Но ее снова перебили:
— Что здесь происходит?
На пороге стоял лорд Каслтон.
— Я спал, но мне показалось, что кто-то кричал.
На лорде Каслтоне был красивый шелковый халат поверх пижамы. Очевидно, он действительно только что поднялся с постели. Его волосы были всклокочены, во взгляде сквозила тревога.
— Мисс Мэнселл, с вами все в порядке?
— Мисс Мэнселл только что объявила, что они с сэром Томасом помолвлены, — затарахтела миссис Арбетнот, явно искажая факты, но делала это с ликующим видом. — Разве это не прелестнейшая из новостей, которые вы когда-либо слышали? Круизный роман, ни больше, ни меньше.
Сэр Томас обхватил Жюстин за плечи, и этот жест по какой-то непонятной причине заставил девушку вздрогнуть.
— Мисс Мэнселл сделала меня счастливейшим из мужчин, — проговорил он звонким уверенным голосом.
Лорд Каслтон выглядел потрясенным.
— Мисс Мэнселл, это правда?
Жюстин посмотрела на сэра Томаса, и тот подарил ей белозубую улыбку.
— Как бы иначе я оказался в этой каюте? — ответил за девушку сэр Томас.
— Разумеется, будучи дуэньей Жюстин, я бы никак иначе не допустила этого, — заявила миссис Арбетнот.
— Мисс Мэнселл? — повторил свой вопрос лорд Каслтон, вопросительно подняв бровь.
Жюстин была в полной растерянности.
Если она станет отрицать помолвку, лорд Каслтон пожелает знать, зачем она пустила сэра Томаса в каюту.
Поверит ли он, что у нее не было выбора?
Более того, сэр Томас действительно самый привлекательный и достойный холостяк. Похоже, он без ума от нее, и миссис Арбетнот совершенно справедливо заметила, что ее родители будут рады.
Красивый, богатый и знатный жених. Чего еще можно желать?
Жюстин попыталась улыбнуться лорду Каслтону.
— Все случилось так быстро, — пролепетала она.
— Понимаю.
Было видно, что он не понимает, но не хочет развивать тему.
— Уотсон, вы везунчик, и я поздравляю вас. Уверен, вы оба будете очень счастливы. Всем спокойной ночи, — сказал лорд Каслтон и вышел.
Жюстин без сил опустилась на кровать.
Но сэр Томас поднял ее и поцеловал в губы. В этом легком поцелуе было гораздо больше нежности, чем в недавнем порыве страсти.
— Вы самая прекрасная из девушек, а я счастливейший из мужчин, — шепнул он на ухо Жюстин. — Мы еще поговорим завтра.
— О да, — защебетала миссис Арбетнот. — Насколько я знаю сэра Томаса, он уже сгорает от нетерпения поскорее усадить тебя в тихий уголок и пошептаться о любви. Спокойной ночи, моя дорогая Жюстин. Ах, как обрадуются девочки, когда я им расскажу!
Продолжая болтать, она вывела сэра Томаса из каюты. Оставшись наконец одна. Жюстин повалилась на кровать и разрыдалась.
Как это случилось?
Как вышло, что она оказалась помолвленной с сэром Томасом Уотсоном?
Девушка не сомневалась только в двух вещах: родители обрадуются помолвке, а единственный в мире мужчина, которого она любит, находится в соседней каюте.
Увидев, как лорд Каслтон удивился, услышав о помолвке, девушка сразу поняла: если бы с ней обручился он, она действительно была бы счастливейшей из женщин.
Теперь же она самая несчастная.
Что ей делать?
Глава шестая
Лорд Каслтон проснулся с чувством обреченности. Он не сразу понял причину.
Но потом вспомнил сцену, свидетелем которой стал в соседней каюте.
Бреясь, он подумал о том, что в этом деле все-таки что-то нечисто. «Ариадна, — размышлял он, — сразу бы сказала, что такому человеку, как Томас Уотсон, не стоит доверять и что юным девушкам нельзя позволять связывать с ним будущее».
Лорд Каслтон смыл с лица остатки пены и вспомнил о признании Жюстин, что родители ждут от нее удачного замужества и будут очень разочарованы, если индийское путешествие не закончится свадьбой.
Что ж, ей не пришлось ждать до самого субконтинента, чтобы устроить помолвку, которую свет признает идеальной.
Если только не окажется правдой, что Уотсон потерял все свои деньги. Не по этой ли причине он решил жениться? Хочет компенсировать потери за счет невесты?
За Жюстин, несомненно, дадут хорошее приданое.
Лорд Каслтон скривил губы. Брак ради денег прекрасно вписывается в образ Уотсона. А что Жюстин?
Мысль, что она поддалась сомнительным чарам Уотсона и влюбилась в него, почему-то казалась оскорбительной.
Лорд Каслтон надел темно-синий сюртук спортивного покроя, смахнул пылинки с белых брюк и решил, что все нужно тщательно обдумать и заняться этим лучше всего во время прогулки с Бреком.
Запирая дверь каюты, он увидел, что Жюстин занята тем же.
— Доброе утро, мисс Мэнселл, — поздоровался он нарочито веселым тоном. — Надеюсь, вы хорошо отдохнули после треволнений вечера?
— Со мной все в порядке, — пробормотала девушка.
Лорда Каслтона поразила перемена в ней.
Жизнерадостность, с которой она всегда встречала новый день, бесследно исчезла; свет в глазах потух. Казалось, что она бредет во сне, и сон этот кошмарный.
Лорд Каслтон принял решение.
— Я иду выгуливать Брека. Почему бы вам не пойти со мной и не побаловать Маффину встречей с подругой? — предложил он. — Я беру с собой мяч. Море такое спокойное, что с Бреком, наверное, можно будет немного поиграть.
Жюстин сморщилась, как будто сама мысль о веселье была ей неприятна.
— Ну же, солнце так ярко светит. — Он протянул руку. — Нас никто не увидит, еще слишком рано, а Брек и Маффина — единственные собаки на корабле.
Жюстин вдруг улыбнулась — словно робкий лучик света пробился сквозь темные тучи.
— Почему бы и нет?
— Морской воздух так бодрит, — задумчиво произнес лорд Каслтон, когда они вышли на верхнюю палубу.
Вокруг раскинулись темно-синие воды Средиземного моря, а над головой ярко сияло солнце, лучи которого пока только готовились раскалить утренний воздух.
Жюстин выпустила из клетки пришедшую в восторг собаку и позволила облизать себе лицо.
Лорд Каслтон вывел из вольера Брека, и скоро собаки уже обменивались приветствиями и весело бегали друг за другом.
Лицо Жюстин немного порозовело, и, как показалось лорду Каслтону, к ней почти вернулась былая жажда жизни.
После прогулки собак вернули в вольеры, а стюарда поблагодарили.
Когда они спускались с верхней палубы, лорд Каслтон решил, что нужно что-то сказать. Следует воспользоваться тем фактом, что Жюстин видит в нем отца.
— Мисс Мэнселл, — начал он, придерживая дверь и пропуская девушку на трап. — Я должен поговорить с вами о прошлой ночи. Я льщу себе мыслью, что мы достигли неких дружеских отношений, в которых я, возможно, играю роль кого-то вроде дяди.
