.
Впрочем, она скучала не по взглядам, которые бросали в ее сторону Тони и Берти.
— Миссис Арбетнот, — вежливо сказала она в конце ленча, — могу я представить Фейс и Черити двум офицерам, с которыми я познакомилась? Я подумала, что мы могли бы поиграть в кольца[11].
Жюстин смутно представляла себе правила игры, но надеялась, что кто-то другой знает их лучше.
Ход оказался блестящим. Тони и Берти так же обрадовались встрече с девушками, как Фейс и Черити знакомству с молодыми людьми. Выяснилось, что Тони знает об игре в кольца решительно все.
Они установили невысокий шест и принялись бросать веревочные кольца.
Жюстин знала, что у нее прекрасно получится, потому что дома они часто играли в похожую игру и она всегда была очень меткой. Настолько меткой, что все ее кольца аккуратно садились на шест и никогда не пролетали мимо.
Едва они начали играть, как на горизонте появился сэр Томас. Он тут же захотел присоединиться.
— Давайте разобьемся на команды, — предложил он.
Фейс и Черити захлопали в ладоши и воскликнули, что это замечательная идея.
— Мы с мисс Мэнселл будем в одной команде, — продолжал сэр Томас. — Мы буквально с первого дня плавания проводим время вместе, — добавил он, смутив этими словами Жюстин.
Фейс многозначительно посмотрела на Черити, но прежде чем та успела что-то сказать, Тони забрал ее к себе в команду, а Берти объявил, что будет очень рад, если Черити согласится быть его партнершей.
Жюстин никак не могла сосредоточиться. Она поймала себя на том, что ждет, не появится ли среди пассажиров, прогуливающихся по залитой солнцем палубе, высокий, изящный силуэт.
За ужином девушка чувствовала себя неуютно.
Фейс и Черити наперебой делились впечатлениями об игре. Однако Фейс сокрушалась, что среди игроков не было лорда Каслтона.
— Он самый обаятельный из всех джентльменов, — с глубоким вздохом сказала она и послала лучезарную улыбку в сторону столика, за которым в одиночестве сидел Маркус.
Лорд Каслтон как будто не замечал взглядов Фейс. Он внимательно читал какие-то бумаги, потом собрал их и исчез.
Жюстин не могла поверить, что он даже не взглянул в ее сторону.
Неужели дружба с лордом Каслтоном привиделась ей? Если она когда-то существовала, то сейчас что, испарилась?
— Завтра мы будем в Гибралтаре, — с удовольствием объявила миссис Арбетнот. — Какая чудесная возможность пройтись по магазинам, девочки! Мы сойдем на берег. — Помедлив, она добавила: — Не хочешь с нами, Жюстин?
— Пожалуйста, простите меня, миссис Арбетнот, но у меня никак не перестает болеть голова. Думаю, будет лучше, если я спокойно проведу день в каюте.
В этот миг у их столика остановился сэр Томас.
— Сударыня, какое удовольствие снова видеть вас и ваших прелестных дочерей! Могу ли я надеяться, что вы позволите мне ответить на гостеприимство первого вечера? Я буду несказанно рад, если все вы разделите со мной ужин.
