Нора снимала кардиограмму.
— Как он?
Джуди пожала плечами, даже не поглядев на Эмму. Всплеск красного в катетере показал, что она попала в вену. Джуди плавным движением ввела иглу на всю длину и закрепила катетер. Теперь она смогла обернуться к Эмме.
— Только что с томографа. Говорят, у него кровоизлияние в мозг. Он не приходил в сознание с тех пор, как его обнаружили.
— Кто его лечащий врач?
— Амбер.
— Он уже связался с семьей?
— Нет. Полиция хочет сначала взять дом под охрану.
Эмма подошла к изголовью каталки и положила ладонь на плечо Джорджа.
— Я здесь, дружище. Мы о тебе позаботимся.
Он не шелохнулся.
Эмма отправилась искать Амбера. Пришлось дважды обойти все отделение, прежде чем она его нашла. В кои-то веки Дик не был в своем обычном невозмутимом состоянии.
Мятый халат, волосы растрепаны, костюм в пятнах. Кровь? Кофе? Что похуже?
Он посмотрел на Эмму красными от усталости глазами.
— Как он? — спросила Эмма.
— Плохо.
Амбер включил компьютер и открыл снимок головы Джорджа. С правой стороны мозга — серого грецкого ореха в скорлупе черепа — ослепительно белело пятно. Кровь… Это было кровоизлияние. Давление внутри жесткого черепа плющило мягкие желеобразные ткани мозга, разрушая их. Срединная линия сместилась, обходя свежую гематому. Правое полушарие оказалось вдавлено в левое почти на дюйм.
Смещение срединной линии. Это начало конца. Повышенное давление начнет смещать мозг в сторону позвоночника, выдавливая его в позвоночный канал. И вот это уже будет конец.
— Ужас. Просто ужас.
Эмма представила себе, как мозг вытекает из черепа вместе со всем, что делало Джорджа Джорджем, — его знаниями, чувством юмора, личностью. Она представила, как разжижается мертвый мозг, пока тело Джорджа остается живым благодаря машинам, и вздрогнула.
— Я заказал маннитол, чтобы понизить внутричерепное давление. Переговорил с нейрохирургом на той стороне озера. Отправлю Джорджа туда, как только добуду скорую.
— Как насчет гипертонического раствора, пока не доставили маннитол? У нас есть на месте.
— Ага. Еще какие будут идеи?
— Поднять голову на сорок пять градусов. Иммобилизовать его. Может, легкую гипервентиляцию?
— Он уже и так парализован. Поднять голову — хорошая мысль. С гипервентиляцией я бы пока подождал. Надеюсь, удастся отправить его раньше.
Снижение внутричерепного давления помогало не допустить образования грыжи, но применять гипервентиляцию было рискованно. Она уменьшала объем крови, но приводила к ангиоспазму, при котором кровеносные сосуды сужались почти до нуля, перекрывая доступ кислорода к мозгу.
Это акт отчаяния. Что Джорджу сейчас действительно необходимо, так это просверлить дыру в черепе и откачать кровь, чтобы уменьшить давление. Тогда у него будет шанс. Надо поскорее его переводить.
— Тест на наркотики отправили?
— Да. На наркотики, на алкоголь, определение газов крови, анализ на лактат — по полной программе.
— В каком состоянии его нашли?
— В возбужденном. Он дышал самостоятельно, но пришлось интубировать и ввести в искусственную кому, чтобы отправить на томограф. Я на всякий случай сделал полную томограмму, но не ожидаю там что-то найти. Все проблемы — в голове.
— Правда, что его нашли с иглой в вене?
— Да.
— Что-нибудь еще?
— Ампула пропофола. Пустая. Ее забрала полиция.
— Наша?
— Не знаю.
Пропофол, или, как его прозвали любители, «молоко амнезии», знаменитый тем, что убил Майкла Джексона, представлял собой седативное средство в виде белой жидкости, которое часто применяли при различных процедурах. Замечательный способ усыпить пациента так, чтобы он все забыл. Но если перебрать, то он забудет и как дышать.
— Никак не могу понять, зачем употреблять пропофол, — пробормотала Эмма.
— Я тоже, но и раньше доводилось видеть.
— На работе?
— Да. Давно уже. Медсестра в Конкорде, Нью-Гемпшир. Когда ее нашли, она уже посинела. Ввела слишком большую дозу.
— Выжила?
— Нет.
— Бригада приехала, — сказала Джуди.
— Слава богу! Давайте все подготовим, — предложил Амбер.
— Полицейские не хотят его отпускать, пока не закончат работу с ним.
— Шутите? Он должен ехать, и немедленно.
Амбер отправился в палату, где один из полицейских снимал у Джорджа отпечатки пальцев, пока другой описывал содержимое его карманов.
— Больной должен ехать, — заявил Дик.
Старший из офицеров оторвался от пересчета мелочи из карманов Джорджа:
— Еще полчаса, и мы закончим.
— Он должен ехать немедленно. У него нет получаса.
— Я за него отвечаю. Мы закончим, как только сможем, и тогда пусть едет.
— Я его лечу. Он едет сейчас же. — Багровый от злости Амбер склонился над офицером, готовый схватить его за глотку.
Вмешалась Эмма:
— Один из полицейских может поехать с ним в скорой и продолжить работу, пока мы обеспечим больному необходимую помощь.
Дик окинул ее убийственным взглядом. Полицейский посмотрел на нее, потом — с некоторой опаской — на Амбера, и молча кивнул.
ГЛАВА 18
Скорая уехала. Усталость никуда не делась. Возможна вторая смерть меньше чем за неделю в их отделении, где все были так близки, что передавали детям коллег одежду, из которой выросли их отпрыски, а бывало, что и бывшие супруги находили здесь же новое счастье. Настроение упало еще больше, когда приехала жена Джорджа, Мэри, съежившаяся от боли, с маской скорби на морщинистом лице.
Эмма обняла ее, крепко прижав к себе крошечное хрупкое тело, словно пытаясь выдавить из него боль.
— Где он?
— Уехал в травматологический центр. Ему нужна операция. Мы отправили его сразу, как смогли.
— Мне сказали, что он кололся, — заявила Мэри, высморкавшись. — Но это вранье. Он со Вьетнама не употреблял ничего, кроме травки.
— Ты уверена?
— Конечно, уверена. Мы с ним вместе уже двадцать три года. Он выпивает, курит, балуется травкой, и вообще невыносимый тип, но наркотиков он не употребляет.
— А если употреблял, но скрывал от тебя?
— А ему и не надо говорить. Я вижу, когда он лишний стаканчик выпил. Неужели не замечу, что он под кайфом?
Его застукали с поличным. Если только это не подстава… Но зачем? И кто? Или Мэри пытается защитить мужа? Но он в тяжелом состоянии. Зачем ей врать?
— Полиции ты об этом говорила?
— Говорила, конечно. Они мне не поверили. Копы уже для себя все решили. Сейчас они у нас дома, переворачивают вещи вверх дном и ищут бог знает что. Я сказала, что они ничего не найдут, но они не стали и слушать.
— Мэри, если он употреблял наркотики, кто мог об этом знать?
— Он не употребляет.
— Но если бы — кому он мог сказать?
— Послушай, Джордж не употребляет. У него денег даже на сигареты нет, если я не дам. Мы не можем себе позволить полный бак в машине заправить, заливаем всего на
