— Нет, обыкновенный расчет. Я должна выйти замуж, Дорогая. На таких, как я, женятся только из-за денег. Да я и не верю ни в какие пылкие чувства. Правда, ты и Оки женитесь по любви, но в нашем кругу это почти недоступная роскошь.
Уверяю тебя, я вполне довольна своей участью.
— Как я — своей, — подтвердил герцог, присоединяясь к ним. — Пожалуйста, леди Сирена, не стоит так расстраиваться. Обещаю вам заботиться об Аллегре.
— Пойдем, радость моя, я хочу танцевать, — попросил виконт Пикфорд. — Если мы так и будем стоять, поползут слухи и эти девицы объявят на меня охоту, а все по твоей вине, — пошутил он, увлекая Сирену за собой.
— Она очень вас любит, — заметил герцог.
— И я ее, — кивнула Аллегра, беря его под руку. — Наверное, нам стоит последовать их примеру, милорд.
— Я не люблю танцы.
— Я тоже, но это мой бал, и не стоит давать пищу злословию. Представляю, что будут болтать, если мы не присоединимся к танцующим.
— До чего же вы рассудительны, Аллегра! Очевидно, привыкли соблюдать приличия? Вы и в самом деле разумная девушка. Гораздо больше похожи на отца, нежели на мать. Что ж, это хорошо. Зато вы не влюбитесь в другого и не покинете меня.
— Но вы можете влюбиться в другую и покинуть меня, — возразила она.
— Я не верю в любовь, — честно признался герцог. — Любовь приводит к большим бедам и неприятностям, чем отсутствие денег. Поскольку, женившись на вас, я стану богатым человеком, не обремененным химерами любви, вряд ли я когда-нибудь вас оставлю, Аллегра.
— Вы можете изменить свое мнение, когда я примусь восстанавливать Хантерз-Лейр, — поддела его она. — Судя по тому, что я слышала, ремонт будет стоить целого состояния.
Герцог засмеялся.
— Я люблю свой старый дом, но признаю, что им давно пора заняться. Можете делать с ним все, что пожелаете, дорогая. Он ваш. Только оставьте парадную залу для охотничьих вечеринок.
— Согласна, — с улыбкой кивнула Аллегра. — А теперь пойдем танцевать, и пусть все нам завидуют.
— Я и не подозревал, мисс Морган, что вы настолько тщеславны! Трудно ожидать такого от строго воспитанной девушки, но думаю, что тщеславие — не такое уж плохое качество.
— У нас впереди целое лето, чтобы получше узнать друг друга, — напомнила Аллегра. — Надеюсь, мы уживемся. Наш брак будет куда крепче, если мы сумеем стать друзьями.
Потом Куинтон долго думал об этой фразе. Ничего не скажешь, Аллегра и вправду практична, но он чувствовал в ней некую уязвимость, о которой сама она, похоже, не подозревала. Несмотря на ум, образованность и проведенный в столице сезон, в душе она все еще была невинна. Ему отчего-то вдруг захотелось защитить Аллегру от всяческих бед.
Герцог улыбнулся. Ни одному мужчине не устоять перед женскими чарами. Когда в начале вечера он подарил своей невесте кольцо с аметистом в оправе из бриллиантов, она едва не взвизгнула от радости, но вовремя удержалась. Эта детская радость тронула и позабавила Седжуика.
— Какое красивое! Но разве вам по карману подобные вещи? — встревожилась она.
— Это фамильная драгоценность, — успокоил Аллегру герцог. — Одна из немногих, что не ушли за карточные долги. Я выбрал это только потому, что темно-лиловый цвет камня напоминает о ваших глазах.
Девушка от удивления приоткрыла рот, но, тут же опомнившись, поспешно заметила:
— Какой прелестный комплимент, милорд!
Она вытянула руку, любуясь подарком. Герцог поцеловал ее тонкие пальчики.
— Пусть я и не влюблен в вас, Аллегра, но такой красавице совсем не трудно говорить комплименты. Они сами слетают с уст.
— Жаль, что у меня не было такого кольца, когда я представлялась королю. Все остальные девицы, особенно те, кто задирал передо мной нос, позеленели бы от зависти.
— Вы и без того были безупречны, особенно ваш реверанс. Остальные в подметки вам не годились. Ваши манеры поистине достойны герцогини Седжуик.
— Удивительно, как это я не опрокинулась в этом смехотворном наряде! А юбки! Приходилось протискиваться в двери боком. Когда я кланялась, то едва не уселась на паркет со всего размаха! А вырез, по нынешней моде, был таким глубоким, что король Георг наверняка увидел мою грудь до самой талии! Правда, он не возражал против такого зрелища. Что же до парика, который пришлось надеть, поверите ли, Куинтон, он весил как карета, запряженная четверкой! Я думала, у меня шея сломается под такой тяжестью — А мне показалось, что голубки, трепещущие крылышками среди бриллиантов, — поистине поэтический штрих, — возразил он, весело блестя глазами.
Аллегра засмеялась.
— Клянусь, сэр, если бы было возможно посадить в прическу живых птиц, некоторые амбициозные мамаши немедленно так и поступили бы. Предпочитаю простоту в одежде.
«Как то платье, которое она надела сегодня», — подумал он, когда они гордо выступали в последнем за вечер менуэте.
Платье с высокой талией из кремового дамасского шелка с верхней юбкой из прозрачного золотого газа сидело на Аллегре идеально. Из-под подола выглядывали крошечные золотые туфельки, в темных локонах сверкали ленты из золотистой парчи. На шее и в ушах переливался жемчуг. Несмотря на кажущуюся простоту, туалет выглядел пышно, но в то же время элегантно Вглядевшись в невесту пристальнее, герцог, пожалуй, впервые понял, как она прекрасна. Он и раньше замечал ее красоту, да и все ему об этом твердили. Целый вечер он слышал от поздравителей одно, богата и красива. Но самому ему в голову не приходило взглянуть на Аллегру поближе.
Личико сердечком, прямой, чуть вздернутый нос, густые черные брови — памятка о валлийских предках, огромные блестящие темно-лиловые, как фиалки, глаза, обрамленные пушистыми ресницами. Нижняя губка полнее верхней…
Чувственный рот манил к поцелуям, и Куинтону вдруг захотелось припасть к нему. Для девушки она, пожалуй, высоковата, но при его росте это не имеет значения. Маленькие руки и ноги, стройная фигура, восхитительно округлая грудь. Должно быть, одно такое зрелое яблочко прекрасно поместится в его ладони.
Именно в эту минуту Куинтон представил Аллегру в постели. Честно говоря, он раньше не думал о подобных вещах.
Что он будет делать с женой? Она, разумеется, девственна У него никогда раньше не было девственницы. То, что он ее не любит, ничуть его не беспокоило. Да, он не хранил целомудрия, но во всех случаях речь о любви не шла. Однако на этот раз все по-другому. Аллегра станет его женой. Сможет ли мужчина любить женщину, которой овладел? Сумеет ли жена пробудить в нем желание? Или страсть остынет так же быстро, как вспыхнет? Но как разжечь страсть в невинной девушке? С ней придется быть нежным и бережным.
