а она не терпит обмана, мяо, — уверенно сказал кот.
Интересно, магический договор, значит? Ладно, если попробует меня обмануть, не посмотрю на то, что он милый котик; раздавлю.
— Согласен.
— Хорошо, мяо, — и первым прокусывает свою лапу и тянет ко мне. Я делаю то же самое, и, когда моя рука прислоняется к лапке кота, он начинает читать заклинание.
— Я Некросс. Вверяю свою жизнь и верность в руки этого человека и желаю от него лишь еды и дома до скончания его дней, мяо, — он выжидающе посмотрел на меня.
— Согласен, — после моих слов сформированная магическая печать ушла в мою руку и в его лапу.
Хм, сработало, я чувствую нашу с ним связь. Думаю, даже если он уйдёт на обратную сторону планеты, я всё равно буду чувствовать, где он. Я разорвал замок и выпустил его.
— Ладно, идём, Нек.
— Хорошо, мяо, — уверенно ответил кот, запрыгивая мне на плечо.
— Эй, Нек, хочешь шутку? — спросил я, идя к выходу.
— Почему бы и нет, мяо, — ответил кот, поудобнее устраиваясь на моём плече.
— Ты всегда был чёрным котом?
— Нет, раньше я был белым, но потом начал делать правильные решения.
— Хм, забавно, мяу, — прокомментировал Нек.
— О, а вот ещё…
Перед тем как совсем покинуть поместье, я припрятал пару ценностей в виде блестящих золотых кругляшков и, выудив пару горящих поленьев из камина, бросил их в легко воспламеняющуюся мебель.
Мы выбрались из деревни Майли под покровом ночи.
Я остановился, чтобы оглянуться: пламя уже пожирало поместье, алые языки рвались к небу, подсвечивая низкие тучи. Даже если кто-то заметил нас на дороге, едва ли рискнул бы приблизиться. От поместья теперь останутся только угли.
Мои спутники двигались молча. Лисица-зверолюдка, Линна, ещё дрожащая от пережитого, шла рядом, опустив голову. Её рыжий хвост, пусть грязный и выдранный в клочья, всё же гордо качался из стороны в сторону. На её лице читалась смесь изнеможения и упрямства. Некросс, устроившийся на моём плече, время от времени оборачивался назад, будто проверяя, не преследует ли нас кто-нибудь. Его глаза, золотые, как монеты, блестели в темноте.
– Чего молчишь, Нек? – спросил я, отгоняя нарастающую скуку.
– Это место пахло гнилью, мяо, – протянул он с тихой насмешкой. – Но теперь всё станет чище. Хороший ход с огнём, мяо. Может, только слегка драматично, мяо.
– Драматично? Да это был эффектный финал, – хмыкнул я.
Лисица чуть повернула голову, посмотрев на меня краем глаза.
– Тебя правда прислала моя мать? – её голос был тихим.
– Да, она подала заказ в гильдию искателей. Я его взял. – Мой ответ был прост и прямолинеен.
Лисица лишь кивнула, снова уставившись в землю.
Мы шли до рассвета, пока не добрались до глухого леса, где можно было отдохнуть. Сырой воздух леса обволакивал нас, а слабое утреннее солнце пробивалось сквозь кроны, окрашивая мир в тускло-золотые тона.
Я развёл небольшой костёр, не желая привлекать лишнее внимание. Нек устроился на пеньке, его сверкающие глаза мерцали в свете огня. Линна села на упавшее дерево, обхватив себя руками.
– Твоя мать сказала, что тебя похитили, когда ты пошла собирать травы. Это так? – спросил я, бросив на неё ленивый взгляд.
– Да, – коротко ответила она и отвела взгляд.
– Врёшь. Я же вижу, – ухмыльнулся я, пододвигаясь ближе к костру. – Скорее всего, ты хотела сбежать из деревни, но по своей глупости попалась работорговцам.
Глаза Линны, прежде уставшие и измученные, наполнились яростью.
– Да что ты вообще знаешь? Ты человек! Тебе не понять, через что проходит мой народ! – крикнула она, её голос задрожал, а слёзы побежали по щекам.
– Ну так расскажи. У человека, между прочим, есть пара ушей, – ответил я, постучав пальцем по своему уху.
В ответ она что-то фыркнула и отвернулась, снова упав лицом на колени. В лесу повисло напряжённое молчание, нарушаемое лишь треском дров в костре.
Я уже собирался командовать ложиться спать, как вдруг заговорил Нек.
– Я должен тебе кое-что рассказать, мяо, – начал он. – Грегори был не просто жалким садистом, мяо. Он работал на культ, называемый "Тенями Пепла", мяо. Их цель – создать особый артефакт, с помощью лисиц.
Как только он упомянул расу Линны, её уши дёрнулись, и она начала слушать наш разговор.
– Их интересуют только лисицы-зверолюди, мяо. Всё потому, что у них есть магия иллюзий, мяо. Сама по себе она не так уж и сильна, мяо, но, если собрать сотни душ и заключить в артефакт, мяо, получится что-то невероятное, мяо. Возможно, это изменит саму суть мира, мяо.
Линна застыла. Её дыхание стало частым и рваным.
– Зачем им это? – спросил я, не отрывая взгляда от тлеющих углей.
– Артефакт нужен, чтобы сломать границы между мирами, мяо. Это откроет путь для иного... Демоны, тени – существа, пожирающие жизнь. С их помощью культ хочет устроить ад на земле, мяо.
– О как. – Я усмехнулся, подбрасывая ветку в огонь.
– Но это ещё не всё, мяо, – Некросс виновато посмотрел на меня. – Не знаю насчёт девушки, но за мной точно придут, мяо.
– Кто? – прищурился я.
– Ведьма Морриган, моя бывшая хозяйка, мяо. Она передала меня Грегори на хранение, мяо. Теперь, когда я сбежал, она начнёт охоту, мяо. Сама не придёт, но, как одна из лидеров культа, будет слать убийц снова и снова, мяо.
Вот как, я не против, чтобы ко мне приходили груши для битья хоть каждый день. Вот только если я вернусь домой с мишенью на спине, Ханна может погибнуть, чего мне совсем не хотелось бы. Отправить девчонку обратно в деревню и самому пойти разбираться с культом?
Если за ней придут, может пострадать и деревня, включая Ханну, а этого тоже хочется избежать. Но таскать эту девчонку с собой совсем не хочется. Может, просто свернуть ей шею
