помогла Идену сесть в машину.
— В «Макдоналдс»!
ГЛАВА 21
Женщина на каталке в коридоре больше напоминала покойника, чем живого человека. Белки глаз казались слишком белыми, а кожа приобрела пепельный оттенок.
Эмма мельком бросила на нее взгляд, проходя по коридору, потом остановилась и решила ее обследовать. Главная жалоба была на аноректальное кровотечение. Эмма вернулась к пациентке, чтобы опросить ее. Ей трудно отвечать на вопросы. Монитора нет. Внутривенного катетера нет. Плохо. Эмма пошла к Бренде, сестре приемного покоя.
— Этой пациентке нужна палата.
— Свободных палат нет. — Бренда развернулась и ушла.
Бренда все понимает. Видно, у нее полно работы.
— Кайла, кто сегодня за старшего?
— Джуди. Позвать ее?
— Будь добра.
Кого можно выписать, чтобы освободить место для пациента с ЖКК? [11] В шестой палате женщина ждет осмотра психиатром. От сидения в коридоре в одноразовом халате ей лучше не станет, но беда в том, что в шестой нет мониторов. Второй травматологический пуст. Должно получиться.
— Да?
— Джуди, эту пациентку нужно поместить в палату. Требуется внутривенный доступ и монитор.
— Что с ней?
— Аноректальное кровотечение.
— Сейчас кровь идет?
— Поместим в палату и выясним. Не проверять же прямо в коридоре?
— У нас сейчас нет свободных палат.
— Есть. Во второй никого нет.
— Да, но там не прибрано. И ждут пациента по переводу — его привезет скорая.
— Нет. У нас в коридоре лежит пациентка. Ей нужна палата. Мы не можем себе позволить держать пустой блок в ожидании, что кто-то когда-то приедет.
Джуди пожала плечами, велела Кайле послать уборщиков во второй травматологический и ушла.
И вот так в последнее время все чаще. Прежние друзья от меня отворачиваются. На днях Эмма попросила Алекса осмотреть пациента с сыпью. «У меня и своих пациентов хватает», — фыркнул он в ответ. Бренда и Джуди тоже вели себя как капризные дети. Энн попросила примерить новый халат Эммы. «Похоже, ты перестала считать калории», — ухмыльнулась она под смех сестер. Эмма тоже рассмеялась — что еще ей оставалось делать? — но обиделась. Слава богу, есть Сэл, и он остается другом. Другие врачи — из стационара, хирурги, рентгенологи — ее тоже поддерживали. Даже бывшие недруги готовы были сделать скидку на то, что Эмма совсем недавно в должности. Кто угодно, только не собственные коллеги. Они стараются меня унизить.
— Это все потому, что ты женщина, — сказала вечером того же дня Минерва, когда они встретились в спортзале. — Женщины-начальницы не нравятся никому: ни женщинам, ни мужчинам.
— Почему?
— Мужчинам — потому что подчиняться женщине недостойно мужчины. Женщинами — потому что начальница ты, а не они. — Она утерла пот и указала на стройную блондинку на велотренажере: — Видишь ее?
— Да.
— Я так завидую ее фигуре, что втайне желаю ей заработать грыжу. Сама бы ей это устроила, если бы могла. Вот и с твоими точно так же: они завидуют твоей власти. Хотят увидеть, как ты потерпишь неудачу, как и мне хотелось бы увидеть эту девицу толстой уродиной просто ради того, чтобы самой почувствовать себя лучше, не такой старой развалиной.
— Тебя не назовешь ни старой, ни развалиной!
— Не имеет значения, так ли это на самом деле. Важно, что я так себя чувствую. При виде таких девиц мне неуютно быть собой, так же как при виде тебя неуютно твоим коллегам.
— И что мне делать?
— Держаться. Выполнять свою работу. Быть хорошим врачом, хорошим руководителем. Со временем они привыкнут.
Минерва, неисправимая оптимистка. Надеюсь, она права. Кен меня предупреждал. Не знаю, долго ли я смогу так протянуть. Слишком много вина печень может и не выдержать.
ПАУК
Нашел его.
Два дня я просидел на скамейке, спрашивая огонька у каждого мужчины в белом халате.
Подошел охранник:
— Что вы здесь делаете?
— Жду подружку.
— И кто ваша подружка?
Я показал фотку Джесс. Голую.
Охранник отвел глаза.
— Она работает на кухне. Бросила меня. Хочу ее вернуть.
— Нельзя сидеть здесь целыми днями.
Я ушел.
Обратно я приехал на электроскутере для инвалидов, который увел из «Уолмарта». Заряда хватило ровно на то, чтобы доехать, потом скутер сдох.
Мне ничего не сказали. Нельзя докапываться до калеки.
Этим утром я его нашел.
— Огонька не найдется?
Он посмотрел на меня глазами цвета льда:
— Нет.
— А сигаретки?
— Зачем тебе огонек, если сигареты нет? — усмехнулся он.
От его смешка я похолодел.
Это он.
— Мне не огонек нужен, а доза, шеф.
Он резко вскидывает глаза.
— Нож для разделки рыбы. Он сделал свое дело. Мне нужна еще доза.
— Понятия не имею, о чем речь.
— Конечно. Мы с тобой никогда не встречались. Мне нужна доза. И поскорее. Прямо сегодня.
Он пристально смотрит на меня.
— Можешь не спешить. Вечером меня устроит. Я вернусь в десять и поищу закладку под скамейкой. Может, она там будет. Или нет. Может, мы незнакомы. Или нет.
— Ты уверен?
— Не-а, не уверен. Но у меня остался нож. А еще коробка, фотография и инструкции. Я оставлю их под скамейкой, если найду закладку. Если нет, то, возможно, они заинтересуют полицию.
— Возможно, — соглашается он.
Слезаю со скутера, чтобы размяться. Но я еще вернусь.
ГЛАВА 22
— Что значит ты не знаешь, где она? — выпалила Эмма в трубку.
Джуди обернулась и уставилась на нее.
Я слишком громко кричу. Она отошла к пустующему кабинету рентгенолога и прикрыла за собой дверь, чтобы никто не мешал.
— Вчера вечером она не пришла домой, — объяснил Виктор. — Меня дома не было, ездил на вызов. Но Эмбер говорит, что не видела ее со вчерашнего дня. Девочки тоже не видели. Похоже, Тейлор не заходила домой после школы.
— Ты ей звонил?
— Пять раз. И сообщения писал. Ответа не получил, но она может еще спать.
Почти десять. Вполне возможно. По субботам дочка спит до полудня. Но где она?
— К Кэти домой не ездил?
— Нет. Можешь туда заглянуть?
— Я на работе, черт побери! Смогу вырваться не раньше четырех. Я тоже попробую связаться с Тейлор, но не мог бы ты съездить к Кэти и отзвониться мне?
— Я обещал отвезти девочек кататься на лыжах. Эмбер сегодня обедает с подругами.
— Прости, но я не могу сейчас уехать, — сказала Эмма, выходя в коридор, где царил настоящий хаос.
— Реанимационная бригада, доктор Стил — в блок номер три!
— Мне пора. — Она отключилась и пошла в третий травматологический блок.
Парамедики везли на каталке извивающегося полуголого человека, измазанного рвотой. Дышит. Надевая резиновые перчатки, Эмма
