и сказать, что нашёл её уже мёртвой? Вариант, конечно, но пока что повременю с этим — вдруг ещё пригодится.
А вот с Некроссом и думать нечего: хрен им, а не мой говорящий кот.
– Так твоя Морриган тоже хочет устроить апокалипсис? – лениво поинтересовался я.
– Нет, мяо. Она жаждет божественной силы, мяо. Артефакт – её путь к этой цели, мяо. Жадность – её истинный грех, мяо.
Немного обдумав ситуацию, я пришёл к единственно правильному выводу: пока что я не смогу вернуться в Карн. Мои игрушки должны быть в безопасности, а поэтому план такой: сначала находим пешку культа, пытаем, добываем нужную информацию о ком-то повыше, и так взберёмся на самый верх и сотрем их в порошок. А уже тогда можно будет победоносно вернуться.
Я хлопнул в ладони чуть громче, чем собирался. Линна вздрогнула, а Нек едва не свалился с пенька, царапая его когтями.
– Мы не возвращаемся в деревню. Сначала уничтожим культ.
Линна и Некросс посмотрели на меня, как на сумасшедшего.
– Линна, а ты что? Вернёшься в деревню?
Скажи да, и ты умрёшь.
Она колебалась, потом ответила:
– Нет. Я хотела вступить в сопротивление в Хвостогрифе. Это деревня, где живут лисьи зверолюди. Я слышала, что там почти все готовы выступить против людей, что на нас охотятся. Пожалуйста, доведите меня до туда.
Чуйка подсказывала, что в этой деревне будет всё не так просто, а значит что? Конечно, нужно идти.
– Отлично. Доводим лисицу до деревни, а потом уничтожаем культ, – объявил я, мечтательно откинувшись назад. – Всё, теперь спать.
– Вообще-то меня зовут Линна, – буркнула она, укладываясь на поваленном дереве.
Я только усмехнулся, наблюдая за мерцанием углей. Некросс устроился рядом со мной.
– Если что, мяо, я знаю, где может быть информация о культе, мяо.
– Отлично, – сказал я, поглаживая его шерсть и хищно ухмыляясь.
Я решил подежурить первым, каким непобедимым бы я себя не считал, но глупость убьёт даже бессмертного.
Немного вздремнув, мы двинулись в путь к деревне лисиц. Ночь уже окутала лес, когда мы вышли к старому мосту, перекинутому через глубокий, мрачный овраг. Внизу дна видно не было — только кромешная, зловещая тьма, старающееся пронзить душу странным холодом.
— Мы здесь не одни, мяо, — прошептал Некросс, вжимаясь в моё плечо. Его шерсть стояла дыбом, глаза светились жёлтым тревожным огнём. — Магия, мяо. Она здесь, повсюду.
Шагнув на мост, я почувствовал, как древняя конструкция зловеще заскрипела, а затем слегка закачалась из стороны в сторону. Под ногами хрустели гнилые доски, и мне показалось, что внизу, из тьмы, кто-то смотрит прямо на нас.
— Живо, на другую сторону! — рыкнул я, ускоряясь.
Мы едва успели пересечь мост, как старые канаты не выдержали, и одна из сторон с грохотом рухнула в пропасть, унося с собой остатки пути. Я усмехнулся.
— Так и знал, — пробормотал я, с раздражением оглядывая разрушенный мост. — Хорошо, что не пришлось искать обход.
Из тумана, поднимающегося с дна оврага, начали проступать силуэты. Первым появился высокий человек в чёрном плаще. Его лицо было скрыто, а на коже виднелись сложные татуировки, пульсирующие слабым багровым светом. Он шагнул вперёд, держа руки за спиной.
— Отдай девчонку и кота, — произнёс он низким, ровным голосом.
Я ухмыльнулся, сладко потягиваясь.
— Прости, но меня с детства учили, что нельзя давать своего котика странным дядям.
Тень под плащом напряглась, и вокруг послышался шелест, но не листвы. Четверо незнакомцев вышли из теней, окружая нас. Двое были похожи на людей, если не считать их серую кожу, испещрённую синими трещинами, словно высохшая земля. Третий выглядел как волк, но из его спины торчали изогнутые наросты, напоминающие лапки гигантского насекомого. Последняя фигура — женщина. Её пустые, чёрные глаза напоминали бездонные колодцы, а на её губах играла едва заметная усмешка. Признаться, фигура у неё была недурная, но перспектива накрывать её лицо подушкой в постели, чтобы не видеть этих глаз, не слишком вдохновляла, хотя на любителя.
— Ты даже не представляешь, с чем играешь, — прорычал волк, угрожающе прищурив янтарные глаза.
Не отвечая, я бросился вперёд. Волк, готовый к атаке, выбросил вперёд свои когтистые наросты, но я ловко увернулся, ухватившись за один из них и оторвав его с мерзким хрустом. Женщина с чёрными глазами прошептала что-то, и реальность вокруг нас начала искажаться.
В следующее мгновение я оказался на мосту. Один. Тьма плотным коконом окружила меня, не оставляя ни единого проблеска света. В ушах начали звучать голоса, холодные и зловещие.
— Ты будешь кричать...
— Ты будешь молить о пощаде...
— Ты можешь прекратить всё это. Шагни в пропасть и найди покой...
Голоса наполняли разум липким страхом, наполняли бы если бы это действительно на меня действовало, внезапно я почувствовал знакомое тепло на плече. Это был Некросс.
— Они играют с твоим разумом, мяо. Сражайся, мяо, — его голос прозвучал прямо в моей голове.
Я ухмыльнулся.
— И не думал сдаваться. Просто хотелось посмотреть, чего она хотела добиться,
Я так понял, что это ментальная атака, и она должна была внушить мне страх и одиночество в темноте, а после предложить выход из кошмара путём суицида, интересно, не не особо эффективно, ставлю три балла из десяти.
Закрыв глаза, я ощутил в окружающем пространстве слабую пульсацию магической энергии. Она пыталась истощить мою волю, но на меня её эффекты действовали так мизерно, что мне её даже жаль. Я протянул руку, словно хватая что-то невидимое, и резко сжал кулак.
— Это всё не настоящее, — прошептал я, разрывая иллюзию.
Мир вернулся. Я стоял там же, где и был. Линна оказалась у самого края оврага, её дрожащие руки сжимали мой кинжал? Человек в плаще и волк окружили её. Не теряя времени, я бросился вперёд.
Слегка отклонившись, я нанёс волку мощный удар ногой, отправив его лететь в бездну с жутким воем. Человек в плаще обернулся ко мне, его татуировки вспыхнули кровавым светом. Однако он совершил роковую ошибку: отвлёкшись на меня, он подставил свою спину Линне, которая вонзила кинжал ему в районе печени.
